Когда чудес уже не будет

Михаил ЛОКОЩЕНКО

Ведущий научный сотрудник МГУ имени М.В. Ломоносова, кандидат географических наук, доцент. Публиковался в ряде литературных изданий.

Пешка
Когда на шахматном просторе
В борьбе намечен перелом,
Когда фигурам нашим – горе
И нас теснят со всех сторон,
Когда чудес уже не будет
И всё почти предрешено,
Мы, пешки, маленькие люди,
Должны держаться всё равно!

Когда трубят тревогу трубы
И тень чернее от лица,
Дай Бог нам крепче стиснуть зубы,
Чтоб не сломаться до конца

И продержаться до рассвета
На клетках шахматных полей.
Ведь пешки не меняют цвета!
И не бросают королей…

Прощание со счастьем
Что за службу справляют в церквах?
Панихиду по нашим надеждам.
Горе всем – и слепцам, и невеждам,
Чьи надежды рассыпались в прах.

Что за колокол бьёт в темноте?
Это снова зовут нас куда-то.
Где-то жизнь хороша и богата,
Но зовут не туда и не те.
Что печально так птицы кричат?
Это счастье прощается с нами
И с не выбранными именами
Не родившихся наших внучат.

Оглянись
Замедли шаг и оглянись назад,
С самим собою повстречайся
взглядом:
Ты видишь – вдалеке цветущий сад,
Родители идут с тобою рядом.

Два любящих создателя твоих
Такие молодые и смеются…
В тебя перетекают силы их,
Как в новые побеги соки льются.

Родители ведут свой разговор,
И все сбылись хорошие приметы…
Ведь где бы ты ни шёл
с тех самых пор,
Всегда с тобой – то солнечное лето.

Постой и обернись через плечо:
Родители ведут тебя за ручку.
Там, вдалеке, – ты маленький ещё…
А может, это – будущая внучка.


Полковник
Когда дрожащею рукой
По мятой карте войсковой
Полковник судорожно водит
И уверяет, что пока
Известий нет наверняка
И ничего не происходит,

Все знают, что произошло:
Всё войско в бегство перешло,
И рота роту обгоняет,
И даже полковой трубач
Несётся опрометью вскачь
И на скаку трубу роняет.

Повсюду в спину дышит враг.
Вот знаменосец бросил флаг
В безумном бешеном азарте.
Толпа неровная бежит.
Полковник раненый лежит,
И кровь его течёт по карте.

Игрушки
Игрушки ждут, когда их приласкает
Доверчивая детская рука.
Но дети потихоньку вырастают
И смотрят на игрушки свысока.

Теперь у них совсем другие игры –
Жестокие и взрослые вполне,
А плюшевые зайчики и тигры
В их памяти лежат на самом дне.

Ты помнишь, кукла, как тебе ребёнок
Рассказывал приснившиеся сны
И спрашивал, обняв тебя спросонок,
Как долго ещё ждать ему весны?

Игрушки были ласковы и робки
У маленьких хозяев на руках.
Теперь они заброшены в коробки,
Лежат на позабытых чердаках.

Игрушки тоже медленно стареют,
Их детство сразу в старость
перейдёт:
И зайчики, и тигры побелеют,
И куклу сеть морщинок оплетёт.

Печальные рыбы
Печальные древние рыбы
Плывут на большой глубине –
Как будто огромные глыбы
В тяжёлой придонной волне.

Во тьме беспросветной,
                кромешной,
Где нет ни минут, ни часов,
Живут они жизнью нездешней
В чащобе подводных лесов.

Подняться им к свету повыше
Инстинкт вековой не велит,
И в книгах учёные пишут,
Что это – исчезнувший вид.

Плывут они молча, угрюмо,
А море становится злей,
Несёт их течение в трюмы
Лежащих на дне кораблей.

Под сетью ржавеющих тросов
Они обретают покой,
И души погибших матросов
Печально им машут рукой.