Сергей Казначеев
Фигура Леонида Анатольевича Сергеева на горизонте столичной литературной действительности выглядит внушительно, выразительно и колоритно. Сын войны, ещё в Казани хлебнувший её горькой отравы. Автор многих десятков книг для детей и взрослых. Художник, много лет возглавлявший детскую студию при Центральном доме литераторов и воспитавший немало юных дарований. Лауреат нескольких довольно престижных премий, в том числе – имени Сергея Есенина, Алексея Толстого, Сергея Михалкова, первой премии Всероссийского конкурса на лучшую книгу о животных 2004 года, международной премии «Литературный Олимп»…
В прошлом – неутомимый путешественник и натуралист, глубоко понимающий русскую природу. Компанейский товарищ, способный сплотить самый разнородный коллектив. Остроумный собеседник, умеющий словом приструнить зарвавшегося оппонента… И это – далеко не полный перечень его талантов.
Что касается прозы Леонида Сергеева, то как писатель он был и остаётся «шестидесятником» в лучшем смысле этого слова. Этому направлению нашей литературы свойственны тонкий лиризм, романтическая мечтательность, вера в лучшее в природе человека. В своих повестях и рассказах писатель не гонится за остротой сюжета, невероятными перипетиями, яркими образами и метафорами. В пору вхождения в литературу бок о бок с Сергеевым активно творили такие более раскрученные и продвинутые литераторы, как Юрий Коваль, Юрий Кушак, Эдуард Успенский. На этом фоне его более скромные, пастельные сочинения не потерялись, но обрели своё законное место.
В основе его авторской манеры – самый традиционный реализм, когда прямо из жизни берутся ситуации, характеры и реалии. Раз за разом мы встречаемся с обстоятельствами послевоенных дворов, подворотен и их обитателей: мальчишки гоняют в футбол, взрослые дяди стучат костяшками домино, мамы вывешивают свежее постиранное бельё. А под ногами у них неизбывно вертятся домашние питомцы и их бесхозные собратья. Иногда любовь к природе вовлекает в эту орбиту и совсем экзотических персонажей: козлика Яшку, верблюда Алдана, который всю жизнь провёл в тяжёлых трудах, бегемотиху Машу, верную Рыбу-прилипалу… Обо всём этом рассказывается с неизменной теплотой, симпатией и сочувствием.
Мягкую доверительную интонацию этих правдивых историй отмечают почти все, кому довелось хоть разок открыть такие сборники, как «До свиданья, Аметьево!», «Как на качелях», «Утренние трамваи», «Солнечная сторона улицы», «Вперёд, безумцы!», «Белый и чёрный», «Мой бегемот», «Железный Дым», «Белый лист бумаги», «Мои собаки», «В полдень на улице», «Летние сумерки», «До встречи на небесах!», «Самая счастливая, или Дом на небе», «Мост над обрывом», и многие другие. Некоторые издания были проиллюстрированы самим автором, а кто лучше него понимает своих персонажей, может проникнуть в их духовный мир?
Впрочем, не следует думать, что во всех произведениях маститого прозаика царит дружелюбная благостная атмосфера. Писатель отнюдь не чурается острых житейских ситуаций и человеческих отношений. Так, например, в повести «Радость величиной с небо» временами просто искрит от психологического несовпадения характеров главных героев, тем не менее любящих друг друга.
Но по-настоящему новое, уникальное качество проявилось в его натуре, когда он встал у штурвала писательского альманаха «Небожители подвала». Впрочем, этому издательскому проекту предшествовала непростая житейская история. Леонид Сергеев под таким названием опубликовал очерковую книгу, где нарисовал портреты своих друзей-литераторов. Что и говорить, рискованное предприятие – рассказывать о людях при их жизни, особенно если учесть болезненное самолюбие людей этой профессии. Как один из персонажей этого повествования, могу засвидетельствовать, что, записывая эти истории с моих и чужих слов, автор допустил ряд досадных неточностей. Один из героев той книги даже подавал на писателя в суд; слава богу, всё закончилось миром.
Но, как говорится, нет худа без добра, и у главного редактора альманаха появилась возможность воздать должное собратьям по перу. Название, повторяю, родилось легко и естественно: наблюдая за товарищами, собратьями по перу, наведывавшимися в нижний буфет ЦДЛ, он с горечью замечал, как социально-политические перемены на рубеже веков мешают талантливым художникам слова реализовать свои способности, и эти «небожители» вынуждены коротать время за столиком «подвала». Тут и явилась мысль начать издание журнала, который собрал бы под одной обложкой тех, кто лишён возможности выплеснуть своё вдохновение и найти пусть немногочисленных, но зато душевно близких читателей.
