Геннадий Иванов
Родился в 1950 году в городе Бежецке Тверской области. Окончил Литературный институт имени А.М. Горького. Автор двадцати книг стихотворений и трёх книг очерков о своей малой родине. В составе агитбригад во время СВО был в Донбассе, в госпиталях и воинских частях, выступал со стихами на полигонах и в зоне боевого соприкосновения. Отмечен премией Министерства обороны РФ за активное участие в проекте «Писатели – фронту» (2023).
Написалось верлибром
1.
Жили-были мы с тобой…
А потом появилось –
МЫСТОБОЙ.
И это было что-то огромное,
Как целая планета.
И это продолжалось полвека.
А потом тебя не стало –
И не стало этой планеты.
Остался только МЫС…
Мыс Желания.
Желания снова стать
МЫСТОБОЙ.
2.
…А Мыс Желания я видел.
Мы проходили мимо него в Арктике.
Я был молод – и меня тянули моря и океаны,
А моё желание тогда было: плыть, плыть, плыть…
Мы шли вперёд!
А жена ждала меня на берегу.
И всё это было прекрасно, красиво,
Вдохновенно!
И по курсу Северного полюса
Над караваном кораблей
Порой летела белая полярная сова,
И казалось, что летит она в другие миры…
Теперь этот берег
Переместился в небеса.
И я часто думаю о встрече.
* * *
Когда-то гулялось по Умбе.
Когда-то учился в Лумумбе.
Когда-то, когда-то, когда-то
Я жил в этой жизни, ребята.
Ходил по морям ледовитым,
Ходил по друзьям домовитым.
Деревню любил и столицу.
В душе своей чувствовал птицу…
Полвека с женой были вместе,
И пели мы русские песни…
Когда-то, когда-то, когда-то
Я жил в этой жизни богато:
Хватало мне разных занятий,
Хватало высоких понятий…
Я в книгах был счастлив немало,
В картинах душа ликовала!..
И музыка мне открывалась!..
От многого мне ликовалось!
Когда-то, когда-то, когда-то
Мы в космосе будем, ребята!
* * *
Осень смотрит в моё окно –
не тоскую ли, думает.
Нет.
Не тоскую, не пью вино,
жизни пламенный шлю привет.
И она пламенеет вся,
эта жизнь за окном.
Листья клёна на ветках висят,
жёлто-красным горят огнём!
Вся-то жизнь видна из окна.
Без печали видна уже.
Где любовь моя? Где она?
Вся в душе она, вся в душе!
Север
Кипрей и пижма, пижма и кипрей…
Родимый Север, душу грей и грей!
Озёра, церкви… Низко небеса.
Неброская, но близкая краса!
Здесь всё куда-то, кажется, плывёт –
Вода, и облака, и самолёт…
Плывут большие избы и века…
Он, Север, – как великая река.
И вместе с ним куда-то я плыву –
Порой тюленей вижу наяву!
Морошку ем и свежую треску –
И забываю всякую тоску.
Родимый Север! Лодки, корабли…
Здесь край всего, и точно край земли.
Лежит валун, который мне знаком, –
Я в отрочестве загорал на нём.
Кипрей и пижма! Пижма и кипрей!
Родимый Север, душу грей и грей!
О пропавшем без вести поэте
Мы оба с ним из северного края.
Он в сыновья вполне годился мне.
Случайно или уж судьба такая –
Он вдруг пропал на СВО-войне…
Он был живым и числился в пехоте.
Пошёл он добровольцем воевать.
Ни в списке пленных, ни среди «двухсотых»…
В каком же списке нам его искать?
В его стихах и мужество, и воля.
Его душа тянулась на Донбасс.
Известно только место боя – поле,
Снарядами изрытое не раз…
Вполне возможно, где-нибудь в воронке,
Землёй засыпан, он сейчас лежит.
И никогда не будет похоронки.
Земля немало воинов таит.
Но, может быть, его найдут однажды,
И сыновьям вручат его жетон…
Мы будем помнить, что он был отважным,
Был настоящим патриотом он.
