Дмитрий Воденников,
поэт
«Съешь лимон». Так говорят человеку, который сильно радуется, хотя уверяет, что событие его расстроило, а кому-то по какой-то причине его радость, плохо скрываемая, неприятна.
Ещё моя прекрасная мачеха в своё время рассказывала, что, когда они были подростками, в далёком году, в советском ещё городе Нальчике ходили на парковые выступления артистов и певцов, садились в первый ряд и ели лимон.
У артистов сводило скулы – песня, которая «строить и жить помогает», начинала немножко прихрамывать.
Ещё многие использовали лимон для чая, а ещё он всегда лежал на блюдечке, нарезанный, рядом с твоей кроватью на табуретке или пододвинутом стуле, когда ты мучился со своей детской простудой или ангиной.
…Тут недавно прочитал: в забытом уже (сколько воды в наших письмах утекло, сколько листьев над головой прошумело) 1995 году произошла недолгая серия ограблений. Грабители в общей сложности ограбили два банка в окрестностях Питтсбурга и вынесли оттуда несколько тысяч долларов. Но серия ограблений неслучайно была недолгой: полицейские сперва даже не поверили своей удаче, думали какой-то странный трюк с масками. Но факт остаётся фактом: грабители, которых опознали как МакАртура Уилера и Клифтона Эрла Джонсона, оба раза не скрывали своих лиц, даже более того – оба раза, довольные, улыбались в камеру.
За что и поплатились.
Приди – открой балкон. Как небо тихо;
Недвижим тёплый воздух, ночь лимоном
И лавром пахнет, яркая луна
Блестит на синеве густой и тёмной,
И сторожа кричат протяжно: «Ясно!..»
К ним и пришли, задержали. И это было шоком для грабителей: они были уверены, что их не найдут. Потом уже были потрясены и полицейские. Когда узнали, по какой причине не должны были приходить.
Клифтон Джонсон, человек, видимо, живший по законам небесной логики, где-то прочёл, что в Средневековье лимонный сок использовался в качестве невидимых чернил.
«Следовательно, – зашептал Джонсон своему приятелю Уилеру, – если мы натрёмся лимоном, то ни одна камера нас не определит, зафиксирует только наши фигуры и очертания лица, а само лицо – нет».
Самое забавное, что они даже провели дома эксперимент. Уилер натёр лицо лимонным соком (бедная кожа), потом взял «Полароид» и сделал селфи.
Тут история темнит и рябит: не очень понятно, что произошло. Может, плёнка была испорчена, а может, что-то не то было с ракурсом. Но в любом случае почему-то лица на фотографии не было. Может быть, обычный «засвет»?
В любом случае философский камень тускло мерцал в темноте ума. И приятели отправились грабить свой первый банк.
А далеко, на севере – в Париже –
Быть может, небо тучами покрыто,
Холодный дождь идёт, и ветер дует.
А нам какое дело? слушай, Карлос,
Я требую, чтоб улыбнулся ты…
Улыбнулся, впрочем, не только Дон Карлос из «Маленьких трагедий» Пушкина, но и профессор социальной психологии Дэвид Даннинг, который потом написал: «Если Уилер настолько глуп, что решил ограбить банк, то, вероятно, он также слишком глуп, чтобы осознать глупость своего желания ограбить банк, то есть его глупость не давала ему понять собственную глупость».
Фраза туманна, как обещанное влияние лимонного сока на лице, но нам сейчас интересно не это.
Нам интересна собственная глупость, а ещё более – глупость окружающих людей.
Люди как будто не могут понять, что сами во многих случаях загоняют себя в безнадёжность. В отношениях, в делах, в Интернете.
Они делают и делают хитрые глупости, но лимонный сок их самомнения ничего не скрывает.
Мы видим с этой стороны экрана, как они самодовольно глупы. Мы даже можем предсказать их близкую или отстоящую на несколько месяцев судьбу. Мы даже иногда их предупреждаем.
А потом видим, как они мажут на своё лицо лимонный сок.
