Лентробух и «Бухен хауз»

Нюшка Засухина взяла себя новое имя: Анна Каренина. Но счастливой от этого не стала. Наоборот, в уме повредилась. Стала в солнечную погоду выходить к трамвайным путям в новеньких калошах и под зонтом. О чём и написал Ремизов во «Взвихрённой Руси».

Даниил Хармс твёрдо знал: взятый им псевдоним принесёт несчастье. О том же говорил мальчику Ювачёву и его отец. Хармс менял своё «ложное имя» сорок раз. И всё-таки тайная сила псевдонима его доконала: Хармса арестовали, и умер он в психбольнице.

Поэт Пяст (настоящая фамилия Пестовский) вообразил себя поляком, выдумал себе королевское прошлое. Ходил недоступный, гордый, никого и ничего вокруг не замечал. Но и его подвело неудачно взятое имя: мучаясь от рака лёгких, поэт покончил с собой.

Странную вещь сотворил псевдоним и с автором «Чёрной курицы» Погорельским: будучи Перовским, прошёл всю войну 1812 года, включая «Битву народов» под Лейпцигом. А умер (или «погорел»?) от грехов и туберкулёза в недружелюбной Варшаве, путешествуя с племянником Алексеем Толстым, которого некоторые считали его сыном.

Или такой вот симпопонистый псевдонимчик: Тутта Ларсен. Но прочтите имя наоборот и тут же услышите: тайно подхихикивает псевдоним над его беспечной обладательницей!

К именам и названиям нужно относиться бережно, с любовью, но и осторожно. Если имена коверкать, иначить, насыщать сарказмом или ненавистью – они начнут мстить.

Предметная сущность слова, его «физический организм», его энергема (термин Лосева) действуют в мире наряду с пятью стихиями: землёй, водой, воздухом, огнём и эфиром. Поэтому один из ответов на вопрос «Что есть истина?» будет таким: «Истина есть имя».

Существует тело физическое и тело духовное, оно же тонкое тело имени, со своей особой плотью и кровью, с венчаниями и разлуками, падениями и взлётами! Тонкое тело имени не подвержено смерти. Человека уже нет, а имя его действует и действует!

Кстати, пушкинское: «Что в имени тебе моём?» – имеет точный ответ. Он прост: сила имени в его значении – скрытом или явном. Важен, конечно, и звук. Смысл имени невозможно передать без характерного звука. Причём в имени присутствует не просто звук. Присутствует мелос мысли! Мелос имён, их скрытые значения манят познать их суть, таящуюся в географических названиях, явлениях природы, вещах, предметах.

Но всего драгоценней – а значит, и уязвимей всего – имя собственное. Язык без имён собственных – сир и убог. Флоренский утверждал: «Имя – новый высший род слова».

Нас же, в нашем российском доме, уже не один век пытаются перевести в чуждую систему как имён собственных, так и других обозначений и наименований. И сильнее всего сатанеют язвящие языковые вторжения во времена смут и революций.

Переименовав Россию в СССР, некоторые потирали руки: России теперь конец! Но прошли годы, и Россию восстановили. Почему так? Слишком много в имени и понятии «Россия» собрано неуничтожимых энергем… А чего стоили некоторые советские имена?

Входил Петя Иванов в новый класс новой школы и на вопрос «Как тебя, мальчик, зовут?», запинаясь, отвечал: «Лентробух». Учительница – в обморок. Класс – в хохот. Вызванные в школу отец и мать горделиво поясняли: Ленин, Троцкий и Бухарин «подарили» имя бывшему Пете. А у переименованного Пети – двоюродная сестра. Та вообще – Изиль (исполним заветы Ильича). Тут, конечно, слёзы и крик: зачем при рождении такое имя дали? Диковатое имя шестнадцать лет девчоночкой управляло, пока до петли не довело.

На что уж не любил прежнюю Россию Ульянов-Ленин, а и тот возмутился, получив краткую телеграмму: «Шкрабы голодают». После чего был отдан строгий приказ школьных работников впредь именовать вполне себе старорежимно: учителями.

Не отстаёт и наше время. Злоимённость нарастает. Что стоит за такой злоимённостью? Новая кабалла? Оккультные издёвки? Сектантская тяга к самооскоплению?..

