Подведены итоги президентских выборов. Владимир Путин приступил к консультациям по вопросам формирования правительства. Что нас ждёт? Об этом обозреватель «ЛГ» беседует с директором Института стран СНГ, опытным политиком, депутатом Госдумы трёх созывов Константином ЗАТУЛИНЫМ.
– Константин Фёдорович, как вы оцениваете итоги выборов? Победил Путин более чем убедительно, хотя кампания была весьма жёсткой и давление на него оказывалось беспрецедентное.
– Я рад тому, что Владимир Путин победил в первом туре. Победил, что бы ни говорили, с таким запасом прочности и отрывом от остальных кандидатов, что это не оставляет перспективы явным или тайным планам отмены результатов выборов. Нет сомнения, что изначально такие планы были: речь идёт не только об усилиях по зомбированию митингующей массы идеей непризнания победы Владимира Путина ни при каких обстоятельствах, но и о нежелании целого ряда лиц в Кремле расстаться с должностями и званиями.
Чтобы успокоить «пятую колонну», не дать ей совершить роковой шаг, Путину пришлось вторично после сентября 2011 года подтвердить за два дня до голосования своё намерение предложить Дмитрию Медведеву премьерство. А ведь даже такие верные уходящему президенту паладины, как Игорь Юргенс или Владислав Иноземцев, незадолго до выборов заговорили об ошибочности назначения Медведева на этот пост!
Оппозиция меняет тактику. Одна её часть, вероятно, продолжит, по меткому выражению Э. Лимонова, «жизнь после смерти»: будет пытаться, собираясь всё реже, всё меньшим числом, продолжать скандировать: «Власть – это мы!» В расчёте на то, что какой-нибудь повод, ошибка или провокация вернёт ветер в паруса «непримиримых», позволит вновь всколыхнуть толпу.
До той поры, однако, им придётся жевать скудный кус маргинала, не признающего реальности и за это наказываемого в любом обществе. Не уверен, что не только такие опытные люди, как Борис Немцов, Владимир Рыжков или Михаил Касьянов, но и Алексей Навальный долго будут превращать себя в посмешище, обнимаясь «у фонтана» на Пушкинской с запредельным Сергеем Удальцовым и обозлённым Гарри Каспаровым.
Гораздо перспективнее выглядит попытка другой части наших оппозиционеров выхолостить победу Путина, навязывая ему своих людей и свои идеи. Заявка уже подана – почитайте хотя бы Иноземцева в «Известиях» о «либеральном шансе для России». Бесконечные восторги по поводу Михаила Прохорова, за которого «от безрыбья» проголосовали в столицах, рассуждения об «ослабленном Путине», которому не суждено дожить в президентах до конца срока… Люди, имеющие основания опасаться твёрдой государственной власти и всей остальной России, проиграв вчистую на улицах и избирательных участках, требуют от победителя капитулировать, согласиться на все их требования, чуть ли не назначить куршевельского героя премьер-министром! Геннадию Зюганову с его вторым местом впору завидовать, как надо работать без отмычки.
Да, мы избежали пока Февральской революции. Путин, как я ожидал и на что надеялся, настаивая на поддержке его возвращения и год, и два назад, отверг судьбу Николая II и Михаила Горбачёва. Но стремление к индивидуальной свободе, – немедля, здесь и сейчас, – продолжает будоражить представителей элиты, не стесняющих себя пониманием огромной массы населения.
Люди в массе своей ищут справедливости и равенства, а не свободы покупать баскетбольные клубы в США. Вовлекаясь в заговоры против власти или пытаясь подчинить её своим целям изнутри, богатые в 2012 году повторяют ошибку своих предшественников в 1917-м – нарушают баланс, срывают резьбу процесса мирного развития страны, возвращения её на роль великой державы.
И, надо отметить, практическая неизбежность приглашения Дмитрия Медведева на пост премьера способна внести очень серьёзную путаницу в вопрос о новой власти и её курсе. Призрак двоевластия, или тандема, России противопоказан. Как и сцена, разыгранная на съезде «Единой России» в сентябре прошлого года.
– Кстати, а что творится с «Единой Россией»? «Где же Рим, где Рим могучий?»
– Утром меня пригласили в эфир «Госдепа-2» – программы, которую Ксения Собчак делает теперь у Михаила Прохорова. По её словам, никто из руководства «ЕР» не горел желанием защищать итоги выборов, выступая в её программе с Борисом Березовским, Гарри Каспаровым, Сергеем Митрохиным и прочими борцами за свободу. Пришлось это делать мне и Сергею Маркову, бывшим депутатам Государственной Думы, исключённым из списков перед выборами 2011 года. За два дня до голосования я уже представлял «партию жуликов и воров» в дискуссии с Березовским, Собчак и отмороженным Игорем Яшиным из «Солидарности» в программе вынужденного переселенца Евгения Киселёва на центральном украинском ТВ.
Увы, это диагноз. Можно, конечно, игнорировать и Собчак, и Киселёва – «нехай клевещут». Но игнорировать их аудитории – плохой выбор. Как один из учредителей «Единой России», возникшей при объединении нашего «Отечества» с «Единством», я вправе утверждать, что в партии, к сожалению, культ дисциплины с годами почти полностью вытеснил внутрипартийную дискуссию. И людей, способных отстаивать убеждения.
