Полина Феденюк,
Керчь
Если долго всматриваться в бездну, то бездна взглянет на тебя.
Море волнуется раз…
Ветер обозлился на меня. Что же я ему сделал? Хлещет и хлещет так сильно, насколько способен. В ушах звон. Не могу сосредоточиться. Бездарность. Бездарность! БЕЗДАРНОСТЬ!
Знаете ведь, как бывает. Занимаешься всю жизнь чем-то, думаешь: вот оно! Я нашел себя и даже чуть больше! Оно переполняет меня! Хоть бы не расплескать!.. Проходит время, много времени. И ты понимаешь, что всё зря, ты не можешь закончить главу или сделать последний мазок. И в этот момент самым лучшим решением для меня стало пойти к морю. Ну и что, что ноябрь? Может, вместе с простудой и себя найду?
В голову ничего не идёт. Ложусь на влажный песок, уже не чувствуя пощечин ветра, впрочем, уже ничего не чувствуя. Я сейчас, как заброшенный инструмент, на котором долго никто не играл: расстроен и способен только нескладно завывать.
Сам не замечаю, как оказываюсь в воде. Пока только туфли. Да… Простуда мне обеспечена. Может, хоть в больнице озарение придет. Хотя уже и не важно. Приятное чувство. Мурашки щекочут спину. Мне уже наплевать. По пояс. По грудь. По горло. Пелена мраморного света. Глубокий вдох… Вода затекает, споря с воздухом в горло…
Море волнуется два…
Закат уже догорает. Пора идти домой. Но она не встает. Закрывает глаза. Вдох-выдох. Жаркие потоки летнего зноя уже становится видны. Струйки пота сползают по лицу. День для нее был тяжелым. Не тяжелее, чем у остальных, но факт остается фактом…
Утром она без восторга поднялась с кровати. Переодела серую пижаму на серую форму, такую же, как и у всех. Встала перед зеркалом: «Что бы сегодня надеть? Грусть, нетерпимость, умиротворенность?»
Выбирает повседневный вариант – спокойствие. Наносит на лицо плотным, равномерным слоем. Самое главное: носить с собой сменные маски на экстренный случай и морскую воду – единственное, что их снимает. Всегда честная стихия. Под ее прозрачностью не скрывается подставной острый камень, способный запросто раскроить тебе голову. Если вода мутная и беспокойная, сразу ясно, что она не в настроении и не стоит ее волновать своим присутствием.
С людьми, увы, сейчас не так просто. Она подходит к Границе, касается игриво поблескивающего поля. Через слегка замутненную тонкую стенку просматривается другой мир. Мужчина лет сорока пяти уверенным шагом идет в воду. Его глаза смотрят вперед. Они прозрачны и счастливы…
Море волнуется три…
Он так быстро растет. Только недавно его отец встречал нас у роддома с букетом роз цвета морской волны. Мой любимый цвет.
И вот ему уже тринадцать. Он так любит море. Весь в меня. Этот нелюдимый берег стал для него вторым домом…
Не сдержалась. Прочитала его дневник с касатками на обложке. Ну, если быть точнее, просто пролистала и пробежала глазами по волнам строк. Чувствую стыд за себя и гордость за сына. Пишет, что соленая вода очищает его голову от всего, что не дает покоя. Что приятнее усталости после очередного заплыва ничего в мире не найдется.
Но недавно его внутренний свет стал слабеть и затухать. Не знаю, что и думать. Пыталась переложить вину на возраст, быструю смену настроения, гормоны… Жалкие попытки уберечь оставшиеся нервы. Начал прогуливать уроки по плаванию. Еще и эта шишка, которую он каждое утро старательно пытается прикрыть челкой… Решила еще раз заглянуть в дневник. Может, и низко, зато узнаю, что его беспокоит. Итак, последняя запись:
«24.07. Дорогой дневник!
Меня будто оторвали от чего-то важного. Чего-то, что берегло меня все это время. Теперь я беззащитен. Я пришел на тренировку раньше обычного. Решил размяться и пробежаться по берегу. Внезапно налетел на что-то невидимое. Что-то вроде неестественно, ненормально прозрачного и тонкого, но невероятно плотного стекла. Потёр лоб. Шишка нехилая. Решил посмотреть, что же творится «по ту сторону».
Ничего подобного прежде не видел. С той стороны мое море вмиг стало враждебным. Волны бились друг о друга так громко, что уши закладывало. «Там» девушка стояла, так же прислонившись к чему-то незаметному для обычного человеческого взора, и куда-то смотрела. Решил, что от усталости мозг решил порадовать галлюцинациями.
Я смотрел на море, освежая голову. Через минуту, или через час, или сутки – уже было и не понять, кто на кого смотрит. Возможно, море смотрело на меня…»