Геннадий Иванов родился в 1950 году в городе Бежецке Тверской области. Детство начиналось в деревне, в полях, в начальную школу ходил в бывший барский дом из имения Слепнёво, где когда-то жили и творили Николай Гумилёв и Анна Ахматова. Потом семья переехала в город Кандалакшу на Кольский полуостров – там жили в бараке на берегу Белого моря, там окончил школу, оттуда уходил в армию, в арктическое плавание, там работал в районной газете и начал писать стихи. Окончил Литературный институт имени А.М. Горького. Автор 12 книг стихов. Написал три книги очерков о своей малой родине «Знаменитые и известные бежечане». Лауреат нескольких литературных премий, в том числе премии Ф.И. Тютчева «Русский путь». Первый секретарь Союза писателей России. Живёт в Москве.
ВОСПОМИНАНИЕ О СОВЕЩАНИИ МОЛОДЫХ ПИСАТЕЛЕЙ КРАЙНЕГО СЕВЕРА И ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА В МАГАДАНЕ
Мы с Кузнецовым были в Магадане.
Его моложе десятью годами,
Я при знакомстве бегал в магазин…
Ничем я Кузнецова не грузил.
Ещё был Роберт Винонен, весёлый
Такой поэт и переводчик, финн.
А Кузнецов был твёрдый и тяжёлый.
В компании, а всё равно – один.
Был человек под псевдонимом Чуев,
Он расшифровывал: чукотский, мол, еврей.
Была там строганина просто чудо,
Муксун там был от окон до дверей!
Там был Санги Владимир, нивх великий,
Чукчанка Антонина Кымытваль…
Многонациональный, многоликий
Туда народ добрался, в эту даль.
Мы там стихи читали, говорили.
В Охотском море видели припай.
Там безымянные могила на могиле…
Шаламов всё сказал про этот край.
Мне эти дни запомнились особо.
Там край страны. Там будто некий ров…
У моря мы стояли, как у гроба,
И каждый был потерян и суров.
Но жизнь идёт, и мы стихи читали
Опять и даже слушали певцов…
Младым указывал на важные детали
Поэт великий Юрий Кузнецов.
МОЙ ТРИЛИСТНИК
1
Я люблю деревенские улицы,
Где гуляют заботливо курицы,
Где окошки глядят друг на друга
И всё близко – до речки, до луга.
Как же мне не любить эти улицы,
Как же сердце не заволнуется,
Если знаю я брёвнышки эти
С моего появленья на свете.
2
Я люблю побережье поморское,
Хоть оно серовато, неброское,
Но водица по-дружески плещется,
И душа так спокойна, не мечется.
Кандалакша мне ведома с юности.
Ночи белые, сполохи, лунности…
Море Белое плещется, плещется,
И душа тут на месте, не мечется.
3
Я люблю твою силу победную,
Твой, столица, размах и полёт…
Москвичи – за Россию, за Родину,
Москвичи – это тоже народ.
И когда супостаты надменные
Будут биты опять и опять –
Их знамёна на площади Красной
Будут хламом под ноги кидать.
* * *
Для России открылся Господь в эти годы.
Может быть, потому, что стучится война…
Перебрали, как водки, мы нашей свободы,
Вопиёт наша совесть и наша вина.
Времена наступают трезветь и собраться.
Времена наступают молиться – и в бой.
Мы для Бога ещё не потеряны, братцы.
Поднимайтесь, рязанский мужик и тверской…
Впереди будут битвы не олимпийские,
Не потешные будут бои и полки.
Поднимайтесь, уральские люди, сибирские…
И Поволжье, и казаки…
И Кавказ, и московские люди, и питерцы,
Поднимайтесь, и Север, и Дальний Восток…
Мне суровым и грозным грядущее видится.
Наступает безжалостный срок.
* * *
Из жизни нашей стали исчезать
Слова «присяга», «подвиг», «верность»…
Мы стали в межеумье зависать.
Какой-то низкой стала современность.
России быть расхлябанной нельзя.
Со всех сторон, со всех границ набеги.
Не расслабляйтесь, русские князья, –
В покое не оставят печенеги.
Они нам никакие не друзья
И не партнёры – что вы лебезите?
Не расслабляйтесь, русские князья,
И в сердце верность Родине носите.
* * *
Рок событий несёт нас к войне.
Словно льдину несёт к порогу…
Победим ли, сгорим ли в огне –
Я не знаю, предателей много.
Не готова, я вижу, страна –
Расслоенье людей вопиюще.
