Заметки об известном телеведущем и политике Алексее Пушкове
Если представить себе телезрителя, который впервые увидел на экране ведущего «Постскриптума», то вполне вероятно, что у него создастся впечатление, что перед ним мягкий, душевный, покладистый человек. Но внешность, как известно, нередко бывает обманчивой. За фасадом безупречной корректности, вежливости и сдержанности ведущего неизменно таится несгибаемый стержень.
Политические программы и ток-шоу ныне приобрели невиданную прежде популярность: рейтинги их буквально зашкаливают. В течение нескольких лет всенародно известными и узнаваемыми стали их постоянные ведущие и фигуранты. Однако в поведении известных модераторов телешоу в последнее время нередко проявляется своего рода идеологическая вибрация. Всем видом демонстрируя раскованность и независимость, большинство из них, подходя к известной границе допустимого (в зависимости от точки зрения канала), останавливаются как вкопанные, останавливают своих собеседников и даже начинают пятиться назад.
Десятки раз можно было наблюдать, как Анатолий Кузичев, Дмитрий Куликов, Владимир Соловьёв, Артём Шейнин и другие, услышав, что речи гостей студии становятся чересчур смелыми, сразу же нажимают на тормоза, отматывают течение дискуссии назад, погружают в стихию бескомпромиссного полилога графитовые стержни рекламной паузы. Свобода высказываний резко ограничивается линией дозволенного. Отважные журналисты начинают отступать и сглаживать углы. Лишь в профессиональном поведении Алексея Пушкова не заметно ни тени подобной вибрации.
Кто-то скажет, что выдерживать столь высокий уровень бескомпромиссности Пушкову помогает заслуженно прочное положение в политических и международных этажах власти, но, как известно, никакие должности и регалии не гарантируют человеку личного мужества. Пушков раз за разом демонстрирует именно это незаменимое свойство – примеры можно найти в каждой программе. Вспомним, как твёрдо и непреклонно провёл он цикл сюжетов, в которых резкой и аргументированной критике была подвергнута информация об американской лунной программе. Ясно, что такого рода выступления встречают жёсткое сопротивление ангажированных специалистов и функционеров, привыкших мыслить плоско и трафаретно. Много недовольных откликов послышалось и на сей раз, но журналист пошёл на обозначение чёткой позиции с открытым забралом.
И уж совсем конкретный пример опасной прямоты суждений. 25 января, когда по всем каналам в едином порыве на все лады муссировался тезис о небывалой гонимости Владимира Высоцкого, один лишь Алексей Пушков имел смелость сказать о том, что талантливый певец и актёр, как пушкинский Фауст, «с жизни взял возможну дань» в материальном, медийном и матримониальном смысле. Стоило бы добавить, что в 1967 году фирма «Мелодия» выпустила гибкую пластинку с песнями барда из фильма «Вертикаль», которую запиливали до дыр на всех углах Советского Союза. На конверте был воспроизведён текст песен. Жаль, что в тот день об этом знаковом факте никто не вспомнил. Вероятно, потому, что он не совпадает с лекалами непризнанности и гонимости. Всех бы так гнали.
Кстати, в тот же вечер руководитель программы проявил и отменный художественный вкус: вместо пафосных «Коней привередливых», которые звучали во всех юбилейных сюжетах, в качестве музыкальной иллюстрации была выбрана мужественная и сдержанная песня Высоцкого «Вершина».
Очевидно, что такой выбор не встретил одобрения со стороны части нашей элиты. Но опытного политика и телевизионщика обструкции не страшат. Вся линия поведения Алексея Пушкова наглядно демонстрирует стойкость, непреклонность и последовательность. Он отнюдь не пушистый, чаще строг и серьёзен, а улыбается разве что в заставке. Жаль только, в последнее время окружающая действительность даёт мало поводов для улыбки.
Обычно Пушков начинает свои выпуски с материалов более официальных, общеупотребительных, а под конец припасает некий сюрприз, выплеск личного отношения (в этом ему активно помогают Юлия Грабовская, Роман Перевезенцев и вся команда ТВЦ). Так, например, в выпуске, предшествовавшем президентским выборам, когда вести агитацию было категорически запрещено, он филигранно перешёл на нейтральную для нашей власти тему отравления Скрипалей, а в одном из недавних выпусков изящно прошёлся по традициям употребления вина, пива и других горячительных напитков в высших эшелонах западной государственной элиты. Иными словами, для завершения передачи ведущий всегда приберегает эффектный заключительный аккорд. Самый настоящий постскриптум.