Михаил Таратута: «Украина надоела и США, и Европе»

Визит в Россию заместителя госсекретаря США Виктории Нуланд вызвал разные, порой диаметрально противоположные оценки. И если на Украине главной темой визита считают особый статус Донбасса, то в России и США делают упор на желание команды Байдена стабилизировать и сделать предсказуемыми отношения с Москвой. О том, что кроется за визитом Нуланд и насколько «полевела» сегодня Америка, мы беседовали с американистом и тележурналистом Михаилом Таратутой.

– Михаил Анатольевич, ещё недавно мы воспринимали Викторию Нуланд как ярую неоконсерваторшу, а сейчас налицо «полевение» не только самой Нуланд, но и всего американского истеблишмента и, соответственно, политики, которую принято называть либеральной. Под каким же флагом сегодня идут политические процессы в Штатах?

– Виктория Нуланд – государственный чиновник, и её личные мотивы на втором, третьем или десятом плане. Скорее, надо говорить о государственной политике, которую представляет и в которой какой-то мере принимает участие Нуланд. Сейчас она самый большой знаток российских дел в Госдепартаменте США. Она работала в России, лично знает многих наших чиновников и дипломатов, и её кандидатура удачна, с точки зрения Госдепа, для выяснения позиций Кремля по целому ряду вопросов.

– Выступая на Российской энергетической неделе, Владимир Путин подтвердил, что в Москве Нуланд обсуждала возможность контактов на высшем уровне. Выходит, Госдеп и наш МИД уже готовят встречу Байдена с Путиным?

– Видимо, Нуланд должна была прощупать возможности каналов и формата коммуникаций с Россией. Пока наши контакты крайне ограниченны, если не считать встречи Путина с Байденом да двух раундов женевских переговоров. Для активно противостоящих друг другу великих держав это ненормально. Допускаю, что на встрече с помощником президента Ушаковым Нуланд могла передать и личное послание Байдена Путину. Уж очень необычен сам факт встречи с Ушаковым, не припомню, чтобы до этого с ним встречались американские дипломаты. Возможно, одной из целей визита Нуланд было и прощупывание того, насколько тесны связи Москвы и Пекина и могут ли США вбить клин в эти отношения. Но для Нуланд не менее важно понять, можно ли добиться от Москвы «сдержанности» по отношению к Киеву, чтобы конфронтация в отношениях с Китаем и Россией не оказалась для Америки конфронтацией на «два фронта». Говорили и о нормализации работы дипломатической миссии, но, как следует из заявления Рябкова, особого прогресса тут не случилось. Хотя переговоры по этой теме решено продолжить, что, конечно, уже положительный знак.

– Украина не стала «витриной Запада», но остаётся антиподом России. А что сегодня? У Нуланд закончились печеньки и Вашингтон сворачивает «украинский проект»?

– Делать из Украины «витрину Запада» в Вашингтоне вряд ли собирались, там не так много фантазёров. Но они провели весьма эффективную работу, «разводя» нас с Украиной. Не думаю, что наши отношения с Киевом наладятся хотя бы в обозримом будущем. С другой стороны, Украина стала надоедать и США, и Европе, как и «наглая», по его же собственному выражению, политика Зеленского, провоцирующая серьёзную конфронтацию России с Западом. В Вашингтоне знают: деньги Украине давать бесполезно: они либо будут зарыты в землю, либо разворованы. Скорее всего, США, не заинтересованные в эскалации конфликта, постараются утихомирить Зеленского. Но, хотя американцы и заявляют, что без решения вопроса об особом статусе Донбасса мира не будет, Киев, видимо, не станет выполнять Минские соглашения и не признает автономию Донбасса. Вряд ли Зеленский осмелится бодаться с радикальными националистами, даже если в душе понимает, что выполнение Минских договорённостей – единственный путь к миру на юго-востоке.

– Насколько «полевел» сейчас американский истеблишмент по сравнению с началом президентства Байдена?

