В Соединённых Штатах Америки, несмотря на явную молодость – что значат в контексте истории какие-то 236 лет! – и прагматизм во всём, что касается деловых аспектов жизнеустройства, у населения есть какая-то особая, трепетная приверженность к почитанию традиций и следованию им где только возможно. Традиционно почитается Конституция, придуманная и прописанная отцами-основателями, поправки в которую допускаются только после долгих и тщательных дискуссий. Неизменными остаются национальные праздники, перевод часов на летнее и зимнее время, две ведущие политические партии. Традиционно соблюдаются день всенародных выборов руководителя страны, установленный аж в 1845 году (первый вторник после первого понедельник ноября), и сроки пребывания в Белом доме очередного американского президента. Традиционно обожают спортивные соревнования. Не будет особым преувеличением, если скажу: спорт американцы уважают больше всего на свете, поэтому любая политическая сенсация не идёт у них ни в какое сравнение с сенсацией спортивной. И если журналисты стремятся привлечь внимание сограждан к предвыборной президентской кампании, события комментируются как спортивные соревнования, сравниваются с поединками на боксёрском или борцовском ринге, на скачках или на Кубке Дэвиса и пересыпаются различными спортивными народными приметами, в которые простаки, даже из числа профессиональных журналистов и политиков, свято верят.
Примеры казусов нынешней президентской кампании можно приводить до бесконечности, но такой одуряюще-скучной и одновременно неумной, полной злобы, зависти и пакостного компромата предвыборной гонки, какую продемонстрировали изумлённой публике республиканские охотники порулить страной, даже политические комментаторы не припоминают. А самый главный претендент, обладатель благородной внешности, но минимальной харизмы, по степени занудства превзошёл всех остальных и умудрился утомить электорат настолько, что даже домохозяйки, обычно благосклонные к импозантным мужчинам, от него отворотили нос. Да и как не отворотишь, если главный мормон страны (в 80-е годы он даже был епископом) в предвыборном марафоне никак не мог решить: будет он директивно устанавливать тотальный контроль над их, женщин, телами (имеется в виду желание республиканцев запретить аборты) или погодит?..
Ещё во время предвыборной потасовки возникало ощущение, что несколько миллиардов долларов тратятся впустую, потому что результат, скорее всего, уже предопределён двумя фатальными ошибками республиканцев.
Первая. После инаугурации Барака Обамы лидеры партии продекларировали главную свою цель на следующие четыре года: сместить во что бы то ни стало избранного главу государства. Для этой высокой и жизненно необходимой для страны, находящейся в жесточайшем экономическом кризисе, цели они рекрутировали все свои лучшие силы. Палки ставились в колёса любого без разбора слова, начинания, предложения, инициативы, закона, если это исходило от президента…
Деструктивный настрой республиканцев откликнулся им в период праймериз: по инерции увлечённо топя друг друга, они занимались взаимной каннибализацией.
Демократы даже пальцем не успели пошевелить, а Митт Ромни уже в самом начале кампании был позиционирован как богач-однопроцентник (американское движение «Оккупируй всё и вся» потихоньку сошло с политической арены, а понятия «однопроцентники» и «99-процентники» прочно укоренились). В Америке любят цитировать поговорку: «Человек, который переубеждён против своей воли, всё ещё остаётся при своём мнении». Тем, кто числит себя представителями 99 процентов, многие американцы даже специальные надписи прикрепляют на свои авто: «Я – 99 %», даже в страшном сне не могло привидеться, что они вдруг возьмут и побегут за него голосовать. Ромни «прокатила» даже его вотчина – штат Массачусетс, где он трудился губернатором с 2003-го по 2007 год.
Впрочем, предвыборная интрига всё равно оставалась презанятной, поскольку уже с самого начала тонко разыгрывалась шахматная партия «схожесть противоположностей»: большому сегменту электората позиции, взгляды и пристрастия демократа Барака Обамы и республиканца Митта Ромни совсем не виделись разделёнными пропастью. Некоторые особо продвинутые политологи упирали на то, что между демократами и республиканцами Америки в принципе не так уж много разницы – обе партии более или менее центристские, спонсируются из одних и тех же источников одними и теми же корпорациями, имеющими примерно одни и те же интересы. А следовательно, к чему и копья ломать, ведь какой бы ни был избран президент, страна и дальше – в кризисы и в дни благоденствия – будет двигаться путём, намеченным отцами-основателями, и свято блюсти Конституцию, двести лет назад ими прописанную.