Мы обнялись тогда с ним на дорогу,
И я его перекрестил тогда…
Он был решителен, и уходил он строго.
Таким его запомнил навсегда.
* * *
Мы далеко от пуль и от огня,
А где-то взвод
в ночи на штурм поднялся.
Они идут на штурм и за меня –
за всех, кто за спиной у них остался.
Они хотели б тоже мирно жить…
И как же мы должны их всех любить,
За них молиться и гордиться ими.
И нам они приходятся СВОИМИ!
* * *
Пролетела бабочка, как в сказке.
Распустились флоксы поутру…
А кому-то броники, да каски,
Да бои тяжёлые в Яру.
Лето, лето… А кому-то горе.
А кому-то маяться в плену.
Чтоб не жить нам в рабстве и позоре,
Мужики уходят на войну.
Кто вернётся, кто-то не вернётся.
Вдовы молодые, детвора…
Многим эта доля достаётся –
Плакать ночью, тосковать с утра.
Нынче очень жаркая погода.
Не спасают тени и дома.
Лето, лето… Это время года
Холодней кому-то, чем зима.
Вечернее купание в Судаке
Вода прозрачней вечером осенним…
Закат спокоен, полный штиль морской.
Всё в мире веет благостным успеньем…
А утром будет веять воскресеньем…
И никогда – уныньем и тоской.
На склонах гор уже темнеют чащи.
Небесный луч – о самом главном весть.
Я поплыву в честь жизни уходящей,
И приходящей жизни тоже в честь.
Вода чиста, вода, как жизнь, прекрасна!
Через неё как будто переход
Туда, туда, где чисто всё и ясно.
Где мою душу чистый ангел ждёт.
Табасаран
Шамилю Казиеву
В Иране живут иранцы,
В Табасаране – табасаранцы.
В Испании гуляют испанки,
А здесь гуляют – табасаранки.
Гляжу я на девушек и на парней,
Сидящих под вечер среди камней.
В тандыре мне испекли чурек,
Проходит мимо суровый абрек…
О чём-то друг мой с ним говорит,
А он на меня сурово глядит.
Потом оказалось, что он не абрек,
А даже добрый вполне человек.
Он с нами сидел потом на коврах,
Как все тут сидят на добрых пирах…
Сидели мы в доме под самой горой,
И очень жалел он советский строй.
Жалел он порядок – теперь его нет,
Жалел из Москвы коммунизма свет..
Хотя и теперь, он признался мне,
Москва для него – это свет в окне.
Теперь за Россию он всей душой.
Табасаран такой небольшой –
Что он без России? Песчинка в горах.
За доброе пьют всегда на пирах.
За доброе пили, за дружбу, за свет,
Чтоб кончилось время разрухи и бед…
Что мы без России и без Дагестана?
И что мы, дружище, без Табасарана!
Ляхам
О чём ты думаешь сегодня, Гена?
Я думаю: как обнаглело зло.
Поляки умертвили Гермогена,
но это им никак не помогло…
И лезут, лезут снова так нахально.
От моря и до моря – их мечта.
Разбить Россию – это эпохально
и, может, где-то даже гениально…
Но Родина моя вам не чета.
Куда вы лезете?
При всех изъянах наших,
при всех предательствах и глупостях людских
Россия вам характер свой покажет –
он остаётся
и велик, и лих.
Подделка
«Прощай, немытая Россия…»
Какие пошлые слова.
Прощай, великая Россия!
Которая во всём права.
И в том, что приросла Сибирью,
И в том, что в космосе была,
Что милосердием и ширью
Народы малые влекла!
«Прощай, великая Россия!
Прощай, красивая Россия!
Прощай, душевная Россия!» –
Я так, наверное, скажу,
Когда с тобой прощаться буду…
«Прощай… Я в вечность ухожу».
А э т о пошло,
это мелко…
И потому это
п о д д е л к а.
Поздравляем Геннадия Викторовича Иванова с 75 летием! Крепкого здоровья и новых проникновенных строк!