Арсений Замостьянов, заместитель главного редактора журнала «Историк»
Начало ХХ века – расцвет эпохи паровозов. И подлинный взлёт учёных, которые изучали этот вид железнодорожных локомотивов. Среди них особо выделяется Николай Иванович Карташов – экстраординарный профессор, чья научная деятельность практически всю жизнь была посвящена разработке, созданию и совершенствованию паровозной техники.
Будущий автор фундаментального 6-томного учебника «Курс паровозов», ставшего настольной книгой железнодорожников на весь долгий период эксплуатации паровозов, родился в Новочеркасске, в казачьей станице. Николай был старшим из двенадцати братьев и сестёр в огромной семье казачьего офицера-артиллериста и дочери главного врача войска Донского. С детства больше всего на свете его интересовала техника. В юношеские годы Николай удерживал за собой лавры первого ученика в реальном училище, поэтому быстро стало понятно, что будущее молодого человека окажется связанным не со строевой службой, а с наукой. Карташов поступил в знаменитый Харьковский технологический институт, получил диплом инженера-технолога с отличием. А трудовую жизнь начал на Новочеркасской железной дороге слесарем, затем – помощником машиниста. Наш герой резонно считал, что инженер обязан пройти на практике весь путь работника железнодорожного транспорта, начиная с самых азов. Когда Карташова назначили начальником участка тяги на строительстве Уссурийской железной дороги, он уже досконально знал профессию: и на уровне гаечного ключа, и на уровне новейших теорий, статьи о которых появлялись в немецких и американских журналах.
Потом – несколько лет стажировки на паровозостроительных заводах Европы. Карташов объездил весь Старый Свет и везде примечал что-то новое, необычное, полезное. Франция, Германия, Швейцария, Австро-Венгрия, Италия… В Париже сумел организовать российскую экспозицию на Всемирной технической выставке. После практики на европейских предприятиях инженера ждали в обеих столицах, однако Николай Иванович решил продолжить работу в Сибири, в недавно основанном Томском технологическом институте. Там его знали как замечательного инженера и организатора – по работе на Уссурийской дороге.
Ему предстояло создать сибирскую школу паровозостроения – и с этой задачей учёный справился блистательно, объединив вокруг себя плеяду молодых энтузиастов. Вскоре его избрали ректором. В непростое военное время (шла Первая мировая) институту под руководством Карташова удавалось исправно готовить разносторонне образованных инженеров. Как ректор он ввёл для выпускников практику защиты дипломов – это серьёзное испытание помогало молодым специалистам приобрести опыт на всю жизнь. За несколько лет количество студентов Томского технологического увеличилось на треть. В институте создавались актуальные научные труды, в том числе на кафедре теоретической механики и машиностроения. Там читал лекции и проводил семинары профессор Карташов.
Сам учёный защитил давно сложившуюся в черновиках докторскую диссертацию по теории паровозов. Его монография «Опытное исследование паровозов» считается первой в мире капитальной научной работой по этому направлению. Кроме того, Карташов привлёк к работе нескольких талантливых молодых исследователей, которых сумел увлечь своими идеями.
Николай Иванович был увлечён, помимо прочего, историей, понимал, как важно прослеживать эволюцию научных представлений о том или ином явлении. Особенно остро его интересовал период промышленной революции начала XIX века, когда, собственно говоря, зарождались железные дороги. Размышления о техническом прогрессе, о необходимости расширять возможности человека легли в основу книги профессора Карташова «История развития конструкции паровоза», которая вышла в свет в середине 1930-х. Исследователь считал, что историю двигателя, историю технологий следует рассматривать в контексте экономической и социальной картины. «Чем полнее она будет, тем точнее мы определим задачи, которые стоят перед инженерами», – полагал он. Сохранились даже воспоминания о том, как маститый профессор, которому уже было далеко за 60, вместе со студентами приходил на лекции по общественным наукам, чтобы восполнить кое-какие пробелы в знаниях. Он считал, что между технической и гуманитарной мыслью нет непреодолимой преграды.
Карташову удалось на научной основе определить закономерности, которые необходимо понимать конструкторам локомотивов. Этому предшествовала многолетняя работа по осмыслению эксплуатационных недостатков десятков моделей паровозов. Он сформулировал принципы проектирования этих машин, представил коллегам десятки расчётов, которые стали в итоге бесценным подспорьем для инженеров. Карташов писал о необходимости реконструкции парового железнодорожного транспорта и предлагал сценарии развития техники. Изучая опыт железнодорожников разных стран, учёный выстраивал картину грядущего. «Локомотив должен лететь в будущее», – таково было кредо профессора.
В начале 1930-х годов из Томского технологического института выделился механический факультет. На его основе сформировали Томский электромеханический институт инженеров железнодорожного транспорта. Туда Карташов перешёл на должность заведующего кафедрой «Паровозы». Там и работал до конца жизни.
Карташова считают инициатором стахановского движения в Сибири. Он был сторонником соревнований – и в науке, и в индустрии. Первым из сибирских учёных он получил Сталинскую премию за шеститомный труд «Курс паровозов», по которому учились все инженеры-железнодорожники того времени. Профессору принадлежала яркая идея творческого изучения и широкого распространения стахановских методов на железнодорожном транспорте – не только среди инженеров и рабочих, но и среди учёных, исследователей. Он привлёк к этой работе коллег из многих вузов страны. Тот метод так и назвали – «карташовским», тем более принималась во внимание не только научная, но и пропагандистская ценность любой технической новации. Это правильно: если идеи не получают точную огранку, если каждая из них не способна объединить сотни людей, преодолеть отставание не удастся.
Николай Иванович был почётным железнодорожником, почётным машинистом и кавалером всех советских орденов, кроме боевых. Впрочем, его опыт и энергия пригодились и во время Великой Отечественной. В 1941 году Карташов организовал в Томске комитет учёных, занимавшийся разработкой важнейших вопросов в помощь фронту. А сам профессор, несмотря на уже подорванное здоровье, активно вникал в проблематику замедления железнодорожных перевозок в экстремальных прифронтовых условиях.
Он ушёл из жизни в 1943-м в возрасте 76 лет. Великая Отечественная принесла столько потерь, что, наверное, смерть хоть и выдающегося, но немолодого учёного могла остаться незамеченной. Но слишком велик был вклад Карташова в железнодорожное дело. Уже в 1944 году одна из томских улиц получила имя профессора, а его ученики продолжили исследования, намеченные выдающимся учёным, который понимал, как важна связь науки с индустрией и с повседневной жизнью людей…
