В процессе дискуссий выяснилось, что восточных книгоиздателей всерьёз интересуют современные российские авторы. Но эффективной коммуникации с представителями российского книжного рынка у азиатских издателей нет. Проблему усугубляет дефицит информации о наших книжных новинках, актуальных для Востока.
В Новосибирске на днях подвели итоги Азиатского научно-культурного онлайн-форума, который провели Государственная публичная научно-техническая библиотека (ГПНТБ) Сибирского отделения РАН и культурный фонд «АРТ-дивизион». Главной темой форума была проблема «экспорта» современной российской литературы на Восток.
В мероприятии участвовали книгоиздатели из шести азиатских стран: Сирии, Ирана, Ливана, Индии, Малайзии, Шри-Ланки. Все единодушно заявили о немалом интересе к современной российской прозе.
«Предыдущие поколения русских авторов хорошо известны в Иране, а новые – довольно плохо», – сказала Мариам Хашемиан, руководитель правового отдела издательства «Чешме» (Иран). Притом что в Иране переводилась постсоветская литература, большую её часть составляли драматические произведения о распаде СССР, и рынок оказался перенасыщен такой прозой. Теперь иранская аудитория больше интересуется жизнью современных русских людей, говорит Хашемиан.
Нил Уайт, управляющий партнёр холдинга Norvicson Advertising (Индия), в который входит издательство, тоже уверяет в интересе индийской аудитории к современной российской прозе. Но сейчас, по его словам, на книжном рынке Индии не хватает прямого перевода с русского на хинди или бенгали: часто источниками служат английские или французские переводы, что множит ошибки и неточности. Директор издательства Международного исламского университета Малайзии IIUM PRESS Роофа Хашим выразился просто: «Современная русская литература неизвестна в Малайзии». Предыдущие поколения издателей и переводчиков русской литературы получали мощную государственную поддержку, которой сейчас нет, – пояснил ситуацию Динеш Кулатунга, учредитель и гендиректор издательства «Нептуп Публикейшн» (Шри-Ланка).
Однако главной проблемой «экспорта» издатели назвали другой фактор: у них мало информации о российских авторах и книгах, потенциально интересных аудитории. Учитывая, что у восточных стран зачастую особые критерии выбора книг для перевода, дефицит таких сведений действительно критичен. К примеру, в Иране действует цензура: издание каждой зарубежной книги требует согласования с минкультом. Цензура не приемлет в текстах эротики, употребления наркотиков, болевых для Ирана политических коллизий.
Хамед Каземзаде, секретарь по международным делам иранского издательства «Негарестан Андише», знает, что у населения есть серьёзный запрос на российскую историческую литературу, особенно ту, которая отражает противостояние России и Запада. Однако в многочисленных наименованиях исторических романов разобраться порой непросто. А на недавней Тегеранской международной книжной ярмарке представлялись российские книги преимущественно о бизнесе и путешествиях, сообщил Каземзаде.
Динеш Кулатунга сказал, что заинтересован в информации о детских и юношеских книгах. А Лауру Саях, директора отдела книжных переводов Арабского центра исследований и политических исследований (Ливан), занимает российский нон-фикшен. Издательство уже переводит наши философские и политические книги, одна из последних – «Геополитика постмодерна» Александра Дугина. Маджед Алладин, владелец издательств «Алладина» и «Руслана» (Дамаск), уверен, что сирийского издателя, как и прежде, интересует российский роман, в центре которого – страдающий современник. Недаром в конце 1980-х в Сирии 12 раз переиздавалась «Плаха» Чингиза Айтматова.
Директор ГПНТБ Ирина Лизунова считает, что Новосибирск должен стать постоянной коммуникационной площадкой для азиатских издателей, российских авторов и переводчиков. Также необходимо расширить круг стран-участниц: в частности, пригласить издателей из Китая и Монголии.
Анастасия Павлова
В странах Азии сегодня издаётся в десятки раз меньше русских книг, чем до перестройки. А современные российские авторы во многих восточных странах просто неизвестны.