Вероника Тутенко, Курск
В декабре нынешнего года исполнится 230 лет российской фельдъегерской службе, учреждённой по указу императора Павла I в 1796 году для доставки документов государственной важности. Нынче день 17 декабря стал неофициальным профессиональным праздником всех курьеров. После пандемии, когда мы были, по сути, заперты в своих квартирах, их число превысило 1,5 миллиона (к слову, учителей в стране лишь чуть больше миллиона), и при этом они были в дефиците. О том, как живут представители неожиданно ставшей одной из самых массовых профессий, в репортаже корреспондента из регулярно подвергающегося ударам БПЛА Курска.
Холод страшнее дронов
Первый раз я обратила на них внимание ещё зимой. Погода тогда установилась такая, что собак выгуливали в комбинезонах, и, наверное, поэтому двое темнокожих парней на электросамокатах с большими розовыми рюкзаками показались чуть ли не инопланетянами. Откуда они здесь? Подумала, хорошо бы сделать репортаж о курьерах приграничья, и после обеда зашла в компанию по доставке. Темнокожие разносчики как раз оказались там.
Один из них, Абубакар Мохамед Аваль, приехал учиться в Курск из Западной Африки. Спрашиваю, как ему живётся в неспокойном приграничье, пытаюсь вспомнить, как сказать по-английски «беспилотники», но в голове крутится только danger – «опасность». Я повторяю это слово, глядя в небо, и Мохамед решает, что я имею в виду снег и русские морозы.
– Да, – кивает. – Я боюсь холодов.
– А drons и rakets? – спрашиваю, вспомнив, что на английском эти слова звучат практически так же, как на русском.
Мохамед отвечает, что на них он научился не обращать внимания. Тем не менее нестабильная обстановка всё-таки сказывается на работе курьера, в основном из-за перебоев с мобильным Интернетом:
– Общаться с родными стало сложно, поэтому иногда приходится использовать vpn. А когда vpn включён, некоторые российские приложения не работают. Либо одно, либо другое.
Развозит заказы Мохамед на электросамокате, который купил специально для этой работы. Отмечает, что гибкий график для студента очень важен, поскольку позволяет сочетать её с учёбой. Родителям теперь сложно ему помогать: из-за антироссийских санкций возникли трудности с международными денежными переводами. Другой причиной, по которой он выбрал этот путь, стало желание усовершенствовать знание русского языка. Сам он говорит на трёх языках – родном, хауса, на фон и французском.
– Русский язык сложный. Лично я лучше его усваиваю, находясь в окружении людей, говорящих на нём, – признаётся Мохамед. – Мои друзья, тоже иностранные студенты, прежде работавшие в сфере доставки, лучше умеют выражать свои мысли, что заметно на университетских занятиях, и вообще лучше понимают друг друга.
Заработок курьера зависит от количества отработанных в неделю часов, в среднем выходит от 8000 до 13 000. Чаевые зависят от возможностей каждого клиента: кто-то может дать и тысячу, а кто-то ничего, рассказывает Мохамед. О русских говорит: «гостеприимны, но сдержанны», и отмечает, что «завести русского друга непросто». После обучения планирует вернуться в Африку, а потом приехать в Россию уже в другом статусе.
Война любви не помеха
Волонтёр Ростовского корпуса брянчанин Геннадий Соколов полтора года работает под обстрелами. Изначально о том, чтобы стать волонтёром, Геннадий не думал. Это произошло само собой, когда впервые привёз заказ в Коренево осенью 24‑го. Проезжая мимо разрушенных домов и взорванных машин, никак не мог найти нужный адрес – нумерации на домах не было, спросить не у кого. И вдруг навстречу ему вышли два парня с оружием.
– Мужики, я гражданский, доставка, – растерялся Геннадий.
– Ты дебил? Не знаешь, что война идёт? – махнули ему рукой. – Давай сюда. Быстрее!
Из-за поворота показалась «буханка», и из неё вышел заказчик, Лёша Техник.
– В этот момент громыхнуло, – рассказывает Геннадий. – Я падаю в грязь, руки за голову. Это сейчас я уже ориентируюсь, знаю, что летит, а тогда… Я и в армии не служил.
Новые друзья-военные предложили курьеру примерить на себя их обмундирование.
