Саади Исаков, Берлин
10–14 февраля 2026 года исполнилось 60 лет со дня начала и завершения одного из самых громких политических процессов над литераторами в СССР – дела Андрея Синявского и Юлия Даниэля. Свидетелем по делу проходил сорокалетний архитектор Сергей Хмельницкий, который и донёс на писателей.
11 февраля в Берлине пожилой архитектор и художник Дмитрий Хмельницкий (72 года), сын многолетнего осведомителя КГБ, публично выступил с лекцией «Русские шпионы в Германии. Цели и методы», во время которой обвинил целый ряд литераторов не либерального толка «агентами Кремля», «сторонниками Путина» и «пятой колонной».
Между тем деятельность обвинённых направлена на диалог стран, политиков и культур, что в современном немецком обществе считается непозволительной роскошью на грани предательства интересов демократии.
Что это? Совпадение дат или умышленная реабилитация доноса с целью инициировать уголовное преследование ради личной выгоды или, как следствие, идеологических разногласий?
В СССР произведения Андрея Синявского и Юлия Даниэля не печатались. На Западе писатели публиковались под псевдонимами Абрам Терц (Синявский) и Николай Аржак (Даниэль). Произведения вывозила Элен Пельтье‑ Замойская, дочь военно-морского атташе Франции, с которой был знаком Синявский. Он был осуждён на 7 лет, а Даниэль – на 5 лет колонии строгого режима.
Свидетель по делу Сергей Хмельницкий, третий участник кружка молодых литераторов, раскрыл подлинные имена авторов, скрывавшихся под псевдонимами, а на суде подтвердил, что именно он подсказал Юлию Даниэлю сюжет повести «Говорит Москва».
Выяснилось: Хмельницкий был осведомителем. Он информировал КГБ о настроениях в среде интеллигенции и деталях деятельности своих друзей-писателей.
С тех пор фамилия Хмельницкий прочно связана с темой доноса внутри диссидентского круга.
Но сейчас речь пойдёт не только о Сергее Хмельницком, а о его сыне Дмитрии. Бывает так, что отцы не возражают, чтобы сыновья шли по их стопам. Так формируются трудовые, политические, бытовые и прочие династии. В том числе горьких пьяниц и, как оказалось, провокаторов-стукачей.
Фридрих Горенштейн о Сергее Хмельницком
Писатель Фридрих Горенштейн, невольно столкнувшись в 1980‑х годах с династией Хмельницких в Берлине, исследовал этот человеческий феномен.
Приводим несколько цитат из его памфлета-диссертации «Товарищу Маца, литературоведу и человеку, а также его потомкам», опубликованного в журнале «Зеркало загадок» в 1997 году.
«Не буду останавливаться подробно на деятельности Сергея Хмельницкого-отца, само прикосновение к имени которого вызывает тошноту. О деятельности Сергея Хмельницкого достаточно полно писали Андрей Синявский, профессор Эткинд, писали жертвы его преступлений – те, что остались живы. И сам Хмельницкий не может отрицать своих преступлений, по крайней мере, тех, о которых стало известно, когда жертвы в середине 50‑х начали возвращаться из концлагерей, куда их Хмельницкий засадил. Когда двое художников, кстати, евреев, хотели привлечь его к ответственности, он начал клянчить прощения, а затем вместе с семейкою бежал из Москвы в Среднюю Азию, ибо Сергей Хмельницкий, как сказал о нём один из друзей, хорошо его знавший, был хуже, чем стукач, – он был провокатор палаческого учреждения при Совете Министров. Сам занимаясь полудиссидентской деятельностью, он привлекал неопытных молодых людей, а потом выдавал их…»
Ещё в студенческие годы по заданию КГБ Хмельницкий пытался организовать некую альковную провокацию против своей соученицы, дочери французского военного атташе в Москве, с тем чтобы затем учреждение могло лично шантажировать отца. О том писал Синявский, о том писала сама жертва.
