Дмитрий Лушин
Митрополит Иларион (Алфеев). От Баха до Шостаковича.
– М.: АСТ, 2024. – 256 с.
Духовная музыка знаменитых композиторов прошедших трёх столетий стала предметом внимания и изучения митрополита Илариона, известного богослова, музыковеда, автора многочисленных книг и документальных фильмов.
Начиная с самых незыблемых основ – божественной красоты ораторий «Страсти по Иоанну» и «Страсти по Матфею» Иоганна Себастьяна Баха, – автор аккуратно и деликатно проводит читателя сквозь столетия. Именно через знаменитого дрезденского композитора, чья музыка являет собой богословие и богослужение одновременно, митрополит Иларион закладывает прочный фундамент системы всего последующего повествования.
Совершенно особое место в своём последовательном исследовании автор отводит духовным сочинениям главных композиторов рубежа XIX–XX веков – Чайковского, Рахманинова, Стравинского. Будучи людьми глубоко верующими, все трое чувствовали внутреннюю необходимость обратить свой талант в сторону Бога – каждый в своём неповторимом стиле, чувстве и ритме дыхания.
Важное значение имеет глава, посвящённая Петру Ильичу Чайковскому. Стремясь вернуть русской церковной музыке её истинное лицо и изначальный образ, автор «Лебединого озера» и «Щелкунчика» провёл невероятно ответственную и ювелирно точную работу по обработке канонических церковных распевов, дал новую жизнь духовному музыкальному наследию, переложив его на современный ему музыкальный строй. Крупные хоровые сочинения Чайковского «Литургия святого Иоанна Златоуста» и «Всенощное бдение» – главные вершины, которые композитор смог покорить на своём непростом пути к духовному спасению через музыку.
Сергей Васильевич Рахманинов и Игорь Фёдорович Стравинский, чья полноценная творческая зрелость пришлась уже на следующее столетие, тоже искали пути в души верующих людей, попутно пытаясь ответить на свои внутренние вопросы. И главное – чувствовали в этом внутреннюю необходимость, не меньшую, чем их знаменитый предшественник.
Уже известный на всю Россию композитор, автор масштабных фортепианных концертов и многочисленных романсов, Рахманинов поставил перед собой основополагающую цель – сделать хоровую обработку «Обихода» – сборника церковных песнопений для проведения богослужений, мелодиями из которого он восторгался ещё в детстве. Как итог – свет увидел уникальный и «единственный в своём роде сплав древних одноголосных распевов с элементами народной песенности, положенный на самобытную гармоническую основу» в виде хоровых произведений «Всенощного бдения» и «Литургии Иоанна Златоуста».
Завершающая глава посвящена Дмитрию Дмитриевичу Шостаковичу. Центральной темой стала пятая симфония знаменитого композитора, написанная в невероятно сложный для него и для всей страны 1937 год. В этом сочинении, по меткому определению митрополита Илариона, музыка Шостаковича обрела «моцартовскую ясность, бетховенский оптимизм, малеровский масштаб, баховскую глубину» и поставила Шостаковича в один ряд с величайшими симфонистами ХIХ века, утвердив в качестве мировоззрения автора знаменитой Ленинградской симфонии оптимизм через ряд трагических конфликтов.
В небольшом интервью, завершающем книгу, автор кратко и ёмко выражает своё видение музыки как «ступеней к вере». Декларируя, что «в идеале вера и музыка должны дополнять друг друга в жизни человека», митрополит Иларион предлагает не забывать и о том, что «музыка не призвана отвечать на вопросы, она призвана передавать чувства».
