Третья творческая командировка АСПИ прошла по дорогам Кабардино-Балкарии. Велика Россия, а поэзия не просто сближает людей и родственные души, но и сокращает расстояния. Только вернулся с берегов Волги, с фестиваля «Солнечный круг» из Рыбинска, где на набережной стоит памятник моему учителю и старшему другу Льву Ошанину, как через день рано утром полетел по удлинённому воздушному пути в Нальчик – от Ассоциации союзов писателей и издателей. Вот уж не ждал-не гадал, что доживу до возрождения персональных творческих командировок писателей. Не так, как прежде, конечно – на 20 дней, по вольному маршруту, без скрупулезного отчета, но все-таки… Даже стихи, несмотря на усталость, набросал:
Я – старый волк публичных выступлений,
Поездок, фестивалей, вечеров –
От крупных городов до поселений,
Где пять доярок и один Бобров.
Всё это возрождается со скрипом,
Мы подаём России всей пример –
С Марией из АСПИ и Муталипом
В большой библиотеке КБР.
Упомянутая Мария Базалеева руководит в АСПИ отделом по возрождению таких поездок, а Муталип Беппаев – мой друг по семинару в Литинституте и тоже любимый ученик Льва Ошанина, который к его 100-летию издал книгу верлибров и воспоминаний – «Силуэты чувств». Он так написал о мастере: «У него со своими студентами были самые доверительные, товарищеские, доброжелательные, подлинно братские отношения. Однако это касалось только тех, в чью творческую звезду он непоколебимо поверил, в ком учитель сумел уловить свет затаенной до поры до времени, неповторимой поэтической души…»
Беппаев, человек широкой балкарской души, шесть лет руководил многонациональным Союзом писателей, теперь его сменил кабардинец Юрий Тхагазитов – доктор филологических наук. Они и открыли как успели нам нынешнюю Кабардино-Балкарию, которая готовится в сентябре отмечать 100-летие. Вместе с директором Анатолием Емузовым они и провели вечер «Песня – душа народа», посвященный 110-летию Льва Ошанина в Государственной национальной библиотеке им. Т.К.Мальбахова – первого секретаря Кабардино-Балкарского обкома КПСС на протяжении тридцати лет с 1956 года. Он знал и любил литературу, заботился о культуре, как ни один партийный деятель.
В огромном и светлом зале собрались не только библиотечные работники, подготовившие широкую экспозицию творчестве Льва Ошанина и, простите за нескромность, автора этих строк, но и писатели, журналисты, книголюбы (кстати, на всем юге России только здесь и осталось Общество книголюбов во главе с энергичной Натальей Шинкаревой). Замечательно исполнили песни Ошанина «Люди в белых халатах» и «Эх, дороги…» народный артист КБР Ауэс Зеушев и Аскер Виджиев, которые доказали, что настоящие песни не стареют – пандемия, новые фронтовые дороги, а душа ждет сокровенных слов. Да и моя «Славянская песня» – легла, судя по реакции благодарного зала. Были, конечно, и насущные, острые вопросы, но дух искренности и взаимопонимания объединял всех.
Потому и завершил я эту встречу экспромтом:
От Волги до Эльбруса
Читаю для друзей.
Стихи – не дело вкуса,
А дело жизни всей.
Тобою путь подарен,
Балкаро-Кабарда,
И вновь звучит Ошанин,
Как в лучшие года.
Поездка наша совпала с днем памяти Кайсына Кулиева – классика балкарской и всей советской поэзии. 4 июня по традиции возлагают цветы к памятнику у Дворца культуры профсоюзов в Нальчике, а потом все, причастные к поэзии и книге, едут в Чегем, где в скромном доме остановилось сердце поэта.
Род Кулиевых дружно восстанавливает подворье Кулиевых в Верхнем Чегеме над шумной рекой, где в суровых условиях жили и поднимали детей семь семей. Становилось тесно – перебирались на другую сторону реки. «Я был маленьким ашугом, пел своим товарищам и взрослым девушкам, да и на свадьбах тамада, усадив меня рядом с собой, просил петь. И теперь, когда я знаком с образцами мировой поэзии, все равно народная лирика остается для меня дорогой и непостижимо прекрасной. Думаю, что она дала мне много. Создателей многих горских песен считаю великими безымянными поэтами. Слагать стихи я начал рано – лет с десяти. А в семнадцать печатался. Об этом сейчас сожалею. Не надо так рано выступать в печати. Это вредно… Меня отправили в город Пушкин (бывшее Царское село). Там я учился прыгать с трамплина и вышки», – вспоминал Кулиев. В Пушкине начинал свою службу в 1940 г и мой старший брат – Николай Бобров. Кайсын смотрел здесь в зимнее «небо серое, стальное», а мой брат – Герой Советского Союза летчик Бобров – уходил в него на первые боевые задания. Потому в Чегеме, в доме-музее знаменитого поэта-фронтовика я и подарил директору Фатиме Кулиевой прежде всего книгу о брате – «Сосна у селенья Бобровка».
