К середине пятнадцатого века молодая турецкая империя, завладев историческими византийскими территориями, пустилась в завоевание Балкан и морского пространства Средиземноморья. Столкновение с Венецией – блистательной и вездесущей в бассейне римского «внутреннего моря» – стало неизбежным. Османы закрыли для генуэзцев и венецианцев Черное море, захватили Кипр и часть Ионических островов. К счастью, битва при Лепанто в 1571 году, говоря словами Гегеля, «спасла Италию и, может быть, всю Европу от наводнения варварами». Европейцы поверили, что турок можно побеждать. А для победы, как утверждали в Венеции, все способы хороши. В том числе – и самые ядовитые. Так, во всяком случае, утверждают записи, найденные греческими учеными в одном из венецианских архивов середины семнадцатого века.
В 1645 голу султан Ибрагим I по прозвищу Безумный, похотливый и чванливый, начал очередную войну с Венецией – на этот раз за Крит. Турецкий флот приступил к осаде крепости Кандия, нынешнего Ираклиона – основного опорного пункта венецианцев на острове. Эта осада продолжалась двадцать один год!
Когда город был блокирован османами на суше и на море и стены Кандии рисковали пасть в любой момент, инквизиторы Верховного трибунала Серениссимы – Светлейшей республики – получили интереснейшее донесение от проведитора, своего наместника в Далмации и Албании. Генерал Леонардо Фосколо, человек необычайно деятельный, под секретом сообщал членам органа, отвечающего за сохранение государственной тайны в республике, о том, что у него есть способ сорвать турецкую блокаду. Революционный способ! Мессир Фосколо предлагал заразить войско османов …«квинтэссенцией чумы»! Якобы она существует у него в виде ядовитой жидкости. Чтобы в войске осаждавших не догадались о террористическом характере эпидемии, генерал предлагал заодно отравить и другие турецкие отряды, которые уже заняли основные города острова: Ла Канеу, Реттимо… В принципе, чума едва ли не каждое столетие посещает Крит, и новая вспышка болезни не вызовет никаких подозрений в Стамбуле.
Леонардо Фосколо, пользовавшийся большой популярностью у населения современной Хорватии, придерживался тактики новых методов ведения войны. Для начала предлагал отравить колодцы занятого неприятелем далматинского города Новиград. На площади Святого Марка эта идея получила полное понимание, и вскоре в распоряжении проведитора появился пришедший из Серениссимы корабль со ста фунтами мышьяка на борту. Туркам повезло: по счастливой случайности их гарнизон покинет Новиград, по-итальянски Читтанова, до того, как Фосколо предпримет свою химическую атаку. Однако неуемный генерал не успокоится: он предложит Верховному трибуналу отравить султана Ибрагима прямо во дворцовом саду, во время его любовных игр с обнаженными наложницами. Более того – даже найдет искателя приключений, готового за это взяться. Но и эта убойная идея останется только в стадии разработки.
Как говорят про постановку задачи перед такими людьми, как Фосколо: «Задание обычное – сотворить чудо». На этот раз с подачи генерала Леонардо Фосколо и состоявшего у него на службе врача Микеланджело Саломона чудеса должны были начаться на берегах континентальной Адриатики, в хорватском городе Задар, по-венециански – Зара. Там только что затухла эпидемия чумы, и можно было из трупов заразных людей и карбункулов на их телах извлечь жидкость, предназначенную для уничтожения турок. Иными словами: венецианцы разработали биологическое оружие. Первыми в мире. Но как доставить эту отраву на другой край Средиземного моря? И самим при этом не отравиться? Да и сработает ли после долгой транспортировки в соленой морской атмосфере чумное оружие?
И здесь у Фосколо и уего Саломона было найдено поистине соломоново решение. Достаточно пропитать чумным ядом текстильные изделия, скажем – армейскую амуницию, доставляемую из Малой Азии в турецкие гарнизоны. Почему бы не албанские фески из войлока и фетра, пользующиеся популярностью у османских солдат, особенно – в холодные зимние месяцы? Отравленные одежды и головные уборы оставалось только расфасовать по коробкам и максимально плотно их запаковать. Все остальное зависит от ловкости рук. Часть контейнеров Фосколо хотел незаметно выбросить на берег недалеко от расположения турецких гарнизонов, другую часть – раздать широким жестом жителям острова, занимающимся поставками изделий и продуктов военным… Не без оснований проведитор полагал, что жадность и желание поживиться на дармовщинку, в конце концов, погубят турок, ну и критян заодно с ними.
