Наталья Судленкова
Зрителей встречают строки Михаила Лермонтова «Погиб поэт, невольник чести…» И это не только об Пушкине или о самом Лермонтове. Это о погибели, о последних мучениях, которые не смог вынести поэт, о досадной тайне обманутых надежд.
На кажущейся пустой сцене в круге света сидит одетый в бесформенный вязаный кардиган молодой мужчина (Андрей Финягин), на его голове – чёрная вязаная шапка, в руках – томик Лермонтова, перед ним – пистолет. Это наш современник, поэт, он анализирует свою жизнь, вглядывается в пустоту внутри себя и завидует героям 19-го века, которые жили, с его точки зрения, полной и насыщенной жизнью.
Он пытается найти ответ на главный вопрос своего существования: «Зачем всё это?» Не находит. И пускает пулю в висок…
Но за те доли секунды, которые проходят между нажатием пальца на курок и мгновением, когда пуля пробьёт голову, рядом с поэтом появляется загадочная фигура – иллюзионист Апфельбаум (Андрей Кондратьев), который упоминается в главе «Княжна Мэри» лермонтовского романа «Герой нашего времени».
В романе больше об Апфельбауме ничего не сказано, а это был реальный человек. Его описание даёт книга «Замечательные чудаки и оригиналы» русского писателя и краеведа второй половины 19-го века Михаила Пыляева: «Апфельбаум был очень приличен, ходил во фраке с большим жабо. В руках у него всегда была палочка из слоновой кости, которая и помогала при манипуляциях».
Апфельбаум в спектакле предлагает поэту сделку – возможность прожить сюжет романа «Герой нашего времени», соблюдая все линии произведения. Таким образом, судьба поэта, героя пьесы, априори предопределена, но он постоянно стремится выйти за обозначенные ею границы, пытается спорить с Апфельбаумом, однако это бесполезно. Он проживает жизнь Печорина и делает из этого опыта свои выводы.
Режиссер Антон Яковлев смело мешает очерёдность глав романа Лермонтова, сохраняя основное – помыслы и мотивы его героев. Авторский стиль режиссёра – вневременье. В постановках в своем театре по классическим произведениям русской литературы («Преступление и наказание», «Гроза», «Игроки») он идёт к Логосу в христианском понимании этого слова – к смыслу. И если речь о смысле, то так ли важно, в одежду какой эпохи одеты герои? Так ли принципиально соблюсти жёсткую очерёдность литературной основы, если изменения как раз подчёркивают это вневременье и равность значения смыслов для разных эпох?
Яковлев говорит. «Мне не интересно просто проигрывать известный классический сюжет, мне важно анализировать, препарировать Печорина с точки зрения современного человека. И делать это не умозрительно, философски, а в буквальном смысле. Для этого мне и нужен сегодняшний герой. Зритель будто отправляется в мистический психологический триллер, где этот герой пытается выжить, играя по чужим правилам. Он будет соблазнять женщин, драться на дуэли, хоронить любимых и с каждым шагом все больше приближаться к яркой, но жестокой реальности того, в чьей шкуре он оказался…»
Зритель увидит всех главных героев романа «Герой нашего времени» – Бэлу (Анастасия Епифанова), Максима Максимыча и Доктора Вернера (обе эти роли блистательно исполняет Дмитрий Высоцкий), княжну Мэри (Полина Резаева) и её мать (Мария Свирид/Мария Макурина), Грушницкого (Александр Груздев) и других.
Музыкальный лейтмотив пьесы — песня из главы «Тамань» романа «Как по вольной волюшке —По зелёну морю, Ходят всё кораблики Белопарусники». Музыку к спектаклю написал композитор Андрей Зубец.
Свет в «Герое нашего времени?» становится равноправным участником и эффектно дополняет минималистичные декорации. Он подсвечивает героев, маскирует изменения на сцене, ведёт зрителей от одного эпизода к другому и живёт собственной жизнью (художники по свету — Антон Яковлев и Илья Султанов).
Яковлев добавляет в спектакль ещё один элемент – текст самого романа: фразы из «Героя нашего времени» бегущей сверху вниз строкой появляются на экранах, окаймляющих сцену, например, «Женщины любят тех, которых не знают».
Режиссер утверждает: «Мы видим этот текст визуально и рефлексируем по поводу этого текста. Это метапроза, когда мы можем ассоциировать себя с персонажем, когда мы можем отрефлексировать текст. Это попытка как можно глубже пойти в этот роман и по пути его обсудить с самим собой, с персонажами, которые выходят из образа и обсуждают героя».
Андрей Финягин в роли Печорина – это вселенский абсолютный холод, это -273 градуса по Цельсию. Во втором действии холод как отражение полной пустоты героя ощущается буквально физически – по коже бегают мурашки, хочется поглубже вжаться в кресло, но эта пустота будто притягивает с невероятной силой. Сам Печорин в своём дневнике задумывается: «Неужели зло так привлекательно?»
Об этом же пишет в прощальном письме очередная жертва Печорина – беззаветно любящая его Вера (её роль блестяще исполнила Алёна Гончарова): «…в твоей природе есть что то особенное, тебе одному свойственное, что то гордое и таинственное; в твоём голосе, что бы ты ни говорил, есть власть непобедимая; никто не умеет так постоянно хотеть быть любимым; ни в ком зло не бывает так привлекательно…»
Печорин – это чёрная дыра, которая втягивает в себя и уничтожает всех, кто осмеливается приблизиться к ней за горизонт событий – ту черту, за которой избежать притяжения не может даже свет. Финягин показывает эту зияющую пустоту, готовую схлопнуться под давлением собственного тяготения сама в себя, в обоих героях – и в поэте, нашем современнике, и в Печорине. Черты героев Финягина — холодный голос, ледяное равнодушие к судьбам окружающих и презрение к смерти как производная презрения к самой жизни.
Печорин потерян не потому, что не смог найти своё место в жизни, а потому, что в мире нет места, которое вместило бы его пустоту. Печорин, как и наш современник-поэт в спектакле, безуспешно ищет то, чего не может дать сам – безусловную любовь.
И ещё один вопрос, на который пытается найти ответ герой постановки: «Кто определяет судьбу – сам человек или незримый Фатум?»
Но судьба героев Финягина предопределена их внутренней пустотой и невозможностью (неспособностью или нежеланием) наполнить её собственным смыслом. Апфельбаум, предлагая поэту в спектакле выбор, соглашаться ли пройти путь Печорина и попытаться изменить судьбу или сходу погибнуть, говорит, что делал похожее предложение Сергею Есенину, Владимиру Маяковскому и Борису Рыжему. И те предпочли мгновенную смерть. Поэт в спектакле должен сделать собственный выбор.
Поставив вопросительный знак в названии пьесы «Герой нашего времени?», Антон Яковлев оставляет за зрителем право самому себе ответить на вопросы «Герой ли Печорин?» и «Если он — Герой, то нашего ли времени?»