Однако журнал – предприятие хлопотное, обременительное: регистрация, подписка, распространение, попадание в каталоги… А вот альманах – дело подходящее. От него не требуется строгого графика выпусков и периодичности: собрали нужный объём материалов, нашли финансирование (а чаще всего – просто скинулись по-товарищески) и напечатали. Самое то!
Историк литературы подтвердит, что, по обыкновению, век отечественного альманаха недолог: «Аониды», «Эвтерпа», «Знание», «Мнемозина», «Полярная звезда», «Северная лира», «Северные цветы», «Урания», «Шиповник»… Некоторые из подобных изданий завершали выпуск после нескольких номеров, хотя и таким образом оставляли заметный след в русской литературе и журналистике.
Когда Леонид Сергеев затеял своё рискованное начинание, многим сторонним наблюдателям могло показаться, что альманах, обходящийся без поддержки официальных структур и толстосумов-спонсоров, долго не протянет: главный редактор и его сподвижники выпустят пар, отработают накопленную энергию и займутся иными, более перспективными проектами. Но этого не случилось, и сегодня, в дни празднования 90‑летнего юбилея патриарха, его команда подошла к выпуску девяностого (!) номера «Небожителей подвала». Вот это скорострельность!
Что же помогает ветерану выдерживать такой выматывающий темп творческой и организационной работы? Главный секрет, конечно, в его психологической стабильности, умении контактировать с самыми разными авторами. В разные годы в орбиту альманаха вовлекались такие, казалось бы, несовместимые личности, но Сергееву удавалось привести их к общему знаменателю: Александр Бобров, Эдуард Балашов, Владимир Бояринов, Леонид Бежин, Олег Кочетков, Павел Кренёв, Виктор Линник, Сергей Луконин, Михаил Мартышкин, Валерий Поволяев, Виктор Пронин, Ирина Ракша, Александр Торопцев, Александр Трапезников, Валентин Устинов, Евгений Юшин – вот далеко не полный список собранных вместе талантов, чьё творчество нужно ещё и гармонично соединить в рамках одного издания, чтобы никто не остался в обиде.
К 90‑летнему юбилею как раз подоспел № 90 сергеевского альманаха, хотя никто специально не подгонял эти числа: так распорядились небеса. В своём степенном возрасте Леонид Анатольевич отнюдь не зачехлил своего писательского оружия. Время от времени доводится слышать, как он своим глуховатым прокуренным голосом излагает давнюю мечту: «Хотелось бы написать ещё что-нибудь хорошее…»
А вот писать-то юбиляру подчас и некогда. Вы скажете: «Какие же могут быть заботы у человека столь степенного возраста?» Да многие! Надо собирать и редактировать материалы для новых выпусков, в чём ему помогает верная жена и единомышленница Юлия Никитская.
А главное – по утрам выходить на крыльцо своего дома и подкармливать бездомных собак. В повести «Самый дружелюбный пёс на свете» он так изложил жизненное кредо: «Я собачник до мозга костей, то есть всю жизнь живу с собаками и могу авторитетно заявить: умнее и преданнее животных на свете нет. Конечно, и среди собачьей братии попадаются отдельные дураки и порядочные хамы, но таких единицы, и, как правило, это разные избалованные «декоративные аристократы» и сторожевые псы, которым с малолетства прививают ненависть ко всему, что движется. А вот бездомные дворняги – те все без исключения смышлёные и добродушные. Они хотят кому-нибудь принадлежать, тянутся к человеку, ищут себе хозяина, а их шпыняют все кому не лень да ещё собаколовы отлавливают. И что же удивительного в том, что некоторые из них дичают и озлобляются? Зато уж если кто приручит такую собаку, в награду получит невероятную всепрощающую любовь и самоотверженную преданность… Да что там! Мой беспородный пёс Челкаш умнее многих моих приятелей – он понимает и чувствует не меньше, чем они все, вместе взятые, и уж гораздо больше, чем каждый из них в отдельности».
Пожелаем же юбиляру творческой активности, добрых друзей и успеха во всех начинаниях! А писательство никуда не уйдёт, тем более что главное в жизни уже сделано.
Поздравляем Леонида Сергеева с юбилеем, желаем крепкого здоровья и новых книг!
