Однажды Шустряков возвращается из отпуска и сразу мчит в отдел к Байбакову.
– Алёша! – с порога. – У меня для тебя приятная новость!
– Ну-ка, рассказывай, – торопит Байбаков.
– Помнишь, однажды на вечеринке мы сопоставили свои генеалогические древа, и оказалось, что наши с тобой дальние предки родом из одного села?.. Так вот я, возвращаясь из отпуска, нарочно завернул в то село. И обнаружил, что мы с тобой не просто земляки, а даже родственники!
– Да что ты говоришь! – радостно воскликнул Байбаков. – Как же тебе удалось это обнаружить?
– В администрации сохранился архив. Я зарылся в него и напал на материал старинного судебного разбирательства – тяжбы двоюродных братьев. Егора по прозвищу Байбак и Степана по прозвищу Шустряк. От которых, сам понимаешь, позже и пошли фамилии Шустряков и Байбаков.
– И в чём же суть тяжбы?
– Мой предок Шустряк отправился на ярмарку продавать рожь. А поскольку был он и вправду шустрым, то твой предок Байбак попросил его заодно продать на ярмарке его, Байбака, лошадь. Шустряк согласился.
– Ну что же, и мы бы с тобой друг другу в такого рода услуге не отказали, – заметил Байбаков.
– Ага. Шустряк продал лошадь за десять мешков муки и привёз их Байбаку. Но через некоторое время Байбак повстречал нового хозяина своей лошади, и тот сказал ему, будто бы купил её не за десять мешков муки, а за пятнадцать.
– Почему «будто бы»? – спросил Байбаков. – Может, так оно и было.
– Да нет, не было! – горячо возразил Шустряков. – Новый хозяин хотел выгодно перепродать кому-то лошадь и набивал ей цену.
– Откуда это известно?
– Из показаний Шустряка на суде, куда на него подал Байбак.
– Да, но Шустряк – заинтересованное лицо. Его показания не должны приниматься на веру.
– Но у него был свидетель – базарный нищий.
– Нищего всегда можно подкупить.
– Интере-е-е-сно! – протянул Шустряков.– Но Байбак-то не представил ни одного доказательства в свою пользу!
– Потому что был порядочный человек и свидетелей не подкупал.
– Нет! Просто их не могло быть!
– Не знаю, не знаю. А что решил судья?
– Естественно, он отверг иск Байбака как несостоятельный.
– Так я и думал. Интересно, сколько мешков муки получил за это судья?
– Ну, знаешь,– возмутился Шустряков и, хлопнув дверью, ушёл в свой отдел.
Придя домой, Байбаков сказал жене:
– Если будет звонить или вдруг заявится Шустряк…
– Коленька, что ли?
– Не Коленька он тебе, а Шустряк. Так вот если он будет звонить или вдруг заявится, то передай ему, что я его знать не хочу. Пусть сначала вернёт пять мешков муки – разницу за лошадь.
Через неделю Шустряков привёз Байбакову пять мешков муки.
Байбаков обнял Шустрякова и растроганно сказал:
– Наша дружба проверена временем.
К весне мука у Байбакова отсырела и стала кишеть червяками. Но дружба осталась в целости и невредимости.
