Из книги «Новый Лимерикон, или Продолжение всемирной истории в лимериках»
Папа Юлий велел Рафаэлю
Рисовать по две фрески в неделю.
– Монсиньор, на бегу
Я творить не могу!
Может, вам пригласить Церетели?
В Амстердаме философ Спиноза
Всем евреям был словно заноза.
И его весь кагал
Без конца упрекал
В ухудшении биоценоза.
Тот закон, что открыл Ломоносов,
Порождает немало вопросов:
Если всё, что убавится, –
Где-то снова добавится,
Значит, мир не спасти от отбросов.
Говорят, композитор Бетховен
Был в обыденной жизни греховен;
Но про грех (даже малый)
Сочинял он хоралы,
Потому что был очень духовен.
Князь Кутузов в компании женской
Вёл себя с простотой деревенской,
И такой самосад
Он смолил невпопад,
Что был прозван
Кутузов-Смоленский!
Государь возмущался: «Крылов!
Всё ты пишешь про львов и орлов –
На монарха намёк?»
Осознавши упрёк,
Впредь Крылов стал писать про ослов.
Менделеев любил за столом
Воду смешивать с хлебным вином,
А чтоб вовсе не спиться,
Он составил таблицу,
Что сначала вливать, что потом.
Долго бабушке плакался Пьеха,
Что немного имеет успеха.
Только Стасу Эдита
Отвечала сердито:
– Ты бы ноты учил, неумеха!
В Ассамблею Реджеп Эрдоган
В шароварах пронёс ятаган
И махал им сурово
Перед носом Лаврова,
А Лавров хохотал: «Балаган!»
