Осенние встречи

В октябре весьма достойно вспоминали русских композиторов. «Шопенианой» Глазунова заканчивался ежегодный фестиваль РНО, в этой же программе ярко и с удивительно точным пониманием Шостаковича его Первый концерт для фортепиано с оркестром играл Люка Дебарг. Соло на трубе – Владислав Лаврик. Дирижировал художественный руководитель оркестра Михаил Плетнёв. Дебарг всегда покоряет подлинной увлечённостью, ему интересны собственные опыты за роялем, он погружается в сочинение с такой непосредственностью и так наглядно, что не откликнуться на это нельзя – вместе с ним играет, переживает ползала. И в этот раз тоже. Спрашиваю у него в перерыве, как себя чувствует. И вижу совершенно счастливое лицо: «Я впервые играл Шостаковича с маэстро Плетнёвым!» Событие для пианиста всегда событие и для слушателей!

Филармонический оркестр России под управлением Александра Ведерникова тоже вспомнил Глазунова – исполнялась Седьмая симфония «Пасторальная» фа мажор. В этой же программе блестяще сыгран Андреем Коробейниковым концерт № 2 соль мажор соч. 44 П.И. Чайковского. Пётр Ильич всё-таки любил рояль, сольные партии инструмента полноценны и очень интересны. Коробейников, наверное, помнил, что первым этот концерт играл Сергей Иванович Танеев. И надо отдать ему должное, был весьма энергичен и изобретателен, состязаясь с оркестром в allegro, вдумчив и находчив во второй части и привлекал эмоциями в финале.

Пианист Андрей Диев, вспоминая своего наставника в Московской консерватории профессора Наумова, исполнил два фрагмента из балета Шостаковича «Болт». Неподражаемо. Напомнив о репутации композитора как великого сатирика.

Два осенних юбилея – 120 лет со дня рождения Марии Вениаминовны Юдиной и столетие Виктора Карповича Мержанова. Талантливые музыканты и неповторимые люди. Скромность, достоинство, честность и подлинная преданность роялю. Видимо, поэтому так скромно отмечены эти даты. Их пути иногда пересекались. Виктор Карпович, приехав из своего Тамбова поступать в консерваторию, решил осваивать орган. Но, к счастью, на вступительных его услышала Мария Вениаминовна и отговорила от этих планов. Потом в молодости Мержанов обожал лазать по горам. Как и любимый человек Марии Вениаминовны пианист Кирилл Салтыков. Ему особенно близка была трагедия Юдиной.

Однажды во время репетиции в Большом зале Мария Вениаминовна знакомится с рабочим сцены, у которого туберкулёз, а на лечение нет средств. Она немедленно начинает сбор денег среди музыкантов и в волонтёры призывает Мержанова. Рабочего отправили на лечение. В этом поступке вся Мария Вениаминовна. Власть её никогда не интересовала, а вот мимо совершенно незнакомого человека, нуждающегося в помощи, пройти не могла. Ни разу не поступилась честью и совестью. Чем бы ей это ни грозило. Таких людей всегда было мало. А сейчас и днём с огнём не сыщешь.

Виктору Карповичу, золотому медалисту консерватории, начать исполнительскую деятельность помешала война. В армии, разумеется, было не до рояля. А сразу после войны объявили о первом всесоюзном конкурсе. И надо было быть готовым. Его любимый профессор, прекрасный музыкант Самуил Евгеньевич Фейнберг, посоветовал как можно больше играть Рахманинова. Пианизм Рахманинова определял и фактуру его сочинений. Играя сочинения Сергея Васильевича, пианист развивает независимость пальцев. В своей книге воспоминаний «Музыка должна говорить», которую я цитирую, он признался: «Рахманинов меня спас!» И остался с ним на всю жизнь. Виктор Карпович возглавлял Рахманиновское общество долгие годы. А на конкурсе разделил первую премию со Святославом Рихтером.

Совершенству в профессии помогало человеческое совершенство. Вот цель!