Литература, которую мы потеряли

Когда меня спрашивают: «Что сейчас проходят по литературе в одиннадцатом классе?» – я, не задумываясь, отвечаю: «Всё». И добавляю: «Лучшее». Действительно, то, что мы в своё время читали в САМиздате и ТАМиздате, что прятали под подушкой и под партой, что переписывали в заветные тетрадки и заучивали наизусть, – всё это теперь, выйдя из «подполья», стало школьной программой одиннадцатого класса: «Доктор Живаго», «Мастер и Маргарита», «Котлован», Ахматова, Цветаева, Мандельштам, Окуджава, Галич, Высоцкий – et cetera.

Казалось бы, учи и радуйся! А мне грустно.

Грустно потому, что всё это богатство, вся эта «цветущая сложность» в нынешней школе превращается в terra incognita.

Почему?

Начнём с того, что для одиннадцатиклассников, сдающих ЕГЭ, литература является предметом по выбору.

Нетрудно догадаться, что выбирающих литературу, тех, кто хочет стать журналистом, филологом, артистом, – единицы. Для остальных же – литература становится предметом необязательным.

В одиннадцатом классе всё осложняется ещё двумя привходящими обстоятельствами: итоговым сочинением и ЕГЭ по русскому языку.

Объясню, в чём дело.

Начну с сочинения. На Общероссийском писательском собрании в 2014 году инициативная группа московских учителей во главе с С. Волковым обратилась к приехавшему к писательской и учительской общественности президенту с просьбой вернуть в школу сочинение. Помню, Путин тогда сказал: «Нужно – вернём». И уже в том же учебном году выпускники писали пробное итоговое сочинение.

Но, как говорится, за что боролись, на то и напоролись. Хотели как лучше, а вышло как всегда. За прошедшие пять лет итоговое сочинение, которое пишется в начале декабря, «съело» литературу ХХ века.

Подумайте сами.

Учитель, который ведёт литературу в одиннадцатом классе, знает, что в начале декабря его питомцам предстоит итоговое сочинение. Его действия?

Все три месяца – сентябрь, октябрь и ноябрь – он, игнорируя Чехова, Бунина и Горького, натаскивает выпускников на итоговое сочинение, концепты которого становятся известны тридцать первого августа.

Но вот итоговое сочинение написано. Страсти в связи с ним позади. Позади и новогодние праздники – начинается новый календарный год.

Может, хоть со второй половины января в одиннадцатом классе начнётся знакомство с шедеврами русской литературы ХХ века?

Ничуть не бывало.

Ибо – зачем?

Сочинение – написано. ЕГЭ по литературе сдают два-три (в лучшем случае!) человека в классе, у которых, разумеется, есть репетиторы. Не лучше ли на уроках литературы натаскивать на ЕГЭ по русскому, который сдают все?

Так зачастую и делается.

Но до нынешнего года литературу всё-таки не сбрасывали «с корабля» одиннадцатого класса хотя бы потому, что всем нужен был литературный аргумент для ЕГЭ по русскому языку. Но в этом году требование подтвердить свою позицию литературным аргументом исчезло.

А стало быть, если, положим, тебе достался текст, в котором поднимаются проблемы междоусобицы, Гражданской войны, ты можешь просто написать, что Гражданская война – это плохо, читать же «Доктора Живаго», «Тихий Дон» или «Конармию» вовсе не обязательно. Как и стихи поэтов Серебряного века. И вообще всё, ибо – зачем?

Вопрос «кто виноват» – проехали (сами же мы и виноваты: хотим, чтоб у нас всё было и нам за это ничего не было). На повестке дня вопрос «что делать?»

Может, всё-таки итоговое сочинение писать в итоге, то есть весной (что заставит учителей хоть в какой-то мере пройти курс литературы одиннадцатого класса)?

Может, вернуть требование приводить литературный аргумент в сочинение по русскому языку?

А может, сделать литературу, наше всё, обязательным экзаменом?

Ведь литература – по большому счёту! – учит отличать не ямб от хорея, а добро от зла, а это, на мой взгляд, необходимо человеку любой профессии.

…Медики, как известно, дают клятву Гиппократа, этическое обязательство врача «направлять больных к их выгоде». Может, и студентам педагогических вузов давать какую-нибудь клятву? (Положим, Корчака.)

Суть которой была бы: «Мы в ответе за тех, кого проучили».