Ухаживания «влюблённого», к счастью, были безуспешны. Более успешной оказалась его провокаторская служба против соотечественников, носившая также интернациональный характер. Иными словами, Хмельницкий обладал убеждениями «честного человека». О таких писал ещё Герцен: «…Тех честных людей, считавших главной обязанностью честного человека делать доносы на друзей».
Дмитрий Хмельницкий, обозреватель «Пятой колонки»
Фридрих Горенштейн: «И вот, как говорится, прошло время, минули годы, подрос сынок, Хмельницкий-младший, и снова – то же неприятное чувство. «Сын за отца не отвечает», – по-сталински высказалась о Хмельницком-младшем одна дама. Да, не отвечает! Я готов согласиться с гуманным высказыванием Иосифа Виссарионовича. Но только при определённых условиях: если сыновья преступников отмежёвываются от своих преступных отцов… Можно ли такое сказать о Хмельницком-младшем? Возможность внушить страх у него ещё меньшая, чем у папаши, но по части внушения чувства брезгливости папаше не уступает. Для писаний своих поля журналов не использует, сказывается отсутствие квалификации соответствующего учреждения. Да и подоспевшие органы, газетные, предоставляют возможность для его писаний».
Фридрих Горенштейн: «Пишет Хмельницкий-младший бездарно, скользко, в духе советских журналистов-международников так называемого интеллектуального плана. Мысль так облизывает, так «обслюнявливает» всякими прогрессивными «измами», что суть её доходит как бы исподтишка, из засады. Читать Д. Хмельницкого очень противно…»
Прав был Горенштейн в оценке стилистики Хмельницкого-младшего. Вот образец его творчества 2017 года: «Возглавляемая Сергиенко общественная организация «Союз писателей международного согласия» была зарегистрирована под зубодробительным названием Schriftsteller Vereinigung Bundesrepublik Deutschland für Völkerverständigung e.V. в Берлине 2 февраля 2010 года. При этом Сергиенко – единственный персонаж, который с 2010 года выступает от имени этого союза. Обычно его действия в этом качестве увязаны с пророссийской пропагандой против нынешнего украинского правительства».
Впрочем, и с логикой у Х-сына туговато. Выходит, что Сергиенко до такой степени прозорлив, что в 2010 году создал организацию, чтобы критиковать президента Порошенко, занявшего пост в 2014 году, задолго до того, как в ней мог появиться хоть какой-то прок для Кремля…
Х-сын, похоже, ещё хуже Х-отца. Ни в коем случае не оправдывая Х-старшего, скажу, что он был одновременно жертвой обстоятельств, провоцировавших слабых морально и запутавшихся душевно на стукачество. А чьей жертвой является Д. Хмельницкий?
В борьбе с «агентами Кремля»
С момента выхода памфлета Ф. Горенштейна прошло более 20 лет и 60 лет со дня поступка отца. Видимо, Дмитрий решил, что эти факты читателями подзабыты, и принялся за любимое семейное дело, где, как говорится, «скорость стука быстрее скорости звука», а цель «честного человека» – активно стучать на своё окружение и на ближнего.
Теперь Хмельницкий-младший вычисляет «агентов Кремля» на том основании, что некоторые свободные граждане в свободной стране позволяют себе критику политики США и правительства ФРГ, а это, с точки зрения «охранителя леволиберальных» устоев, непорядок и преступление.
Сын пытается выслужиться перед нынешними хозяевами антироссийского мейнстрима. Мы же, знакомые нынче с либеральной прессой, для которой поиски «руки Кремля» и агентов Путина – самое милое дело, видим, какую стезю выбрал для себя Д. Хмельницкий. Он в лучшей традиции «обеспокоенных граждан» сводит счёты с оппонентами и неугодными, имея доступ к некоторым СМИ, пишет доносы, отнюдь не безобидные. Ярлык «агента Кремля» в сегодняшнем публичном пространстве ФРГ разрушает репутацию любого публичного человека, выбранного по произволу стукача.
