Символический цветок сердца Москвы – Красная площадь. Знаково, что книжный фестиваль – широкое мероприятие, доказывающее, что Россия не совсем ещё потеряла свою логоцентричность, проходит именно на Красной, пропитанной исторической силой, окружённой своеобразной аурой мудрости.
Всё лучшее здесь было представлено: золотые зёрна мысли и стиля, заключённые в книжные обложки...
Итак: лекторий номер 19, круглый стол, посвящённый роману Виктора Слипенчука «Зинзивер».
О, роман вобрал в себя много тенденций русской прозы. Пропущенные через дар и своеобразие писателя, выплеснутся они на страницы огнём действия и силой любви, мерой осмысления действительности и поэтической подоплёкой дней, ибо поэзия разлита везде, надо только уметь чувствовать…
«Что это такое – свободный выбор... и музыкальное оформление? Это – песня! Да-да, песня, потому что в результате подбора и сочетания, казалось бы, простых кухонных предметов я, подобно профессору магии, в конце концов овладел искусством вызывания почти предсказуемых галлюцинаций».
Виктор Слипенчук – он же поэт! – чувствует сие необыкновенно трепетно, как и чуткие читатели, как писатели, чьи имена известны широко, а состав участников круглого стола представителен: здесь и Георгий Пряхин, и Юрий Козлов…
Мэтры отечественной литературы, собравшиеся обсудить узловые проблемы интересного произведения современной изящной словесности – да не утратит она изящества и глубины!
Роман, выпущенный впервые в 2000 году, постепенно, как и положено настоящей книге, набирает обороты влияния. Субстанция его своеобразия пропитывает интеллектуальные читательские круги. Впрочем, чтобы погрузиться в колоритную атмосферу романа, вовсе не надо быть гуманитарным эрудитом, ведь сюжетные линии его сплетаются туго и, ведомые любовью и поэзией, не отпускают до конца читательское внимание.
Атмосфера жизни показывается детально, со многими яркими подробностями.
Открыл мероприятие Юрий Козлов, бессменный главный редактор «Роман-газеты», в которой вышла пока первая часть романа, – дело за будущим.
Козлов начал своё выступление с объёмного исторического отступления, погружая присутствующих в мир былого, где возникновение «Роман-газеты» связано с именем Максима Горького, мощного подвижника литературы, понимавшего кристально чётко, насколько именно литература – в высоком её аспекте – организует личность.
Разумеется, выступление Юрия Козлова завершилось краткой и точной информацией об издании в «Роман-газете» «Зинзивера» Виктора Слипенчука.
Елена Русакова, редактор издания, заострила внимание присутствующих, которых в этот ранний час было немало, на том, что какими бы ни были времена, сколь бы ни густел исторический и бытовой антураж, именно доброта остаётся одним из сиятельных параметров человека.
Елена Русакова, выступая, подчеркнула наличие своеобразного благородного вектора, определяющего бытование издания в современном литературном космосе, – вектора, связанного прежде всего с нравственным и интеллектуальным наполнением социума. Говоря о Слипенчуке и его «Зинзивере», Русакова, вспомнив стихи Константина Симонова, отметила, что это роман… прежде всего о любви.
Да-да, о ней – космической и земной, сиятельной и тернистой, умудряющейся совместить шипы и мёд; о ней – основе бытия. Виктор Слипенчук, чётко и жёстко фиксируя действительность, созидая оригинальную хронику девяностых, показывает её – любовь – примой бытия, такого обыденного, такого невероятного в каждой фазе своей, в каждой фразе бесконечно ткущегося кем-то небесного текста. Подлинный писатель чувствует эти запредельные вибрации, переводя их в земные слова.
И снова Юрий Козлов. Лапидарно характеризуя роман Слипенчука, он подчеркнул его аналитическую специфику: «Зинзивер», точно ведя писателя, тщательно исследует срез 90-х, их противоречивую жилу жизни, и разнообразное это исследование выполнено через систему образов.