А вот и другие наименования, собранные в поездках по России. На питейном заведении значится: «Бухен хауз». Но не всем такое бухло по вкусу. У тех, чьих родных сжигали в немецких лагерях смерти, слово «Бухен» чаще всего тянет за собой слово «вальд». Вот и пей пивко, содрогаясь от хруста русских, еврейских, сербских и других костей. Дальше – больше. Увидел вывеску: «Покушай шо-то у Ашота» – стошнило. Ткнулся в спорткафе «Первая раковая» – и сразу назад. В ресторан «Между ног» заходить побоялся. Тут – «Кафе семейного отдыха». Но вывеска над ним: «Сирота». Не по себе стало. А через дорогу «Суши-муши» и «Шашлык-машлык». Даже аппетит от таких названий пропал!..

Смена имени – смена судьбы. Иногда одного человека. Иногда – судьбы целого народа.

Если имя не содержит в себе значимой мысли, если выбирают его безосновательно и кое-как, оно может убить. Как в случае с Яковом Свердловым. В городе Орле, во время митинга, пролетарии всех стран вдруг соединились и поняли: никакой Свердлов не Яков Михайлович. Что-то зримо выдавало в нём носителя другого имени. А тут ещё голодуха, война… Словом, избили председателя ЦИК так, что через день он умер.

Становится ясно: сам процесс именований – это, кроме прочего, и непрерывная цепь интуиций. Потерял интуицию, назвался не тем, кем на самом деле являешься, – жди беды.

Хуже сомнительных имён и названий только их искажения. Зачем искажают имя? Вдумавшись – понимаешь: многие древние магические обряды и суеверия прочно вошли в генетическую память, осели в нашем подсознании. Вот человек – чаще всего безотчётно – и совершает примитивные магические действия. Искажение имени – один из способов колдовства, основанного на древних представлениях об абсолютной силе слова. Этой-то силы и пытаются слово лишить! Отсюда становится ясно: уродуя имена и названия, сперва подспудно, а потом и сознательно, стремятся уничтожить или хотя бы ослабить их носителей. Тяга к нанесению ущерба ближнему – вот причина искажения имён.

И дурная эта традиция не исчезает. Искажая – убивают. Извращая и коверкая – готовятся принести в жертву. Застрявшая в зубах «Раша» – акт магического убийства России. Или намеренное её «опускание». И ведь головой в па-«рашу» не только Америка пытается нас макнуть! Часть нашей лжеэлиты со змеиным сладострастием этой самой «Рашей» нас жалит и жалит. Терзают душу и неистребимые сокращения: ВСЕГЕИ, ВНИПИЗИ, «Беляш с мясом гов-на. 70 р.», пер. Дачный, 3, и т.д.

Имена нужно менять лишь в силу крайней необходимости. А если неудачно поменяли, нужно попытаться имя преобразовать. Как тут не возвратиться к аббревиатуре СССР? На одном из тайных собраний в декабре 1973 года с безоглядным юношеским запалом пишущий эти строки доказывал: для начала нужно изменить наполнение и смысл сложносокращённого слова «СССР». Союз Свободных Стран с Россией – вот как я предлагал. За что ненавистниками России и был взашей с того собрания изгнан.

Грубые и гнусные искажения имён, подмены понятий, тупые сокращения влекут за собой тяжкие последствия как для отдельного человека, так и для людских сообществ. Нейролингвистические «операции» со сменой имён на Украине привели в последние годы к нескончаемой череде массовых психозов. За сменой имён – действия. Появились «спiлки»-союзы, гибельные для их участников. Такие, к примеру, как Бандера-югенд. Дрожь берёт и от подмены значения святого для многих слова «библиотека»! Камера пыток в Мариуполе, названная нелюдями библиотекой, заставляет вздрагивать и тех, кто связан с библиотечным делом, и всех, кто ещё не разучился читать. Страшную тень ещё долго будет отбрасывать пыточная камера – «библиотека» и на саму Книгу!

Пора заканчивать злые игры с именами наших детей, внуков и кличками животных. Исправим наименования улиц Газгольдерная и Вперёдовская. Переназовём переулок Нечистой силы и Тупик Толстого. Доверимся интуиции и Святкам. Иначе дурные имена и названия раздавят нас. И если прав Алексей Фёдорович Лосев в том, что: «Нет границ жизни имени, нет меры для его могущества. Именем и словами создан и держится мир», – то наше внимание, любовь и трепет перед могуществом имени должны возрасти стократ. Ведь в каждом неложном имени незримо присутствует Бог.