Конечно, это не донос на еврея, посетившего Гамбургскую оперу вопреки расовому закону и оказавшегося за этот проступок в лагере. В сравнении последствия и ответственность разная, но донос есть донос. Общее в том, что оба доносчика не скрывают своих имён и совершают поступок с гордостью на благо обществу и его сиюминутной нравственности. Потом они оправдываются – «время было такое».
Хмельницкие всегда в мейнстриме, на пике убогой нравственности. Стоит ветру поменяться с запада на восток, они будут служить новому потоку доминантной идеи. Сегодня это русофобия. Они флагманы оппортунизма, станут верно служить любой политической догме, всегда исполненные благородства и имитируя добрую волю.
Мстительный «художник средней руки», переквалифицировавшийся в плохого журналиста, в широком публичном пространстве пишет обширную статью. Это, как оказывается, всего лишь реакция на острую полемику в соцсетях, где его отхлестали по сусалам.
А стоило бы остеречься, памятуя о том, что стучать на литераторов – дело гиблое и бесперспективное, тем более на целую писательскую организацию, в которой один известный диссидент, один прямой классик немецкой литературы Ульрих Шахт (1951–2018), к сожалению, убывший из рядов в довольно раннем возрасте, председатель правления Московской городской организации Союза писателей России, известный немецко-казахстанский поэт и два члена русского ПЕНа, да мало ли кто ещё. Мало ли на кого нарвёшься – однажды уже нарвались Хмельницкие на Горенштейна, классика русской литературы, и навсегда попали именем нарицательным в анналы мировой культуры. Опасность в том, что неизвестно, как сложится дальнейшая судьба наших писателей, и на чьей глянцевой биографии останется гнусный, несмываемый след Х-сына.
Цитата из Д.Х: «В 2017 году был выпущен на немецком и русском языках документ под названием «Мониторинг некоторых аспектов нарушения прав человека в Украине за 2014–2016 годы». В разделе Impressum там стоит: «Владимир Сергиенко, президент Союза писателей межнационального согласия Федеративной Республики Германия, Берлин; Центр свободы слова, Киев; Институт правовой политики и социальной защиты, Киев; Антифашистская правозащитная лига, Киев; При содействии: Союз политэмигрантов и политзаключённых Украины (СППУ) и Комитет спасения Украины (КСУ)». Все перечисленные организации помимо Сергиенко с его союзом тоже явно созданы и поддерживаются Москвой».
Искусственно имитируя «обеспокоенного гражданина», Х-младший пишет разоблачение, а по сути, пасквиль и одновременно обыкновенный донос в лучших традициях шпрингеровской пропаганды, с ярлыками и разоблачениями. Только вместо «агентов коммунизма» и «русской мафии» – «путинская агентура влияния и русские шпионы среди нас». Примитивный информационный вброс сделан на всякий случай. Может, кому-то пригодится. И какая-то последующая журналистская дрянь, каких сегодня немало, начнёт на это ссылаться, как на уже известный, неопровержимый факт.
Цитата из Д.Х.: «Союз писателей международного (межнационального, так записано в документах. – Прим. С.И.) согласия» – характерный пример фиктивной общественной организации. В реальности никакого союза нет. Есть один человек, путинский агент влияния, который обслуживает пропагандистские потребности центральной российской прессы в Москве и выполняет задания такого же рода в Берлине».
Это он пишет про организацию, которая успешно провела в 2012 году чемпионат Европы среди писателей по футболу в городах Киеве и Варшаве совместно с Федерацией футбола ФРГ, а среди участников были известные писатели и журналисты из европейских стран, лауреаты престижных премий.
Х-сын вроде бы вскрывает факты, называет себя теперь журналистом-расследователем, вычисляет «шпионов среди нас», «путинских агентов влияния», «выполняющих задание», то есть как бы выводит на чистую воду, но при этом беззастенчиво лжёт. В «фиктивной организации» – известные немецкие писатели и общественные деятели разных стран, озабоченные судьбой мира, призывающие к диалогу вместо монолога.
