Меценаты с улицы, ведущей к морю

Встретились они – русский и итальянка – в Москве, на вечере в МГУ, в 1975 году, когда он, Валерий Сурин, с красным дипломом окончил итальянское отделение Института иностранных языков, а она, Ирма Бруни, после обучения на факультете славянской литературы Римского университета приехала в столицу СССР по обмену. Встретились и полюбили друг друга.

Там Валерий стал удачливым бизнесменом и, работая в крупной инжиниринговой компании директором по продажам, развивал деловые связи в нефтегазовой сфере с предприятиями России, других республик бывшего СССР. Довелось потрудиться в Ираке и Кувейте. Теперь ему шестьдесят два.

Она была сначала, как я сказал, дипломатическим служащим, потом работала в крупном банке. Сейчас, когда по своей воле оставила высокий пост, во всём помогает мужу. Общее увлечение – русская история, русское музыкальное искусство. Уже много лет они стараются передавать другим свою любовь не только в Италии, но и за её пределами. И всё за свой счёт.

Гостеприимный дом Суриных под Римом со временем стал концертно-просветительским центром, где выступают и знаменитые, и подающие надежды российские исполнители – пианисты, певцы. Например, Александр Романовский, входящий в десятку лучших пианистов мира, пианист Анатолий Кац, известный бас народный артист России Алексей Мочалов, баритон Василий Ладюк, сопрано Ольга Романько. Эти концерты, собирающие представителей интеллектуальной элиты, проходят у Суриных пять-шесть раз в год.

Может возникнуть вопрос: а для чего они это делают? Если, мол, не зарабатывают на концертах, то всё равно должен быть какой-то интерес! Отвечу: интерес есть, и огромный! Делают они всё от души и для души. Чтобы люди, пришедшие на вечера, не только получали удовольствие от мастерства исполнителей, но и видели, насколько великолепна наша музыкальная школа.

Сидим у них дома на открытой веранде, и я хочу понять, откуда всё взялось.

– Наверное, с детства, – говорит Валерий. – Мой папа очень любил музыку, я засыпал под магнитофонные записи классической музыки. У Ирмы примерно так же. И когда нам удалось заработать кое-какие деньги, решили их тратить вот на это самое дело, ради которого и оставили доходные должности.

– Но выступают-то у вас музыканты с мировыми именами, а концерты бесплатные.

– Бесплатные для гостей. Исполнителям платим. Как правило, скромные гонорары, поскольку они разделяют наши цели.

Но это далеко не всё, как я уже знал. Однажды русско-итальянская семья Суриных махнула из Рима на край земли в Папуа – Новую Гвинею и буквально спасла от разрушения и забвения не только памятник русскому путешественнику Миклухо-Маклаю, но и целый мыс Гарагасси – которому грозила участь Атлантиды.

– Чего ж вас понесло за тридевять земель?

– Попасть туда было мечтой детства, и ею я увлёк Ирму. В детстве собирал марки. Были марки и с Папуа – Новой Гвинеи. А кто её открыл для России? Николай Николаевич Миклухо-Маклай. Я стал о нём много читать и влюбился и в него, и в Папуа – Новую Гвинею. В апреле 2013 года мы с Ирмой добрались до намеченного места. Высадившись в шаге от мечты, получили недружелюбную встречу с копьями, которыми нам грозили папуасы.

Посредством немыслимых жестикуляций я понял, почему нас плохо встречают. Оказалось, кто-то из бледнолицых гостей когда-то за что-то не расплатился. Когда это уяснил, как гора свалилась с плеч. Говорю: дорогие ребята, не волнуйтесь, мы для того и приехали, чтобы уладить незадачу. И сразу мы стали дорогими гостями. Нам показали место, где жил Миклухо-Маклай, и памятник ему, который был в удручающем состоянии. И, как мы поняли, нам говорили вроде того, что: где же ваша великая Россия, приславшая сюда своего выдающегося сына и о нём теперь забывшая?

– Что вы ответили?

– Суть нашего пламенного выступления в жестах и звуках сводилась к тому, что обещаем довести до официальных структур России чаяния местного населения, готового поддерживать память о русском учёном. Расстались с папуасами друзьями. Своё обещание выполнили. Нам удалось передать необходимую информацию в МИД России и в Русское географическое общество, призывая их к действиям.

О реакции российских властей и Географического общества, которое в своё время снаряжало экспедицию Маклая на край света, догадаться нетрудно. Поэтому Сурины взялись за дело сами. И вот итог: все нужные защитные сооружения построены, старый памятник великому путешественнику отреставрирован, создан не только новый мемориал, но и на средства Суриных куплены учебные парты для школы имени Миклухо-Маклая.

– Спасибо кто-нибудь сказал?

– Да, конечно! Большое спасибо сказали нам папуасы, – говорит Валерий. – А самая влиятельная газета страны Post Courier опубликовала большую статью и поместила нашу фотографию. Когда мы приехали на открытие сооружения, в нашу честь был устроен грандиозный праздник. Я приготовил короткий официальный спич, но, когда вышел на сцену, понял, что не надо никаких таких слов. Просто надо сказать, что страна Россия вас, чтящих память о её замечательном сыне, постарается поддержать. Что посол России не смог приехать по объективным причинам. И ещё что-то такое о том, что слишком много в современном мире происходит, имеющего тенденцию не объединять, а разобщать людей, а мы должны противостоять этому… Словом, пришлось стать на некоторое время политиком.

Слушая Валерия и Ирму, я подумал: а почему, собственно, «на некоторое время»? Русско-итальянская семья Суриных и есть семья политиков. Разве 0пропаганда русского музыкального искусства – не политика? А восстановление мемориала Маклаю – это что, ловля рыбы в океане? А возвращение по инициативе «ЛГ»с их помощью из Италии в Россию отснятого и арестованного за границей «Тихого Дона» Сергея Бондарчука? А издание за их счёт на русском языке найденных чудесным образом рукописей книги Натана Эйдельмана и Юлия Крелина «Итальянская Россия»?

Но это такая политика, которая делается тихо и спокойно, без помпы и претензий. Не знаю, как вам, а мне хочется этим людям сказать просто – спасибо!

Никита Барашев, соб. кор. ЛГ, Рим.