Нравственное воспитание как сфера услуг
Студентов не спрячешь за стенами аудитории, и оазис нравственного благополучия там не создашь. Они часто спрашивают: почему все наши примеры нравственных подвигов не касаются «верхов», всё больше рядовых граждан, а ещё чаще – из истории войн? Вот в Год семьи, помнится, все СМИ рассказывали именно о том, как «простые люди», да ещё кто победнее, брали чужих детей на воспитание, а руководители всевозможных ведомств и богачи, поратовав с трибун за семейные ценности, всё больше в тот год, как по сговору, разводились. Что нужно было отвечать на вопросы студентов о двойной морали? Что то, что позволено Юпитеру, не позволено его быку? Что нравственность – это для тех, кто не занял «достойного» места под солнцем?
Несколько лет назад одна из моих студенток с факультета менеджмента Ленинградского государственного университета (СПб) писала курсовую работу на тему «Отношение народа к власти в русских пословицах и поговорках». Перерыла всю литературу и положительных примеров не нашла. Может, и прав был народ, наставляя своих детей «выбиваться в люди»? Заметим – выбиваться. Упорным трудом или девиантным поведением выйти из своей среды «не-людей» и попасть в категорию людей. Это перед Богом мы все равны, а не перед земными божками.
За многие годы своей педагогической работы я пришла к выводу: в государстве, построенном на двойной морали, говорить о нравственном воспитании бессмысленно, оно всегда будет сизифовым трудом. Даже в церкви или монастыре быть нравственным непросто. Особенно в век интернета и безудержного селфи.
Призываем воспитывать патриотизм вне нравственности, оторвавшись от неё. Вот тут-то противоречия, как ослиные уши, и торчат. В такой безнравственной среде хотим привить всепрощающую любовь ко всему и всем? Патриотизм опять требуется только от низов? (Это как совсем недавно требовали толерантности только от коренных жителей к гастарбайтерам, не собираясь воспитывать толерантность в самих приехавших). Был абстрактный гуманизм – породили абстрактный патриотизм. Показательно, что не так давно в одном из документов Министерства образования и науки патриотическое воспитание прямо было отнесено к сфере услуг, которые оказывает школа детям и их родителям.
Власть, с одной стороны, постоянно призывает любить Отчизну, с другой – столь же постоянно демонстрирует свою нелюбовь к ней. Два года назад, выйдя на пенсию, мы с мужем решили уехать на малую родину. Мои предки в нескольких поколениях – городские жители, а меня тянуло в деревню (когда-то мечтала быть сельской учительницей). Перебрались в село, жизнь которого наблюдаем с болью. Первое, с чем столкнулись, – с нелюбовью поселян (а их и сейчас здесь более трёх тысяч) к своим местам, своей малой родине. Как только они её ни называют и не перестают удивляться, что мы из большого города «просто так» переехали в «эту дыру», «эту пьянь», «это болото». Они не разделяли нашего романтического восторга от прекрасной природы, богатой и не менее красивой (до нынешнего времени) истории. Пожив здесь какое-то время, я начала их понимать.
Нельзя любить такой застой и развал, нельзя любить деградацию и загнивание. Ностальгия по советским временам обоснованна: были прибыльные фабрика и колхоз, которые давали работу, ухаживали за поселением, организовывали досуг. Была – нет, говорят селяне, кипела – жизнь. А нынче всё в запустении, фабричные здания растащены по кирпичику, село погрязло в мусоре, молодёжь ездит на заработки в Москву. А чем не возврат к крепостному праву – нужда заставляет работать за пять-семь тысяч рублей.
За два с лишним года, что мы здесь живём, ровным счётом ничего для людей не делалось. Если не считать «оптимизации» инфраструктуры, рабочих мест и уменьшения зарплат. Кто-то село умышленно делает депрессивным, чему очень сильно помогает местная власть. Дорогу на нашей улице, ведущей к школе, летом засыпали камнями из карьера, кое-как примяв середину и оставив глыбы на обочинах. Теперь проехать на машине к дому нельзя. Невозможно и ходить. Ни по обочинам, ни по центру дороги, – ноги переломаешь. Обращение в местную администрацию ничего не дало: улыбаются, обещают, даже сроки назначают, но… тишина. Ничего не дало и письмо в райцентр… тоже – «разберёмся».
Как учителям говорить о любви к такой малой родине? Местные жители не уважают власть, считают её ленивой, безответственной и, увы, обманно-воровитой. Спрашивается, кто и сколько получил за такой ремонт дороги? Неужели трудно было эти же булыжники раздолбить для безопасной ходьбы и езды? Какие дополнительные средства здесь нужны, кроме честного выполнения своих обязанностей?
Пора в детях опять воспитывать общественную активность и борцовские качества, способность побеждать инерцию власти и созидать. Однако моё предложение заняться этой темой было отвергнуто руководством областного Института повышения квалификации работников образования под предлогом её… неактуальности. Как без дела стать нравственным?
Патриотизм – это не только разговор о чьих-то геройствах, это прежде всего дело. Полезное для тех, кого любишь, кого бережёшь, за кого болеешь. И когда люди видят, что те, кто призывает к патриотизму, сами не совершают добрых дел, они просто опускают руки, погружаются в полное безверие и пассивно ждут, когда всё это закончится и начнётся нормальная жизнь. Хотя бы не хуже советской. А тех, кто, ничего полезного не делая, лишь болтает о патриотизме, создаёт подобие общественных организаций и так называемых движений, уже назвали самым нелестным образом: патриотами площадными, митинговыми, безродными, кухонными, патентованными, показными, проплаченными и даже гламурными и лубочными. Уточняющих понятий только в печати я набрала более тридцати. И совсем не появилось новых позитивных характеристик деловых и реальных патриотов.
Более чем печально всё это. Вот уже и Родину перестаём любить, включая и её историю, и её язык. Это последнее, что ещё осталось у нас, «простых россиян», за что можно держаться как за соломинку, что можно и нужно защищать. Перебежчиков и предателей много, но и верных Отечеству ещё немало. Любовь к родному пепелищу теплится и ждёт своего часа. Нужно параллельно выстраивать своё, народное воспитание как противостояние злу. Разве у нас есть иной выход?
Валентина БЕЗРУКОВА, доктор педагогических наук, посёлок ЯЗЫКОВО, Ульяновская область