Жан МИНДУБАЕВ, УЛЬЯНОВСК–КАЗАНЬ
Вот уже не первый месяц спорю с ульяновским писателем Николаем Полотнянко. Автор многих исторических романов, лауреат российской Гончаровской премии и просто умный человек весьма недоволен существующими ныне в России порядками.
– Ну куда мы катимся?! Богатства – в руках кучки проходимцев. Образование разложилось. Медицина – просто ужас. Суды продажные, полиция служит не народу, а правителям. Сколько можно это терпеть? Народ восстанет, вот увидишь!
Я же, в своё время твёрдо усвоивший постулаты марксизма-ленинизма, писателю яростно возражаю: не будет в России никакого революционного взрыва, ибо… Тут я опираюсь на всем известную формулу о «низах», которые не хотят терпеть привычную жизнь, и о «верхах», которые управлять по-старому уже не могут.
– У нас же пока, – уверяю я писателя, – и низы, и верхи вполне терпимо сосуществуют… Ну с некоторыми шероховатостями – скажу так.
Однако позиции мои сильно поколебались в тот день, когда после московских «демонстраций» и «гуляний» в трубке раздался торжествующий голос моего оппонента:
– Ну кто из нас прав?! Видишь, народ поднимается! И ещё кое-кого на вилы возьмут!
Тут я, неприятель всяких «вил» (кроме столовых вилок), а также знаменитых российских «дубинушек», «красных петухов» и прочего революционного арсенала, приутих… А ведь и вправду (чем чёрт не шутит!) пойдёт и пойдёт по всей Руси-матушке эта оранжевая московская волна? И начнёт всё сметать на своём пути? Сразу Александр Сергеевич вспомнился со своими пророческими словами о русском бунте, «бессмысленном и беспощадном»…
И стал я внимательно присматриваться к тому, что происходит в российской провинции.
В окрестностях славного города Ульяновска, Саранске, Казани, Саратове и даже в буйноватой Самаре – везде было тихо. Никто не пытался устраивать телешоу на подобие «ОккупайАбая»; скромные провинциальные интеллигенты не выходили на многозначительные «контрольные прогулки»; рабочие ни одного из наиболее значимых поволжских заводов не собирались ехать в Москву ни защищать демократию, ни поддерживать власть. Получалось, что московская оппозиционная волна как-то сама собой затихала в пределах Московской кольцевой автодороги…
А что конкретно происходило, в частности, в Ульяновской области, известной в отечественных пространствах не только как родина великого революционера В.И. Ленина, но ещё совсем недавно как одна из самых «красных губерний России»?
Тут, естественно, некое брожение наблюдается. Во-первых, в колоннах московского «Марша миллионов» была замечена и делегация ульяновских энтузиастов. Во-вторых, именно в Ульяновске собрал товарищ Зюганов некий Всероссийский митинг протеста против создания базы НАТО в России. Никакой базы НАТО, конечно, в Ульяновске не будет – речь идёт о транзитной перевозке грузов альянса из Афганистана в Европу воздушным путём с перегрузкой на железную дорогу в Ульяновске. Но политический капитал надо же наживать…
На митинг, правда, прибыли только члены КПРФ из соседних поволжских областей, но шуму и треску было предостаточно.
На днях коммунисты снова вывели на главную площадь Ульяновска человек двадцать своих единомышленников. Они держали в руках несколько красных флагов и выкрикивали речовки, протестуя против всего: и перевалки грузов НАТО в местном аэропорту, и против нечестных выборов, и против тандема.
Эти наиболее заметные протестные телодвижения плавно трансформировались в Ульяновске в некую вялотекущую тусовку в виде скучающих мальчиков и девочек, которые в количестве до 10–15 штук сидят в скверике в центре города с картонным плакатом, на котором значится: «Бессрочная акция протеста против президента Путина». Полиция ходит рядом, посматривает. Диалоги происходят такие.
Подполковник полиции:
– Ну что вы здесь делаете?
– Сидим, отдыхаем…
– Шли бы домой, а?
– А вы для начала представьтесь! Корочки покажите!
– Какие вам корочки? Может, хлебные? Их у меня нет!
Такое вот «протестное настроение».
Закономерны два вопроса: что вызывает наиболее сильное неприятие местного населения и как реагирует власть на претензии в свой адрес?
Наиболее сильную неприязнь ульяновцев вызывают те действия местных властей, которые порождают конкретные каждодневные неудобства. Вот красноречивая ситуация. Год назад городские власти потратили сотни миллионов рублей на ремонт и реконструкцию дорожной сети Ульяновска. И не прошло и года, как эти «новодельные» трассы покрылись бесконечными колдобинами и выбоинами. Народ буквально кричит: «Власть! Назови бракоделов, заставь их переделать халтуру! Отдай под суд казнокрадов!»
В ответ – бесконечные заявления, всплески аппаратных страшилок, ленивый «реагаж». Вывод, который делает население: все спелись, своих не выдадут, всё так и будет.
Для таких суждений есть основания. Да, в местных апартаментах власти так же, как и в Москве, заметны некие перерокировки. Но тусуются опять-таки почти одни и те же персоны! Вспоминают старых служак, берут их назад. Короче, тасуют всё ту же колоду, как и в Кремле.
Смехотворным выглядел, скажем, конкурс на выбор сити-менеджера Ульяновска. На финишную прямую вышли военный пенсионер, пообещавший переловить за месяц всех бездомных собак, и… старый проверенный кадр из руководящей обоймы, много лет подвизавшийся на самых разных руководящих должностях…
Такой вот диалог власти и общества. Такое противостояние власти. Такая фантасмагория протеста.
Вот, пожалуй, и все главные отголоски московских возмущений в поволжской провинции. Таковы оттенки «пробуждения политической активности и сознания» после московских митингов и шествий.
Наиболее заметную часть протестующих составляет, естественно, интернет-сообщество блогеров и комментаторов. От их писанины может возникнуть впечатление, что народ поволжский прямо-таки «в смертный бой идти готов»… Однако это абсолютно не так. Народ провинции занят делами насущными: обихаживает грядки, обустраивает жилища, работает на двух, а то и на трёх работах. Он не тусуется на митингах не потому, что хорошо живёт. Нет, он просто не верит в перемены к лучшему.
Говоря точнее, он перетерпевает эпоху. Ибо помнит: были времена и хуже.
Код для вставки в блог или livejournal.com:
| КОД ССЫЛКИ: |