Цитата из Д.Х.: «Организация литературных конкурсов в разных странах, проводимых подставными или полностью контролируемыми местными российскими посольствами литературными клубами, – это тоже стандартная практика российских спецслужб».
По доносу Хмельницкого выходит, что литературные конкурсы и авторские клубы в ФРГ созданы российскими спецслужбами, чтобы лирикой и прозой подорвать национальные интересы и обороноспособность Германии. Даниэль и Синявский тоже обвинялись в подрывной деятельности против СССР и при помощи Хмельницкого-старшего получили за это внушительные сроки. Теперь Х-сын разоблачает шпионов среди русских писателей и руководителей литературных клубов. В его фантазии, наверное, грезится открытый процесс над писателями-врагами Еврозоны, на котором он выступил бы в роли обличителя.
А писателей – в тюрьму, на зону, в ссылку. А самых злостных – повесить, потому что нечего там отсебятину писать!
Ну и обвинить кого-то в расизме – любимый приём Хмельницких. Причём сынок приводит в доказательство пример, где расизма нет близко, а есть боль разочарованного в исторической родине немца. Что это, умышленный подлог или обыкновенное дилетантство плохо понимающего смысл цитаты, если там больше трёх слов?
Судите сами. Вот что Х-сын пишет про другого разоблачённого «агента Кремля»: «Его организация просоветская и расистская. И её сайт имеет характерное название Genosse.su. Гроут и в интервью высказывается вполне расистским образом: «Русские немцы в Германии – словно дрожжи: мы можем пробудить и поднять национальный дух у этой массы людей, ментально уже принявших поражение. Мы ведь сначала как думали? Приедем, будем стоять за спиной немцев, укреплять их. А в результате нам пришлось наблюдать за тем, как их словно стадо этническое ведут на кладбище».
Д. Хмельницкий смешивает жанры. Для него докладная записка, прямой или скрытый донос, отчет стукача и журналистское расследование смешались воедино.
Сынок ополчился на «врагов» НАТО и Евросоюза, мечтая превратить его в репрессивную Еврозону с догматическим лево-либеральным мышлением, на критиков украинской власти, называя их тоже «агентами Кремля». Он «разоблачает» «путинских агентов» и сдаёт их в публичном пространстве в надежде на то, что «органы защиты» НАТО обратят внимание, похвалят, дадут ему конфетку в виде гонорара за стукачество. И как же не дать, ведь надёжный, потомственный, проверенный кадр. А разоблачёнными, понятное дело, займутся. Так, наверное, думает Х-сын.
Однако, утритесь, Дмитрий. Не то время, не те люди. Не страшно.
Обидно другое – опыт отца ничему не научил сына. Хотя как же ему учиться, когда «времена такие на дворе»? Безнаказанность за «свободу трёпа» выталкивает Хмельницких на поверхность, в публичное пространство, делает их «героями-однодневками». Верх цинизма нашего времени в том, что убийца, желая хайпануть, рассуждает о праве на жизнь, вор – о благотворительности, проститутка – о высокой морали, а потомственный стукач во втором поколении – о рукопожатности.
Особенно отвратительно, когда Х-сын воюет с теми, кто уже лишён возможности ему возразить. Например, когда он намекает после смерти нашего товарища, что тот был едва ли не причастен к смерти академика Сахарова, за что якобы получил звание «майора спецслужб».
К сожалению, Хмельницкие не одиноки. Появилась определённая когорта «интеллектуалов» либерального толка, готовых вешать ярлыки на всех оппонентов, кто не согласен с их сектантской догмой, по которой всякого рода свободы ставятся выше верховного права человека на жизнь. Они не скрываются, они считают своей доблестью выявить «агента Кремля», указать инакомыслящему на место, где ему следует быть, обязательно напомнят, что коллективный либерал за тобой «наблюдает», то бишь отслеживают твои высказывания, видимо, подшивают для финального, ощутимого и оглушительного доноса, продукта их «кипящего возмущением разума».
