• После конца: Роман. – М.: Эксмо, 2011. – 320 с. – 3000 экз.
Родоначальник и ярчайший представитель «метафизического реализма», Юрий Мамлеев остался верен себе и в этой книге. Его новый роман – это антиутопия, посвящённая антропологической катастрофе, которая постигнет человечество в будущем. По замыслу писателя, люди мутируют в некий новый вид, который уже не несёт в себе привычных человеческих черт. Гибель цивилизации описана во всех подробностях, с шокирующими деталями (как это обычно и бывает в романах Юрия Витальевича) и глубоким философским подтекстом. Чтение не для слабонервных. Однако автор никогда и не стремился угождать вкусам публики; для него самым важным было «познавать незнамое», ставить смелые эксперименты, заглядывать в глубины человеческого подсознания. «Это первый русский роман о конце света», – говорит Мамлеев. И уже хотя бы поэтому книгу стоит прочесть.
• Н.А. Добролюбов в жизни и творчестве. – М.: Русское слово. – 96 с. – (Серия «В помощь школе»). – 1000 экз.
В этом году широко отмечено 200-летие В.Г. Белинского. А в конце ноября грядёт 150-летие со дня смерти Н.А. Добролюбова. Можно заранее предсказать, что о нём мало кто вспомнит. Причины такого явления далеко искать не надо: с некоторых пор у многих политиков и литературоведов стало модным взваливать на революционеров-демократов вину за все беды, случившиеся с Россией после 1917 года. Книга Н.И. Якушина вступает в полемику с такой точкой зрения. Автор рассказывает о жизни критика, полной драматизма, о любви Добролюбова к России, о его неприятии мира богачей и ретроградов, о поисках героя своего времени. Якушин восстанавливает историческую справедливость по отношению к тем, кто искренне боролся за демократию и свободу русского народа.
• Перемещённые окна. – М: ОГИ, 2011. – 148 с. – 1000 экз.
Библейская поступь. Глубокое дыхание. Горький и мудрый лиризм. Традиционный стих и неожиданные смыслы. Узнаваемая интонация сильного голоса. Такова новая книга Инны Лиснянской, написанная за последние четыре года в России и в Израиле.
Все стихи – о том, о чём промолчать невозможно, и все они пронизаны печальным светом потери дорогого и насквозь любимого человека. И потому – и приятие, и протест одновременно – всё слито, спаяно, больно пережито. И трудно понять, как жить дальше.
Страшные и прекрасные строки, которые уже не забудешь:
Ангел мой с нервным ликом,
С белым, что простыня,
Не поминай меня лихом
И не храни меня!