Коллизии вокруг Колизея

Роланд Эммерих – в прошлом режиссёр кассово успешных фильмов-катастроф – в последние годы по злой иронии судьбы обрёл репутацию постановщика, чьи картины катастрофически проваливаются в прокате. Тем удивительнее, что ему доверили дорогущий телевизионный проект.

79 год н.э. Римом правит престарелый Веспасиан (Энтони Хопкинс). В тени императора живут два его сына – верный солдат Тит (Том Хьюз) и подлый интриган Домициан (Джоджо Макари). Первый предпочитает метод кнута, второй склоняется к прянику, но в жестокости превосходит брата. Сам Рим напоминает пороховую бочку, которая вот-вот должна рвануть. Слабостью центральной власти хотят воспользоваться многие – от достопочтенных сенаторов до подпольщиков-иудеев. В это же время на ставках в Большом цирке обогащается ушлый букмекер Теннекс (Иван Реон), решивший бросить вызов патрициям, создав собственную фракцию на арене.

И если на словах это выглядит как неплохая альтернатива «Игре престолов», то на деле оказывается ближе к турецкой мыльной опере «Великолепный век». Все сюжетные линии, начатые в первых эпизодах, вроде бы не и существуют автономно друг от друга, но всё равно не сплетаются в цельную историю. А ведь их тут немало, и уследить за каждой из них – задача не из лёгких. Но это и не главная проблема сериала: плохо то, что следить за ними, начиная с четвёртого эпизода, становится не интересно. Может, всему виной сценарий Роберта Родэта, где предсказуемого кратно больше, чем интригующего, может, слабая режиссура Марко Корцпайнтнера, подменившего Эммериха в середине сезона. Так или иначе, удерживать внимание зрителя у «Обречённых на славу» получается едва ли. Действительно интересно наблюдать разве что за похождениями Теннекса, поскольку, как это нынче модно, он является антигероем. Его мотивы корыстны, а методы порой чудовищны, но, выбирая между горделивыми богатеями из Сената и дерзким плебеем-нуворишем, мы, как зрители, конечно же, выбираем сторону последнего. Всех остальных персонажей можно описать одним прилагательным. Разве что нумидийка, спасающая своих детей из рабства, вызывает сочувствие.

Эммерих сделал своё имя на взрывных блокбастерах, размах и визуальная безупречность которых нивелировали все огрехи сюжетной составляющей. И хотел бы я сказать, что время от времени «Обречённые на славу» балуют зрителей чем-то подобным, но, увы, совсем не получается. Всё упирается в компьютерную графику, вернее, в её дешевизну и вытекающую из этого нереалистичность. И если сам город выглядит ещё сносно, то нарисованные животные – это тихий ужас. Драматичный эпизод, в котором белый лев, символ Тита Флавия, зверски убивает иудеев на радость ликующей толпе, смотрится попросту нелепо из-за внешнего вида животного. Впрочем, это сейчас повсеместная проблема, о которой уже не первый год говорят в Голливуде. Дело не в том, что нет соответствующих технологий, а в том, что крупные студии устанавливают абсурдные сроки, экономят на оплате труда и вносят правки в последний момент, отчего страдает графика.

«Обречённые на славу», которые в оригинале вообще-то «Идущие на смерть» (девиз гладиаторов), – это ни в коем случае не плохое произведение, скорее разочаровывающее тем, что могло быть лучше. Хлеб оказался чёрствым, а зрелища – фальшивыми.