КНИЖНЫЙ 
РЯД
Глеб Сахаров. Выпускник Кембрия, или …До полного изнеможения: Ироническая поэзия. – М.: Вест-Консалтинг, 2011. – 120 с. – 1000 экз.
Расстрел олигархов и другие приятные и забавные истории, рассказанные Глебом Сахаровым. – М.: Вест-Консалтинг, 2011. – 208 с. – 300 экз.
Офшорные и другие зоны: Рассказы и повести. – М.: Вест-Консалтинг, 2011. – 226 с. – 1000 экз.
И море, и Гомер. – М.: Вест-Консалтинг, 2011. – 174 с. – 300 экз.
Есть книги для серьёзной душевной работы, а есть книги для серьёзного душевного отдыха. Не пустого, убивающего время, а осмысленного и наполненного искренней радостью. Когда улыбка – не легкомысленное сопровождение приятного досуга, а его смыслообразующий стержень, когда ирония целительна. Своего рода книжная психотерапия. Вот что пишет в предисловии к «Расстрелу олигархов» сам автор: «Эту книгу следует продавать в аптеках (но, конечно, не так дорого, как у нас лекарства, а ещё дороже) как средство улучшения самочувствия, повышения настроения и общего тонуса».
Если вы пришли с работы злой и задёрганный, то книги Глеба Сахарова, известного московского поэта и прозаика, именно для вас. Не знаю, удастся ли освободиться сразу от всех проблем, но отвлечься и улыбнуться получится наверняка.
Мягкий юмор, самоирония, гротеск, умение в обыденных вещах обнаружить неожиданные смыслы – вот, пожалуй, основные черты творческого метода автора.
Ну можно ли не улыбнуться, прочитав такое (из книги «Выпускник Кембрия, или …До полного изнеможения»):
В час, когда обнажаются души,
Высь открыта и даль ясна:
– А у вас красивые уши, –
Мне призналась дама одна.
За столом, среди яств и бутылок,
В наступившей вдруг тишине:
– А у вас приятный затылок, –
Прошептала соседка мне.
И уверенный в своём шарме,
Торжествую, горд и любим,
Я, красивый такими ушами
И приятным затылком своим.
Глеб Сахаров, в принципе являясь традиционалистом, смело экспериментирует с формой стиха: меняет интонацию, ритм, нащупывает неологизмы и уделяет большое внимание звукописи.
Хруст блестящий,
Блеск хрустящий…
Даже, может, похрустей,
Даже, может, поблестей…
Книги «Расстрел олигархов» и «Офшорные и другие зоны» – это сборники коротких юмористических рассказов – от ситуативно смешных в жанре Михаила Задорнова и Михаила Жванецкого до философских произведений, развивающих традиции Виктории Токаревой и Сергея Довлатова.
О чём эти рассказы? Да обо всём на свете: о сложном и хаотичном содержимом дамской сумочки, о форме женских ягодиц, о казусах, происходящих в общественном транспорте, на работе, в поликлинике…
Словом, о человеческих слабостях, глупостях и прочих особенностях. Ирония этих миниатюр не пустозвонная, а глубокая, вскрывающая довольно серьёзные проблемы и парадоксы различных сфер нашей жизни, выдающая неподдельную тревогу автора.
Вот, например, пародия на массовую литературу в миниатюре «Как написать рассказ»: «Итак, мои дорогие коллеги, начинающие авторы, тема нашего семинара – современный рассказ. Сразу даю целевую установку: коммерческий успех, какой же ещё? – и ключ к нему: эротика и детектив и – круто, ещё круче! Надо сразу схватить читателя за горло и давить, давить, но так, чтоб он продолжал дышать и глотать, т.е. читать. Не бойтесь, реакция у него выработалась: к этому его приучили телевидение, печатная и телечернуха и – порнуха». Под маской юмора – острые социальные проблемы, и юмор перерастает в сатиру и приобретает иной смысловой вес.
Но всё же главная тема всех произведений Глеба Сахарова – сложность и неразгаданность человеческих взаимоотношений. Отношений мужчины и женщины. В частности, об этом – книга «И море, и Гомер…», состоящая из повести «Волосы с ореховым отливом» и всемирно-исторического романа «И море, и Гомер…».
Герой-любовник Глеба Сахарова – это обаятельный бабник, мужчина, тонко чувствующий женскую природу и умеющий найти подход к прекрасной половине человечества. Что может спасти бабника от всего мыслимого и немыслимого многообразия женщин в природе? Только настоящая любовь. Герой Глеба Сахарова способен на это чувство. Он идёт всю жизнь по следу женщины и в конце концов находит ту, которую искал. Но важен даже не итог, а само движение по любовному пунктиру.
Что ж, пойдём по нему и мы вслед за автором.