Как могло отразиться на жизни американских обывателей избрание Митта Ромни вместо Барака Обамы? По большому счёту – никак. Слишком много накопилось проблем, внутренних и внешних, чтобы какой-либо новоизбранный дядя смог прийти, вникнуть в проблемы и в течение короткого временного отрезка все их разом решить. Поэтому и результаты последних выборов таковы, как они есть: коней, как известно, на переправе менять нежелательно, и основная масса избирателей предпочла выбираться из кризиса с тем лидером, который уже более-менее опробован. Тем более что кое-какие робкие, но положительные тенденции наметились. Экономика медленно, но ползёт вверх, даже цифры по безработице несколько улучшились, хотя уровень жизни простого американца всё ещё снижается.
Ромни, пытавшийся заработать очки на обещаниях вернуться к состоянию холодной войны с Россией (а сам между тем скупающий акции Газпрома) и поставить в угол разгулявшийся Китай, жестоко просчитался. Сегодня американцев волнуют исключительно местные проблемы, и они ждут их реальных решений: чтобы привели в порядок экономику, дали людям нормальную работу, низкие налоги, доступное здравоохранение…
И, конечно же, все понимают разницу между обещаниями кандидата в президенты и реальными действиями самого президента, вынужденного руководить страной разумно. Если бы победил Ромни, нет сомнений – и его риторика, и его поступки уже наутро после избрания претерпели бы разительные изменения и уж точно бы лишились таких географических координат, как «Россия – наш геополитический противник № 1». Да, противник № 1 у США, безусловно, должен наличествовать, но камень по причине замшелости и несовременности мышления оратора брошен не в тот огород – сегодняшней России этот «почётный» статус не потянуть.
В 1932 году, в самый разгар Великой американской депрессии, Франклин Делано Рузвельт объявил своим избирателям: «Я даю слово вам, и я даю слово самому себе, что американский народ пойдёт новым курсом». Сам народ от подобного заявления пришёл в восторг: словосочетание «новый курс» вселяло надежду, а произносивший их человек виделся спасителем. И хотя сами по себе слова эти ровным счётом ничего не означали и были просто эффектным риторическим оборотом кандидата в президенты, написанным для него безымянным составителем его предвыборной речи, пресса это обещание подхватила и разнесла по городам и весям и обеспечила Рузвельту победу на выборах.
В 2008 году Барак Обама сыграл на той же струне и по примеру Рузвельта пообещал Америке новый крутой и желанный для многих поворот. Тогда он не сомневался, что сумеет в предлагаемый крутой поворот вписаться. Потом оказалось, что играть приходится на грани фола, что доверие народа катастрофически падает и так же катастрофически (как у Буша-младшего) падает рейтинг, а времени поднять его отчаянно не хватает.
Обещание «нового курса», которым Ромни, в свою очередь, принялся потчевать американский народ, видимо, было перебором.
Что ж, Бараку Обаме повезло: сравнительно легко удалось одолеть политического соперника, благополучно миновать все рифы и переизбраться на второй срок. Народный кредит доверия ему снова выдали. Теперь у него впереди, как и у всех его предшественников, «золотая пора» президентства. Не нужно думать о переизбрании, больше двух сроков всё равно в Белом доме не задержишься: время собирать камни, которые успел разбросать.
США
В США можно победить, получив меньше голосов
Американские выборы не прямые, действует система выборщиков. Когда основатели США разрабатывали такую систему, они хотели создать некую «буферную зону» между президентом и гражданами. Опасались появления во главе страны маргиналов и тиранов.
Так появилась коллегия выборщиков. Её представители выступали как единая группа и встречались только раз, сводя почти к нулю шансы, что ими смогут манипулировать. Предполагалось также, что больше прав получат небольшие и малонаселённые штаты.
Каждый штат США обладает определённым числом голосов выборщиков, которое рассчитывается на основе числа сенаторов и конгрессменов штата. Все выборщики должны отдавать голоса за того кандидата, который набрал у них в штате большинство, даже если это всего один голос.
Поэтому кандидаты в президенты стараются объехать максимум штатов, предпочитая крупные, где больше представителей в коллегию выборщиков.
Система уникальная и очевидно устаревшая. Её критикуют не только в самих США, но и специалисты по избирательным системам в Европе, отмечая, что несколько президентов США были выбраны меньшинством граждан.
Однако американцы с демократическими усовершенствованиями у себя не спешат, предпочитая учить демократии другие страны, причём всё чаще с помощью военной силы и организации революций.
Тосунян Ирина Подробнее об авторе