Андрей СТОЛЯРОВ, САНКТ-ПЕТЕРБУРГ
Россия без россиян
Поставим прямой вопрос. Существуют ли россияне? Или точнее: существует ли российская нация, этнокультурная целостность, ощущающая ответственность за своё собственное государство?
На этот прямой вопрос следует дать такой же прямой ответ. Никакой «российской нации» в настоящее время не существует.
Конечно, социологические опросы показывают, что большинство граждан России называют себя россиянами.
Однако если распаковать ту же ситуацию косвенными методиками, которые выявляют истинное содержание, то обнаружится, что подавляющее большинство тех же граждан намного сильнее идентифицируют себя с семьёй, друзьями или конкретным этносом (русские, татары, чеченцы), нежели с мифической общностью «россияне».
Более того, те же опросы свидетельствуют, что примерно пятая часть россиян хотела бы эмигрировать из страны, причём максимальный эмиграционный потенциал приходится на молодых и высокообразованных граждан. А если попытаться установить, чем россияне готовы пожертвовать ради своего государства, то выясняется, что – ни жизнью, ни деньгами, а лишь иногда – парой часов свободного времени.
Ситуация, опять-таки скажем прямо, критическая, но, как это ни странно, закономерная. И объясняется она не только интеллектуальной недостаточностью российских властных элит, но и той спецификой русского этноса, которая сейчас явственно проступает в России.
Расширяющаяся вселенная
Главная особенность русского этноса заключается в том, что в отличие от многих других народов он никогда не имел собственной этнической идентичности – он всегда был включён в идентичность более высокого уровня.
Данный факт заметен уже в период Древней Руси, где специфика русскости имела не столько этнический, сколько «земельный» (территориальный) оттенок. Русскость определялась через принадлежность к единой земле, что достаточно убедительно выражено в летописных источниках: «…откуду есть пошла Руская земля… откуду Руская земля стала есть», «О Русская земля! Уже ты за холмом», «Слово о погибели Русской земли»… Заметим, что никаких аналогичных сказаний о «земле английской», «земле французской», «земле голландской» и т.д. и т.п., насколько известно, в соответствующих летописях не существует.
Аналогичным образом обстояло дело и в другие эпохи. В московский период это была московская идентичность: учитывалось прежде всего подданство (политическое гражданство), а конкретная национальность особого значения не имела. В имперский и советский периоды наличествовали, соответственно, имперская и советская идентичности – этническая (национальная) принадлежность также отходила на задний план.
Такая специфика поддерживалась ещё одним обстоятельством. Вопреки общепринятым представлениям русские никогда не были многочисленным народом. Климатические условия северо-востока Европы не способствовали демографическому подъёму. Вплоть до XIX столетия численность населения России была существенно ниже, чем в ведущих западных государствах, Англии, Италии, Франции, и значительно уступала совокупной численности европейцев.
Это, заметим, при огромных пространствах расселения русского этноса.
Удержать колоссальные территории можно было либо военной силой – и такое направление реализовали колониальные империи европейских стран: Британская, Голландская, Испанская, Португальская, либо за счёт идентификационного единства – этнокультурной и гражданской целостности колоний и метрополии, то есть за счёт включения колониальных народов в общий имперский народ.
Этим принципиально иным путём пошла Россия, где, во-первых, считались нормой межнациональные браки как для высших, так и для низших сословий, а во-вторых, такой же нормой являлось вхождение местных национальных элит в состав властной имперской элиты.
Ни то, ни другое в европейских колониальных империях, в общем, не практиковалось.
Универсальность русскости, которая мировоззренчески рассматривалась как «вселенскость», её гражданский, а не этнический статус – та особенность русского национального самосознания, которая сказывалась в течение всей российской истории.
Мифология национального
Ситуация изменилась в конце ХХ века. После распада СССР неожиданно выяснилось, что русские как бы обрели собственную государственность.
Напомним, что согласно критериям, которых придерживается ООН, государство считается мононациональным, если численность титульной нации превышает в нём 2/3 всего населения. А согласно переписи 2002 г. русских в России 80%. Русских в России стало больше, чем евреев в Израиле, который многонациональным государством никто не считает.
Вот факт, которым нельзя более пренебрегать. На карте мира внезапно появилось русское национальное государство. А у национального государства тоже существуют свои особенности, формирующие его конкретное бытие.
Любое национальное государство основывается на трёх мифах, которые обладают пассионарной энергией именно в момент его созидания. Это миф о героической истории данной нации. Миф об избранном народе, составляющем данную нацию. Миф о враждебном окружении, о тех вызовах и угрозах, которым нация обязана противостоять.
Миф о героической истории представляет собой «оправдание» этнического бытия. Он свидетельствует о том, что данная нация всех победила, преодолела немыслимые трудности и препятствия, создала собственное государство и тем самым доказала своё право на существование.
Героическую историю имеет даже самая малая нация, уже давно утратившая любые экспансионистские притязания. Голландский героический миф, например, опирается на великую Голландскую империю (Вест-Индия), первую в Европе республику, которая подала пример другим европейским народам, героическое отвоевание земли у моря – строительство голландских плотин и дамб.
В свою очередь, миф об избранности народа подразумевает, что данный народ обладает такой совокупностью позитивных качеств, которая с очевидностью выделяет его среди всех остальных. Говоря проще: мы – лучше других. Евреи – избранный народ, поскольку у них заключён прямой договор с Богом, значит, после «конца истории» будут спасены только они. Французы – избранный народ, потому что они создали Европу: основой европейского социального бытия стал Гражданский кодекс Наполеона. Плюс к этому – великая французская живопись, великая французская литература, великая французская музыка и театр. Немцы избраны, поскольку они принадлежат к арийской сверхрасе (в подсознании у немцев это сохраняется до сих пор), вообще – этническим субстратом Европы явились в основном германские племена. Опять-таки – великая немецкая философия, великая немецкая музыка, великая немецкая литература. Американцы – избранная нация, потому что они построили «град на холме», общество, где реализованы истинные заповеди божьи, что является безусловным примером для всего остального мира.