Фосколо прекрасно осознавал гибельную опасность этой операции. Поэтому продумал и меры предосторожности: при обработке вещей и тканей участникам диверсии надо было «засунуть в рот и нос губки, пропитанные уксусом; а щетку с заразной жидкостью закрепить на железном пруте, который после завершения процедуры следует бросить в огонь». Как и все их современники, венецианцы тогда не понимали, что возбудителями чумы являются микробы, которые разносятся крысами и блохами. Считали, что болезнь вызывается ядовитыми испарениями от разлагающихся трупов и от так называемой «гнилой воды», то есть – передается непосредственно от одного человека к другому.
Фосколо предусматривал строгие меры предосторожности. Ткани и фески должны были заражаться исключительно на борту корабля, чтобы не провоцировать новую вспышку чумы в Заре. Если бы сосуд с ядовитой жидкостью из-за качки или шторма разбился во время плавания, по предписанию, требовалось тут же выбросить в море его осколки: морская вода – хороший септик. Ответственным за реализацию операции «Феска» Леонардо назначил Микеланджело, то есть – доктора Саломона. Знаток ядов и его смертельный сосуд поднялись на борт флагманского корабля флотилии венецианцев, выходящей из Зары, и…
До Крита отравители не дошли. Наступила зима 1649 года, одна из самых холодных в истории человечества, самых штормовых, и Фосколо принял решение вернуть корабли в родные гавани. Что стало с Микеланджело Саломоном? Догадаться не сложно: его посадили в Венеции на суровый карантин и почему-то держали в заточении не положенные сорок дней, а несколько месяцев кряду… А вот что произошло с «квинтэссенцией чумы»? Это истории пока что не ведомо; скорее всего, сосуд вульгарно выбросили в Адриатическое море. Зато известно, что Фосколо вовсе не сидел, сложа руки.
Венецианский Леонардо разработал для «спецслужб» Венеции новый план: пропитать ядами луга, где пасутся кони турецкой кавалерии. Фосколо отлично знал об аморальном характере такой биологической диверсии. Отмечал в письме инквизиторам, что разработанная им операция «жестока, нарушает законы войны и противоречит общественной морали». Но цель с лихвой оправдывала средства. «Отчаянные ситуации требуют жестоких рецептов, – писал генерал в своем послании дожу и Совету десяти Венеции, – и в случае турок, врагов по вере, коварных по природе своей, всегда предававших Ваше Превосходительство, по моему скромному мнению, обычные соображения не имеют веса». Преступление почему-то не состоялось. Видимо, дож испугался неисчислимых последствий такой диверсии.
Однако венецианский Леонардо в своем письме кривил душой: агенты Серениссимы применяли ядовитые методы не только против мусульман. В семнадцатом веке венецианцы пробовали отравить разными способами и императора Священной Римской империи, и герцога Ришелье… Увлеченность венецианцев ядами, включая биологические, была столь велика, что в 1755 году Совет Десяти был вынужден выпустить тревожный документ. В нем признавалось, что в республике власти плохо хранят казенные отравляющие вещества. А посему решено было произвести их инвентаризацию с обязательным указанием рекомендуемых специалистами по отравлениям дозировками каждого из токсинов. Так и поступили.
Кирилл ПРИВАЛОВ
От редакции:
Кирилл Привалов принадлежит к разряду редких представителей нашего писательского цеха, ибо пишет не только по-русски, но и по-французски. Его новым детищем на французском языке стала книга с названием, которое явилось своеобразным мировым символом этого года: «Яд». Она вышла в январе в Париже в издательстве «Macha Publishing» и – по странному стечению обстоятельств –появилась в книжных магазинах Пятой республики буквально накануне всепланетного аврала из-за пандемии коронавируса.
Случайность? Или авторское наитие?.. Оставим разбираться в этом читателям и критикам. Книга же, актуальная и написанная в увлекательном стиле, рассказывает о мировой истории отравлений, в том числе – и биологических, от Античности до наших дней. Точнее – до начала прошлого столетия. «Вселенная состоит из историй, а не из атомов», – утверждала американская поэтесса Мюрьель Рюкейзер. «Яд» составлен из «приваловских миллионов» историй, героями которых стали Митридат Понтийский и Петр I, Калигула и Наполеон, Иван Грозный и семейство Борджиа… Яды королей и короли ядов.
«ЛГ» давно знает и ценит Кирилла Привалова, кавалера французских орденов, как своего преданного автора и надеется, что его новая книга в скором времени появится на свет в русскоязычном варианте. А пока мы предлагаем читателям фрагмент из русской версии «Яда», конечно же, – в переводе автора.