Дай им волю, стали бы вешать на столбах.
Стукач-интеллигент – явление жалкое и гадкое – доносит не из-за куска хлеба, не из-за 10 кв. метров жилья, даже не из зависти. Он делает это почти бескорыстно, из идейных соображений, забывая, что идеология и политика переменчивы, а мораль постоянна. И вот он сегодня делает «благородное дело» и на хорошем счету, «пользуется уважением» как незаменимый агент спецслужб или как журналист-обличитель, а завтра власть, казавшаяся незыблемой, рушится, и он входит в историю, причём уже навсегда, как Х-отец, могильщик писателя Ю. Даниэля, ускорившего его смерть. И никто, Дмитрий, ни ваши хозяева, которые про вас забудут, как забыли вашего отца, ни раскаяние, не помогут, как не помогли и ему.
И на каждый очередной донос будет всплывать ваша с ним общая история. Не теребите своими поступками память об отце и не трогайте литераторов. Опасное это дело. Неизвестно, каким боком оно вам выйдет. Ваш папа ныл, обращаясь к своим жертвам (Владимир Кабо, «Дорога в Австралию: Воспоминания»): «Мы собрались в Институте востоковедения в Армянском переулке, в назначенный час появились Хмельницкий и его жена…
Мы нашли пустую комнату и попросили Занда (в 1949 году Сергей Хмельницкий дал показания против своего друга Михаила Занда, что привело к его аресту и заключению в лагеря. – Прим. С.И.) присутствовать при разговоре. Молча сели. Молчание нарушил Хмельницкий.
– Почему вы губите мою семью, моих детей? – спросил он.
– Мы не ставим себе такой цели, – ответил Брегель, – но у нас не было другой возможности рассказать о тебе публично.
– А ты думал о наших семьях, когда доносил на нас? – спросил я Хмельницкого. – Для них последствия могли быть куда более серьёзные.
– У вас пропало только пять лет, – возразил он, – а у меня теперь пропала вся жизнь».
«Общественное положение Хмельницких таково, что справиться с ними можно самым простым способом: не приглашать и не впускать в приличное общество. А если наглецы являются сами, то хорошо бы их «выпускать» по лестнице, придав соответствующее ускорение…» – предлагал Горенштейн.
Анализируя список тех, на кого в своём порыве донёс Дмитрий: старушка, получившая российский орден, издатели, писатели, политологи, редакторы газет, интеллигенты нелиберального толка, и сопоставляя с результатами, приходится сделать вывод, что ни один донос не возымел действия. Отец-сексот работал эффективнее: Михаил Занд, Владимир Кабо, Юрий Брегель, Юлий Даниэль, Андрей Синявский…
А может, деятельность Х-сына в том и заключается, чтобы немецкие силовые структуры по его добровольной инициативе были заняты дутыми доносами, тратили силы на пустые домыслы, а в это время настоящие шпионы, напримербританские, могли незаметно делать своё дело?
Похоже, с конспирологической точки зрения, так оно и есть. Только немцы почему-то на это не ведутся и не шьют писателям липовые дела. К глубокому сожалению Хмельницкого-сына.
Видимо, зная или справедливо полагая, что это – какой-то исключительный, семейно-патологический случай.
«ЛГ»-ДОСЬЕ
Саади Исаков родился в Москве в 1955 году. Окончил Московский государственный педагогический институт имени В.И. Ленина (ныне МПГУ) по специальности «учитель русского языка и литературы».
Учился на семинаре при Московской городской организации Союза писателей СССР под руководством Д. Урнова и В. Ряховского. Преподавал литературу в школе и в Институте усовершенствования учителей.
С 1991 года живёт в Германии, работал редактором русскоязычных изданий, преподавал славистику в Университете Билефельда, публиковался в европейской и русскоязычной прессе.
Автор рассказов, повестей, пьес и публицистики, член Русского ПЕН-центра.
