Репортаж из России вызвал переполох в Польше

Олег Неменский, историк, публицист

Известный военный репортёр Мария Верниковская представила получасовой рассказ о пребывании в Калининграде. В нём она просто разговаривает со случайными людьми, ко всем пристаёт с вопросом, готовятся ли они к войне и скоро ли нападут. Собеседники ведут себя так, как русские всегда и разговаривают с поляками и сумасшедшими: успокойтесь, никто на вас нападать не будет, думайте о чём-то хорошем.

Ролик снят по канонам западных репортажей времён холодной войны: всё в раздражающем серо-синюшном колорите, а промозглая погода помогает создать образ неприятного для жизни пространства. В заставке красуется изображение пролетария утрированно придурковатой внешности – как бы собирательный образ русских.

Все разговоры построены на популярном в Польше мифе, что в России слово «война» под запретом и происходящее на Украине можно называть только СВО. Эта ложь нужна для формирования образа страны, в которой даже очевидные вещи запрещено называть своими именами. Ведь чтобы люди слушались таких указаний, они должны жить в атмосфере страха и тотальной слежки. Верниковская каждый раз очень переживала, когда собеседники произносили слово «война», а зритель мог сделать вывод о нелояльности простых россиян, готовых в доверительном разговоре с гостем из свободной Польши проявлять такое свободомыслие.

Но всего этого оказалось мало. На репортаж с возмущением отреагировали администрация польского президента, правительство и отдельно МИД, представители крупных партий и все основные СМИ. Бурное обсуждение ярко выявило те принципы, на которых должна строиться подача любой информации о России.

Во-первых, Верниковская обвинена в том, что привела слова людей без пояснений, дающих зрителям ключ к их интерпретации. В результате «демонстрация обычных россиян вызывает симпатию к России и тем самым играет на руку Кремлю». Хуже того, она представила русских как в целом дружелюбное к полякам общество, а такого «не может быть».

Короткий разговор с солдатом на костылях признан «несмываемым позорным моментом польской журналистики». В нём-де не дано разъяснений, что военные отправляются на фронт «ради денег и разбоя». А интерес к его травме признан аморальным проявлением сочувствия.

Интервью у католических священников наводит на мысль, что в России нет религиозных преследований, что «искажает реальность». А показ культивирования русскими памяти о местной немецкой истории создаёт «ложный образ» их уважительного отношения к другим народам.

Россия представлена как «пространство повседневной стабильности» – там нет голода, магазины полны продуктов, а люди совсем не агрессивны. Это работает на «нормализацию образа русских». Всё это «манипуляция зрителями с целью улучшения имид­жа России».

Журналистку обвинили в работе на российские спецслужбы. Иначе трудно объяснить, почему она так легко приехала в РФ, а другие туда не ездят. Ничего, теперь все будут знать, как не нужно делать репортажи из России и стоит ли вообще за это браться.

Нам же всё это даёт возможность осознать, до какого уровня доведена уже не просто русофобия, а предвоенная экзальтация в стране, собирающейся обзавестись к 2030 году самой большой армией в ЕС.