Рассказов в книге восемь. Окантованы они двумя вступлениями (В. Ерофеев и В. Мединский) и послесловиями. Судьбы, как мы уже сказали, представляющие основной интерес для писателя, переплетаются с историей страны. Но это не стереотипы-клише о советской жизни. Человек, как и жизнь, может предстать совершенно с разных сторон. И, казалось бы, отрицательный герой – начальник лагеря (хотя Довлатов тоже внёс свою «копеечку» в разговор о лагерной жизни с другой стороны решётки) – имеет право на человеческие и даже условно нежные чувства, отпуская Дарью, любовницу-заключённую («Не оступись, доченька!»). При этом автор не лишён иронии. Зять Николай Иванович (из одноимённого рассказа) – ходячая «энциклопедия», знающий, как жить, «на словах» (а прочитывается: «в лозунгах»), при необходимости отремонтировать дом теряется и безвольно отдаёт деньги проходимцам.
Одна из важных тем, волнующих Файна, – о прощении и прощании, отражена в рассказе «Мой друг Вася». Два героя, Шура и Дод, друзья-одноклассники, которых развела судьба, оставляя зарубки на сердце: любовь к одной и той же девушке, соперничество в спорте… Но Шура на полшага отстаёт от товарища. Тут и золотая медаль против серебряной, и успехи в спорте… А девушка явно благоволит «более слабому». Но как можно за спиной у друга отнять самое дорогое?! Только в честном поединке, по-мужски. Но желания человека – одно, а время (третий главный герой) действует по своим законам: приговор врачей, крест на спортивной карьере, невозможность поступить в любимый вуз…
Будущее соединяет героев – постаревших, переосмысливших многое. Любимая женщина умерла, жизнь – прожита. Прощение тут или прощание? А дома последний, но самый искренний друг – будильник Вася. И он – вдумайтесь! – отсчитывает время (которое терять ни за что нельзя).
Литература, по мнению Файна, начинается тогда, когда читатель примеряет содержание на себя. Это два базиса его творческого самосознания. При этом он отталкивается и от классиков. Аналогии с Шукшиным и Шаламовым приводились критиками начиная с В. Мединского. Связь со вторым очевидна – колымская тема предполагает, что каждого автора, «покусившегося на святыню», будут сравнивать с ним. Файн – очевидец, его детские годы прошли на Колыме, а потому образы этих мест, помноженные на время, вполне естественно всплывают в сознании.
Вера в человека – главный лейтмотив рассказов – и «колымских», и «московских»; локация тут вторична, важнее характер, говор, атмосфера жизни – забываемой, советской.
Творческий метод писателя – уход от прямых характеристик симптомов века, внимание к деталям, к содержанию (превалирующему над формой), попытка создания атмосферы, в которой читатель идентифицируется с персонажами, – успешно реализуется в его произведениях.