Голосуя 4 марта за Владимира Путина, я обратил внимание на то, что в дополнительном бюллетене по выборам в муниципальные (районные) собрания Москвы кандидаты от «единороссов», как правило, выступали как самовыдвиженцы. То есть скрывали свою принадлежность в отличие от представителей КПРФ, «Справедливой России» и др. Стоит ли удивляться конъюнктурщикам в правящей партии, которые не хотят на людях её защищать?
– Всё имеет свою историю и предысторию.
– В своё время, в позапрошлом составе Госдумы (четвёртой), я был депутатом-одномандатником, членом фракции. В «Единой России» тогда происходило то, что сейчас хотят провернуть на уровне государства в целом: под патриотическими лозунгами заставляли проводить праволиберальные законодательные акты. И какого-то инакомыслия не допускалось: парламент не место для дискуссий. «Обстоятельством непреодолимой силы» считалось мнение любого, самого незначительного чина из президентской администрации или правительства. «Вы не рассуждайте – вы голосуйте». Ряд депутатов, в том числе и я, предложили провести во фракции самоопределение, образовав платформы – либеральную (или правоцентристскую), социальную (левоцентристскую), государственно-патриотическую. После паузы прозвучала отповедь: у медведей крыльев не бывает.
В следующей Думе придумали клубы, в рамках которых предлагалось предварительно обсуждать повестку. Реальное влияние на неё, однако, оказывал один только либеральный клуб во главе с Владимиром Плигиным, который и провёл через Думу львиную долю законопроектов. Государственно-патриотический клуб, возглавляемый Ириной Яровой с Камчатки, никакого реального значения не получил, довольствуясь обсуждением третьестепенных вопросов.
Если «Единая Россия» хочет выжить в нынешних условиях, ей надо незамедлительно проводить внутреннюю реформу, уточнять и конкретизировать программу, обретать идеологию. И не бояться спорить.
– Вернёмся, однако, к высказанной вами мысли о «выхолащивании победы Путина». Что вы имеете в виду?
– Новоизбранному президенту стараются навязать вариант, при котором, победив в довольно напряжённой борьбе с улицей и протестными настроениями, продемонстрировав высокий уровень поддержки, доверия и связанных с этим надежд, он должен поддаться соблазну идейно капитулировать перед теми, кто находится и в самой власти.
Речь о либеральном крыле, которое, условно говоря, разделилось на две части. Одна с теми и среди тех, кто выступал на Болотной, другая – в самом правительстве и, можно предположить, сейчас настойчиво советует взять на вооружение всё, что требует оппозиция. Под разговоры о необходимости консолидировать курс и, значит, всё общество просто сдать все позиции, назначить замечательных людей типа Дворковича уполномоченными и проводить праволиберальную политику так же, как это во многом было до сих пор.
В виде приоритетов – не затрагивать тех вопросов, на которые оппозиция не обращает внимания и не будет обращать. А на что она не обращает внимания, к чему равнодушна?
Она, по сути, не обращает внимания на национальный вопрос, на оборону, на внешнюю политику. Либеральные вожди не обращают внимания на образование, на культуру с её национальными корнями, на телевидение как таковое, как систему не только информирования, но и воспитания. Их беспокоит только, что их показывают меньше, чем им хотелось бы. А что происходит с воспитанием молодого поколения посредством развлекательного телевидения, их это очень мало волнует.
Боссов телевидения, которые давно абсолютно всеядны и подчистую коммерционализировали ТВ, волнует только сохранение самих себя и своих доходов. Поэтому они готовы подстроиться под любого. И будут сейчас стремиться «найти общий язык» с властью уже на основе нового мандата доверия к ней. Нужно ли России такое телевидение? И нужно ли власти и новоизбранному президенту ублажать телемагнатов?
Конечно, Путин и его искренние сторонники, которых немало в его окружении, проводя свою линию, должны слушать и слышать всё, что говорят, в том числе на Болотной или на Пушкинской площади. Но власть при этом совершенно не обязана идти на поводу у абсолютно всех предложений, которые на площадях звучат. И уж тем более не обязана, это уж совсем точно, инкорпорировать во власть тех людей, которые показали, что склонны рисковать Россией, её стабильностью, цельностью – чем угодно – ради своего «я» или каких-то узких политических целей.
Я бы обратил внимание и на такой момент. Нам надо изживать не только экономическую или финансовую коррупцию – подкупы, откаты и тому подобное, но и коррупцию политическую. Ведь перебежчики, как и переманивание, перетаскивание людей из противоположных подчас лагерей, – это у нас обычное дело. При другой, устоявшейся, как во многих странах Запада, системе переход из одного лагеря в другой всегда чреват последствиями для политика, и он трижды подумает, прежде чем это сделает. У нас же кто-то из правительства уходит на Болотную, а потом ему, видимо, ничто не мешает вернуться обратно в правительство. Никто за это политически не наказывает. Напротив, это считается достоинством, гибкостью. Такая всеядность является ещё и следствием безыдейности «Единой России», которую, как сейчас всем ясно, сделали безыдейной, хотя она имела все шансы превратиться в идейную силу.
Прежняя практика сводилась к циничному манипулированию, к беспринципности: не важно, что ты думаешь, важно, чтобы ты голосовал правильно.
Если новая власть и новый Путин не поменяют этого, нас опять накроет волна лицемерия и двойных стандартов и в парламентской работе, и в партийном строительстве, и в текущей практической политике, и во взаимоотношениях с гражданским обществом. Но нельзя же по сто раз наступать на одни и те же грабли!
Беседу вёл
обозреватель отдела «Политика»