– Навесили всё, что только можно, даже пулемёт, который, как оказалось, поднимают два человека, – вспоминает Геннадий. – Спрашиваю: как со всем этим справляетесь? Они смеются. Понял, что разыграли, посмеялись вместе. Потом сдружились. Тяжело было узнать, что Лёша Техник погиб. Мы с его боевым товарищем, который, как и он, с Алтая, договорились поехать туда к нему на могилу. Вот из-за них я и стал не только курьером, но и волонтёром…
За год с лишним Геннадий узнал, как уворачиваться от FPV, как уйти от «крыла»:
– В районе Кромских Быков меня едва не настиг FPV-дрон, летевший в лобовое стекло. Крутанув руль, я чуть не улетел в кювет, но проскочил мимо дрона, который, к счастью, не сдетонировал. Позже, общаясь с ребятами, осознал, что произошло. Первые полгода было очень страшно. При виде сожжённых автомобилей на «дороге смерти», ведущей в Коренево, не покидала мысль, что и мой мог быть там. Врезалось в память полностью сгоревшее село Ольговка, которое боевики ВСУ буквально сровняли с землёй.
На блокпосту перед въездом в опасную зону водителей предупреждают о потенциальной опасности, однако бывают и непредвиденные ситуации. 24 декабря, когда Льгов и Рыльск попали под ракетный обстрел, Геннадий находился в машине. После третьей ракеты, прилетевшей в пятиэтажку, понял: надо поворачивать в сторону Курска.
– Развозим в основном продукты, запчасти, одежду. Бывает, за чем-то приходится ездить в другие города, – рассказывает курьер. – Поступают и необычные заказы, которые трудно найти, как, например, снегоход-волокуша.
Даже в самое горячее время не прекращались звонки от влюблённых, просили привезти то букет из сто одной розы, то мишку ростом выше человеческого, то сердце из цветов. Одна из таких историй, разворачивавшаяся на его глазах, недавно окончилась свадьбой.
– Война любви не помеха, – философствует Геннадий.
«В кофейне за столом сидящий…»
Сложнее всего почему-то разговорить пеших курьеров. Устав бегать за ними под хлопьями мокрого снега, прячусь от холода в кафе и едва не спотыкаюсь о стоящий на полу большой жёлтый рюкзак с надписью «Доставка». Его обладатель спокойно ждёт заказ и, кажется, никуда не спешит. Пользуясь моментом, подсаживаюсь к нему за столик.
Моя просьба рассказать о жизни приграничного курьера кажется ему странной:
– Давайте я лучше дам ваш телефон действительно интересному человеку. Он лётчик, в Африке бывал. Вот о каких людях надо писать.
– А у курьеров, значит, жизнь неинтересная?
Задумавшись на минуту, Любомир (фамилию попросил не называть) вдруг отвечает стихами: «В кофейне за столом сидящий, я трижды классно говорящий. Я здесь не нужен никому. Меня ждёт снег. Спешу к нему». Время от времени он сочиняет стихи, но даже в Интернете их не выкладывает. Искренне удивляется: «А зачем?»
– Завтра обещают гололёд, – Любомир смотрит, как за окном растворяются в лужах снежные хлопья. – Рано на работу не пойду. Подожду, пока посыплют улицу песком.
Рабочий день у него длится обычно с 10 утра до 10 вечера. Пятнадцать лет Любомир живёт на два города – то в Курске, то в Москве. Сейчас ему 47. В Москве развозит заказы на машине. Жалуется на забитые в час пик курские автобусы.
– В столице, если постараться, можно и сто тысяч заработать, но много тратишь на бензин. Здесь, конечно, столько не выходит. Сегодня 2 тысячи заработал. Много, по тысяче, дают участники СВО, но у раненых принципиально чаевые не беру. Хотите мёду? – достаёт откуда-то из-за пазухи янтарную банку.
В Курске, считает Любомир, в целом живётся спокойнее, чем в столице: – А к сигналам опасности, работе ПВО привыкаешь. Вот только если гремит где-то близко, а однажды я проснулся оттого, что дрон угодил рядом в гараж, это да…
Зарабатывать себе на жизнь Любомиру пришлось с раннего возраста: в доставке, потом официантом в московском ресторане, потом опять в доставке. Сменить жёлтый курьерский рюкзак на что-то другое он не планирует, но и не зарекается, что этого не произойдёт:
– Единственное, что точно могу сказать, сидеть весь день в офисе точно бы не смог. Как-то довелось – совсем не моё.
К курьерам у нас двойственное отношение. Мы их неистово ругаем, когда они проносятся рядом по тротуарам, и благодарим, когда принимаем тяжёлые сумки с продуктами, за которыми поленились сходить сами.
Значит, эти гонцы нам нужны?
Фото автора и из архива героя материала (Геннадия)
В тему
За три квартала 2025 года объём оказанных россиянам курьерских услуг вырос до 49,8 млрд рублей. По данным hh.ru, зарплаты курьеров достигли в прошлом году почти 145 тысяч в месяц. А некоторые крупные онлайн-ретейлеры в Москве обещают и 300 тысяч. В среднем по стране зарплаты скромнее, и тем не менее во многих регионах они сильно превышают доходы врачей, учителей и квалифицированных рабочих. При этом никаких навыков не требуется – только умение ладить с клиентами и физическая выносливость.