150 лет назад в «Русском вестнике» был опубликован роман И.С. Тургенева «Отцы и дети»
«Если бы молодость знала, если бы старость могла…» Фраза из эпиграммы француза Анри Этьена давно стала крылатой и послужила бы отличным эпиграфом к роману И.С. Тургенева «Отцы и дети», если бы это был роман о частном поколенческом конфликте в семействе Кирсановых. Но проблему «отцов и детей» Тургенев решает в социальном, политическом и философском аспектах. И здесь основные оппозиции не просто практически полностью сохранились до нашего времени, но и до крайности обострились. Такого примерно накала конфликт поколений достиг к концу XIX века, и это кончилось зверским убийством Александра II и разгулом террора. «Дети», по мысли Тургенева, должны бережно относиться к прошлому и настоящему своего отечества, а «отцы» – быть терпимыми к идущим им на смену и пытаться их понять. Бесконечные препирания Базарова с Павлом Петровичем подозрительно напоминают сегодняшние медийные баталии, где ни одна из сторон не умеет услышать оппонента и хотя бы на эфирное мгновение признать его правоту. Павел Петрович прав, говоря о необходимости сохранить наследие прадедов. Базаров прав, заявляя о необходимости перемен. Но какой ценой будут достигнуты эти необходимости?
Нигилизм революционен и не считает возможных жертв («…если он (Базаров) называется нигилистом, то надо читать: революционером», – из письма И.С. Тургенева К.К. Случевскому 14 (26) апреля 1862 г.). И нигилизм либеральный мало чем в этом плане отличается от нигилизма демократического. «Революция в значительной степени есть расплата за грехи прошлого, есть знак того, что не было творческих духовных сил для реформирования общества», – писал Н. Бердяев.
Но Базаров, в отличие от нынешних болотных клоунов, несмотря на отрицание ценностей «отцов», фигура не комическая, а трагическая. За нигилизмом он скрывает любящее, пусть и бунтующее сердце. Таким, тоскующим по идеалу, увидел своего героя Тургенев. Так его почувствовал и Ф.М. Достоевский, хоть и довёл базаровское отрицание до уровня раскольниковского преступления: «С каким спокойным самодовольствием мы отхлестали, например, Тургенева за то, что он осмелился не успокоиться с нами и не удовлетвориться нашими величавыми личностями и отказался принять их за свой идеал, а искал чего-то получше, чем мы… Ну и досталось же ему за Базарова, беспокойного и тоскующего Базарова (признак великого сердца), несмотря на весь его нигилизм».
Продолжение темы смотрите здесь