Мстит жестоко за это война.
Отвернётся Господь всемогущий.
Кто лукавил – служил сатане.
Помогла ли Руси заграница?
Рок событий несёт нас к войне.
Жизнь в России должна измениться.
* * *
Я не могу без родины моей.
Опять приеду, и опять, и снова.
Есть что-то для меня среди полей –
Как бы весь мир вмещающее с л о в о.
А так, посмотришь, ничего и нет –
Пейзаж неброский, бедность и разруха…
Но есть какой-то изначальный свет
И та земля, что многим стала пухом.
* * *
Вот Бунина возьму и – разволнуюсь!
Такие есть места, как чудо наяву.
Открою книгу. Книге повинуясь,
По бунинским волнам по миру поплыву.
По бунинским волнам – Восток увижу, Запад,
И снова в Русь теченье принесёт…
Степей, полей, лесов родимый запах!
И птиц, и птиц таинственный полёт!
Его шмели, его лазурь, колосья –
Всё живо так! Да, Бунин, ты велик!
И если о тебе Господь на небе спросит,
Скажу, что на земле таких немного книг.
* * *
Порой мне кажется – кругом идёт творенье.
Земля творит, и небо, и река…
В любом кусте живёт стихотворенье,
Ещё для нас неясное пока.
И музыка творится, и движенье,
Поэма и картина – в каждый миг.
И райское объемлет землю пенье…
И вычитал я это не из книг.
Я это слышу в роще, вижу в поле,
В цветах и травах, в солнечном огне,
Во всей земной красе, в небесной воле…
Творится в мире, в слове и во мне.
* * *
Как спиной к алтарю не стоят, не сидят,
Так и к морю сидеть можно только лицом.
Это нами забытый древнейший обряд –
Море хочет, чтоб взгляд твой всегда был на нём…
На волнах, на прибое качается взгляд,
Улетает и тает вдали.
Я как будто бы морем и миром объят –
И в ладонях плывут корабли…
ЕСТЬ У МЕНЯ…
Есть у меня подружки –
Ласточки-береговушки.
Спинки их вечно в глине,
Коротки их хвосты…
Жёлтые, как веснушки,
А за рекой на поле
Разных цветов цветы!
Есть у меня тропинки –
Тонкие паутинки.
Есть у меня избёнка,
Дали и небеса…
Есть у меня берёзки,
Есть у меня осинки…
Есть у меня Россия –
Все её чудеса!
* * *
Мокрый снег поэтичен и ласков,
На стволы налипает. И лес
Предстаёт, ну конечно же, сказкой
И собранием зимних чудес.
«Побываем в гостях у синицы», –
Я себе говорю и бреду.
Побываем в гостях у куницы,
У лисицы пройдём на виду…
Всё волшебно и всё незнакомо.
Это кто пробежал по ветвям?
Мы, конечно, в гостях, а не дома.
И люблю я ходить по гостям!
ЦВЕТЫ МНЕ ГОВОРЯТ…
«Гляди на нас, – мне говорят цветы –
На васильки, на лён и на ромашки…
Для этого на свет явился ты,
Среди цветов родился ты в рубашке!»
И я брожу на родине моей –
Душа поёт о красоте и чуде.
Мне жаль разочарованных людей.
Живите радостно и удивлённо, люди.
Смотрите – как прекрасны облака!
Их не было почти, теперь их много…
Нет, не от Бога на земле тоска
И разочарованье не от Бога.
ТРЕЗВЕНИЕ
Мужика зовут на революцию
И ругают: что, мол, не идёшь?
А мужик читает Конституцию,
Говорит: меня не проведёшь.
Он не против был бы революции,
Чтобы кой-кого она смела,
Но чтоб не нарушить Конституции…
Вот такие на Руси дела.
* * *
Россия погибла, Россия в обвале…
Россия в дыму и огне…
Россия в безверье,
Россия в опале,
во мраке и бездны на дне…
Но нет – не погибла.
Но нет – не в обвале.
В безверии? Было. Но Бог
путём испытаний,
тоски и печали
подняться России помог.
Россия – мессия?
Не знаю.
Не знаю,
и что впереди там грядёт…
Я только молюсь
и в душе уповаю на Бога и русский народ.
Геннадий Иванов родился в 1950 году в городе Бежецке Тверской области. Детство начиналось в деревне, в полях, в начальную школу ходил в бывший барский дом из имения Слепнёво, где когда-то жили и творили Нико...