Фатима Амникаровна готова рассказывать о дяде, о его друзьях – кабардинце Алиме Кешокове, Дмитрии Кедрине, Михаиле Дудине часами. Как они находили друг на друга на фронтах войны и людского горя, на путях-перепутьях необъятного Союза и бескрайней поэзии: «С газетой «Сын отечества» я прошел по многим военным дорогам, участвовал в боях за освобождение Ростова-на-Дону, Донбасса, Левобережной Украины, был свидетелем и участником упорнейших боев в районе Мелитополя – там, где шло кровопролитное сражение за Крымский перешеек. На небольшом участке было сосредоточено много войск. Туда мы приехали с Алимом Кешоковым…» Не слышите эхо через восемь десятилетий?
Уже в перестройку Дудин перевел пророческие строки Кулиева:
Уходит наше поколенье
Без грома с молнией, тайком.
А ведь когда-то мы каменья
Раскалывали кулаком.
Да, уходили поэты великого поколенья в эпоху побеждающего чистогана порой даже тише, чем врывались в литературу. Но Кайсын Шуваевич и здесь – исключение: он стал символом и духом Балкарии, ее зарифмованной летописью со всем народными трагедиями и взлетами до облаков, задевающих вершины. Он оставил не только бумажные издания (подарочные вручил нам сын – Ахмат Кайсынович, скромный экономист). Сам народ изваял натуральную каменную книгу с мраморными страницами – Стену Кулиева.
В 2012 году группа представителей балкарской интеллигенции решила реставрировать домик в Верхнем Чегеме, ауле Эльтюбю, где родился лауреат Ленинской и Государственных премий СССР. В ходе реставрационных работ была выдвинута идея увековечивания памяти каменной стеной с начертанными на мраморе стихами поэта на балкарском и русском языках. По замыслу авторов, это должен был быть общественный, без использования бюджетных средств, «народный памятник», как и Пушкину в Москве. Так стартовал проект «Сто шагов к Кайсыну» – сто стихотворений в камне к столетию поэта. Были отобраны стихи поэта и высказывания о нем Бориса Пастернака, Николая Тихонова, Александра Фадеева, Евгения Евтушенко, Дмитрия Кедрина и других. Собранные Фондом деньги платили за гранитные плиты, привозимые издалека, и их обработку, за машины и технику. Многие профессиональные каменщики, работая в выходные дни, от денег отказывались. Молодой парень, сын архитектора Тахира Хуламханова – Мурат, в свободное от работы время с друзьями спускал в подвал собственного дома эти здоровенные гранитные плиты (125 штук!), и после своей основной работы писал на них с помощью компьютерной графики стихи Кайсына и послания ему. Много сегодня таких молодых людей, особенно в Москве?! Мне от своих студентов журналистских работ – не добиться: «Нет времени».
Нас возил внучатый племянник Кулиева Юсуп – все знает, во все вникает при реставрации до тонкости, показал старинные окна и двери без петель. Как сказал Муталип Беппаев, который сам трудился здесь простым разнорабочим: «Кайсын продолжает не просто сплачивать большой род и всех, кто ценит литературу, но живёт и зовет к созиданию, к запечатленной памяти поколений». Горская поэзия входит в эту память не филологически, а генетически, как залог сохранения языка и культуры. Потому и поручик Лермонтов для поэтов Кавказа – свой. Алим Кешоков написал, обращаясь к общему учителю:
…И скачешь по горам не иноверцем,
И, как мюриды, издавна верны,
Тебя я слева прикрываю сердцем,
Кайсын Кулиев – с правой стороны.
Вершины гор задумчивы и строги,
Звезда с звездой над ними говорит.
И молод ты, и нет конца дороге,
И пыль веков летит из-под копыт.
На равнинных и горных дорогах Кабардино-Балкарии, возле древних камней и новых памятников хотелось верить, что лермонтовская поэтическая дорога – не кончается, что мы поклонимся учителям-первопроходцам и продолжим ее по мере сил.
Александр БОБРОВ
