Благодаря программе «Театр HD» – трансляции в десятках кинотеатров всего мира лучших спектаклей, драматических, оперных и балетных – постановки лучших московских театров сегодня можно смотреть и в Петербурге.
Я воспользовался такой возможностью и написал рецензию на вечер одноактных балетов московского Музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко «Ингер / Браун / Прельжокаж».
Прелесть балета шведского хореографа Йохана Ингера «Прогулка сумасшедшего» – в соединении трогательной нелепости и музыкальной органичности, почти гротескной пластики и классической грации, отточенного совершенства движений. Добавляет магии в этот коктейль гипнотическая, вводящая в транс музыка «Болеро» Равеля. Вязкая, затягивающая мелодия, стихая, обрывается, чтобы ближе к финалу смениться щемящей, пронзительной пьесой Арво Пярта «Для Алины».
Единственный элемент сценического оформления – простой дощатый забор. Он служит границей – между светом и тьмой, между видимым и незримым, между миром повседневного безумия ограниченности и безграничным безумием. Декорация то создаёт неповторимый деревенский колорит, то – отражает безысходность отгороженного от окружающих сумасшедшего дома. Отгороженного, чтобы защитить – нормальных людей от безумцев или безумцев от нормальных? То и дело в этом заборе открываются калитки. Они открываются в любом месте – потому что в любом месте жизни в неё может ворваться безумие. И персонажи балета выходят через эти калитки. Выходят из себя, из жизни – в никуда, в смерть, в окончательное безумие…
Второй одноактный балет этого вечера – «О, сложная» – творение Триши Браун, одной из знаковых фигур балетного постмодерна. Триша Браун известна своими радикальными экспериментами, в её постановках танцоры действуют, кажется, нарушая законы гравитации. Но балетное трио «О, сложная» – совсем о другом, это почти возврат к классическому балету девятнадцатого века. На фоне звёздного неба, под электронную музыку и исполнение белого стиха Чеслава Милоша «Ода птице» два мужчины-танцовщика помогают балерине научиться летать, как две птицы учат полёту своего едва оперившегося птенца.
И наконец, третий балет, которым завершается спектакль, – «Свадебка» Анжелена Прельжокажа, номинированная на театральную премию «Золотая маска». Игорь Стравинский писал свою музыку, вдохновляясь обрядовой музыкой русской свадьбы. Прельжокаж, француз албанского происхождения, родившийся в Черногории, перевёл её на близкий и понятный ему язык балканского свадебного обряда, по словам хореографа, похожего на вывернутые наизнанку похороны, на странную смесь праздника, фарса и трагедии. Здесь невеста – разменная монета, жертвенный агнец, и она с непонятной готовностью идёт навстречу своей судьбе. Наряду с мужчинами и женщинами, почти наравне с ними, в балете участвуют манекены в свадебных платьях – оживающие в танце и умирающие в финале балета. Резкие, рубленые, размашистые движения танцовщиков подчёркивают вульгарный трагизм происходящего. Густая, яркая, яростная энергия танца, даже не танца – пляски, в сочетании с артистизмом и лёгкостью исполнителей создают удивительное, завораживающее зрелище.
Александр Танков