– Целый ряд членов кабинета набран по расовым и гендерным квотам, начиная от трансгендера замминистра здравоохранения Рейчел Левайн и кончая вице-президентом Камалой Харрис, не имеющей опыта работы в исполнительной или законодательной власти. Людей ставили на должности не по деловым качествам, а в силу левых трендов в Демпартии, поддержанных либеральной публикой. Это во многом реализация идей социалиста Берни Сандерса, с которым Байден перед выборами заключил «общую избирательную платформу». Отсюда и «политика справедливости», исходящая из того, что общество состоит из групп угнетаемых и угнетателей. Угнетаемые – это цветные, в первую очередь афроамериканцы, а также трансгендеры, гомосексуалисты, инвалиды и женщины. Угнетатели – белые мужчины. А значит, социальные блага теперь должны распределяться в пользу угнетаемых групп.

Сегодня на учёбу в университеты или на работу скорее возьмут чёрного или гомосексуалиста, даже если они менее компетентны, чем белые претенденты. Раньше такое практиковалось только в госучреждениях и государственных вузах, теперь это перешло и в частный сектор. Всё это – часть левой повестки, ставшей чем-то вроде религии, предписывающей считать американское общество изначально расистским, а белого человека – расистом от рождения.

– То есть белого американца должен терзать комплекс вины?

– Именно так это уже несколько десятилетий преподносится в университетах, а сейчас уже и в школах. На практике это выливается в дискриминацию белых американцев, что особенно ощущается в больших городах, где преобладает образованная либеральная публика. Любой отход от этой ортодоксии чреват неприятностями, вплоть до потери социального статуса и работы. Скажем, если чёрный студент потребует освободить его от контрольной работы, отказ преподавателя расценят как расизм, начнётся травля в соцсетях, и дело может кончиться увольнением. Люди боятся открыто высказывать своё мнение, конформизм становится нормой общественной жизни.

– Не уводит ли это белых американцев среднего класса под знамёна консерваторов?

– Результаты выборов в США определяют не столько «перебежчики», сколько «независимые» избиратели, составляющие 25-30 процентов. А их настроения сейчас таковы, что, если бы выборы были завтра, победил бы не Байден, а Трамп, – по данным исследования, проведённого после афганских событий, разрыв составил бы 10 процентов.

Сейчас отношение к Байдену ухудшилось, демократы наделали много ошибок. Так, они устроили серьёзный кризис на южных границах Штатов, отменив порядки, установленные при Трампе, и границу ежемесячно переходят от 100 до 200 тысяч нелегалов. А после того как Байден поднял пособие по безработице до уровня оплаты работников общепита, торговли и услуг, многие предпочитают сидеть на пособии. Это привело к колоссальной нехватке рабочих рук. Доходит до того, что многие службы либо работают крайне плохо, либо вовсе перестали работать.

Администрации Байдена вменяют в вину и инфляцию как следствие того, что правительство сбрасывало «вертолётные» деньги, вкупе с планами Байдена поднять налоги, что демотивировало инвесторов. А объявленную Байденом обязательную вакцинацию многих категорий работников американцы воспринимают как наступление на личную свободу и посягательство на персональное пространство. Есть и недовольство многих родителей насаждением в школах левого понимания расовых отношений и секс-образованием, больше похожим на обучение технике секса. После того как Ассоциация школьных советов нажаловалась генпрокурору США, тот объявил этих родителей «внутренними террористами» и поручил ФБР «заняться» ими. И таких «очагов бурления» много.

– «Очаги бурления» – это ещё и истории с «гендерным самоопределением»?

– Да, нынче любой ребёнок может поиграть в игру «сегодня я мальчик, а завтра – девочка». Но для большой части американцев это не глупость, а свобода самоопределения. Вопрос в том, как скоро Америка очнётся от этого левого морока. Это будет ясно через год, когда пройдут промежуточные выборы в Конгресс. Если всё останется на своих местах, тогда дело дрянь. Если же демократы потеряют хотя бы одну палату в Конгрессе, это будет означать, что здравый смысл жив и есть надежда на изменения в лучшую сторону.