Никогда в лоб. Никакого примитивного скольжения по поверхности, ибо Слипенчука интересует произрастание корней.
Далее выступил Георгий Пряхин – оригинально и живо. Человек богатого онтологического опыта и писатель значительного дара, Пряхин подчеркнул, что Слипенчук знает жизнь «босыми ногами». Жизнь земли. Жизнь народа, из глубин плазмы которого, из деревенского бытия и вышел Виктор Слипенчук и прошёл все этапы русского бытования: от мальчишки-пастуха до признанного яркого писателя.
Некогда Виктору Слипенчуку давали напутствия живые классики, выразители русского художественного слова – Ярослав Смеляков, Василь Быков… Думается, читая – гипотетически – «Зинзивер», они бы порадовались точности своего предвидения.
Генеральный директор еженедельника «Аргументы недели» Олег Желтов был благородно-краток: говоря о сотрудничестве Виктора Слипенчука и газеты, он подтвердил дальнейшую готовность предоставлять пространство публицистическим и художественным творениям-откровениям Слипенчука.
Выступление самого автора отличалось оригинальностью: стихи, как мера сгущения творческого мироощущения, были представлены собравшимся в своеобразной манере чтения – трепетно и чисто, на вибрациях нерва, всегда необходимого в поэзии, и… как-то по-детски, с необыкновенной незамутнённостью, незащищённостью даже, хотя были прочитаны и социальные, горящие ранами созвучия.
Стихотворением «Брату» открыл поэт и прозаик своё выступление:
Когда страна моя воюет,
А за морями враг ликует,
Что в СМИ нас одолел вполне,
На санкционной на войне,
Не буду обвинять своих
За унижение от них.
Россия, Русь, перед тобою
Своей мы платим головою –
За наш язык, за нашу стать,
Чтоб в полный рост
могли мы встать.
И это стоит нам того,
Чтоб верить в брата своего.
Тугая кристаллическая решётка стиха. Ничего лишнего – в поэзии жир, одутловатость недопустимы. Медовая горечь содержания: двойственность определяет современную жизнь.
Логичным продолжением – вспышка следующего стихотворения: «В окопах Сталинграда»:
Вокруг земля объята дымом –
Мы вновь в окопах Сталинграда.
Прёт в лоб железная армада
Свиньёю, пресловутым клином.
Чумак – моряк-разведчик
храбрый –
Нырнул с гранатами в овраг.
Здесь будет остановлен враг,
Здесь он возьмёт его за жабры.
О, поэт, используя неизвестные, может быть, и неясные ему самому коды, словно ощущает всех погибших самой сердцевиной собственного сердца, готового вместить всю мощь жизни – с гранями горя и великим восторгом.
И, строя своё выступление по контрасту, необходимому, дабы показать масштаб дарования, Слипенчук читает:
Как пахнет летом?!
Я не об этом.
Проклюнув почки,
Цветут листочки.
И ветерок чуть слышно веет,
Земля от маков пламенеет.
Как пахнет летом?!
Я не об этом.
Крякуша-утка ведёт утят –
Через дорогу пройти хотят.
Там озерцо, там камыши.
Там рай утиный для их души.
Византийски-пышно и российски-просто, легко и так естественно: не сочинено, а выдохнуто и, прочувствованное поэтом, становится достоянием читательского сердца…
Истово и с искренностью костра, пламенеющего предельно всерьёз, исполнял Виктор Слипенчук стихи, и собравшиеся слушали благодарно.
Несколько вопросов было задано, и полученные ответы прозвучали полновесно.
Время – понятие относительное, и часто мы заложники его, не ведающие сути – вечного, «стирающего все дела людей», по провидческому стихотворению Гавриила Державина. Произведения Слипенчука, творческому саду которого был посвящён этот круглый стол, вступают в спор с течением бесконечного и, понадеемся, окажутся сильнее.