И, наконец, миф о враждебном окружении утверждает, что всегда наличествует угроза существованию данного сообщества. Эта угроза может быть чётко определена: фашизм, коммунизм, капиталистический мир, исламские террористы, но она может присутствовать и в неявном, неосознанном виде – просто как вызов будущего, который ещё нуждается в категориальной рефлексии. Причём здесь следует подчеркнуть, что угроза, встающая перед нацией, не есть чистая выдумка идеологов, политиков или пропагандистов. Угроза нации действительно существует всегда – хотя бы как конкуренция со стороны других сильных наций. Тем более это относится к вызовам будущего, которые возникают спонтанно и независимо от какой-либо идеологии.
Этническая лихорадка
Актуализация мифов приводит к этническому нарциссизму. Нация начинает явно преувеличивать свои позитивные качества, зачастую переводя их в очевидный гротеск, который тем не менее воспринимается ею как нечто вполне естественное.
Конечно, высокая этническая температура имеет некоторые положительные характеристики. В частности, она приводит к сплавлению нации в единое целое. Однако и негативные её качества также вполне очевидны. Например, этническая сепарация – территориальное обособление современных российских народов.
В составе России уже сейчас наличествует ряд республик, где русское население является меньшинством. Пока эта ситуация имеет мягкий характер. Плата за независимость оказывается чересчур велика. Однако в случае ухудшения экономического положения, что всегда приводит к обострению национальных проблем, мы можем получить «огненный пояс» сепаратизма – от Северо-Запада (Союз карельских народов), через Кавказ, Среднюю Азию – вплоть до Тихого океана. Причём нет никаких сомнений, что Запад поддержит, скажем, великий якутский народ в его борьбе за свободу и демократию.
И тогда может исполниться мечта патриотов: Россия действительно превратится в чисто русское государство.
Нас мало, нас, может быть, трое…
Напомним общеизвестные вещи. Глобальная экономика, то есть образование единого мирового экономического пространства, выдвигает по отношению к национальному государству только одно, но непременное требование: доступность ресурсов.
Все ресурсы, какие государство имеет, должны быть выложены для общего пользования.
Перед Россией, которая обладает громадными сырьевыми запасами, проблема принудительной интернационализации их стоит очень остро.
Тем более что в сознании мирового сообщества этот вопрос уже целенаправленно отрабатывается.
Вспомним, например, тезис Маргарет Тэтчер, согласно которому численность населения СССР не должна превышать 50 миллионов человек – столько рабочих необходимо для обслуживания сырьевых отраслей. Или тезис Бжезинского о «свободно конфедеративной России, состоящей из Европейской России, Сибирской республики и Дальневосточной республики». Или высказывание, приписываемое Мадлен Олбрайт: «Сибирь – слишком большая территория, чтобы принадлежать одному государству». Или осторожные замечания о необходимости интернационализировать Северный морской путь (от Мурманска до Камчатки), поскольку Россия самостоятельно освоить его не может, а эти коммуникации чрезвычайно важны для мировой экономики.
России практически нечего противопоставить этим тенденциям.
Помимо слабой экономики, составляющей менее 3 процентов от мировой, и помимо низкой коммуникативной связности, которая отделяет Дальний Восток и Сибирь от европейской части страны, в России продолжается настоящая демографическая катастрофа. Сейчас количество россиян составляет 142 миллиона человек. Это критически мало для страны, обладающей самой большой территорией в мире. Причём распределено население крайне асимметрично: почти 80 процентов его сосредоточено в европейской части страны, а то, что находится за Уралом, представляет собой демографическую пустыню.
Между тем Россия окружена демографическими гигантами, имеющими в отношении неё свои политические и экономические интересы. Прошли те времена, когда Прокопий Кесарийский писал о «бесчисленных племенах антов». Ныне уже не грозные полчища скифов нависают над цивилизованным миром, а, напротив, «цивилизованный мир» посматривает в сторону опустевающих российских земель.
Причём, несмотря на звон официозных фанфар, положение здесь вряд ли изменится к лучшему.
По прогнозам ООН, к 2025 г. население России может сократиться до 120 миллионов человек. В геополитическом измерении это означает, что Россия окажется не в состоянии удерживать свои обширные территории.
Как спасти Россию?
Итак, в России сейчас формируется не российское, а русское государство. Консолидируется не нация россиян, а русский этнос, жаждущий самостоятельного государственного бытия.
Русское повсюду вытесняет российское. Русскость становится доминантой в сознании народного большинства.
Причём высокая этническая температура, сопровождающая данный процесс, имеет следствием этническую изоляцию – сжатие обширной национальности до небольшого этнического ядра. Это понятно. Чем выше критерий этничности, тем меньше людей, которые ему соответствуют.
Русские перестают быть универсальной нацией, способной к гармоничному расширению за счёт других этносов и культур. Они становятся нацией сугубо локальной, строго различающей «своих» и «чужих».
В России побеждает этнический патриотизм. Русскость – это уже не статус, как прежде, а биологический лейбл. Шансов на выживание в такой ситуации нет. Выбор здесь очевиден: либо русские – либо Россия.
И, наверное, единственная возможность сохранить и то, и другое – это преодолеть убийственную этничность.
Вырваться из «биологического патриотизма». Вновь стать нацией, а не этносом. Обрести ту метафизическую «вселенскость», которую мы потеряли.
Код для вставки в блог или livejournal.com:
| КОД ССЫЛКИ: |
