Юлия Чернякова
Писатель, преподаватель английского. Родилась в 1968 году в Москве. Автор книги «Мои adventures. Куда приводят языки». Рассказы и очерки опубликованы в коллективных сборниках издательства «Четыре» (Санкт-Петербург). Удостоена наград «Читательское признание», «Слово современной классики».
Поездка до этого загадочного города прошла почти идеально. «Сапсан» с комфортом домчал меня за четыре часа, а слово «почти» относится к небольшому казусу в дороге, который с моей проверенной способностью приманивать странных людей даже нельзя назвать полноценным приключением. Но и обойти это происшествие вниманием я не могу.
Заняв место у окошка и уютно устроившись в просторном кресле скорого поезда, я мирно смотрела в свой телефон, ожидая отправления, когда на сиденье рядом со мной с размаху плюхнулся довольно крупный мужчина. Не скрою, у меня мгновенно возникла мысль, что он чем-то был мне подозрителен, но я сразу же её отмела. Ну и что, что не поздоровался и даже не посмотрел в мою сторону? И то, что сел так выразительно, тоже не критично. Все мы разные и в принципе имеем право поступать так, как хотим. Если мы при этом никому не вредим. А он и не вредил. Если только чуточку напрягал, но вреда в этом, безусловно, не было. Как и в том, что он наотрез отказался снимать куртку, несмотря на все уговоры любезной проводницы, которая предложила повесить его одежду в гардероб, а также размотать шарф, почти закрывавший его лицо. В конце концов, погодка не радовала, и человек мог банально замёрзнуть. Немного покрутившись в кресле и уткнув своё лицо в шарф и телефон одновременно, мужчина на секунду замер, а потом начал спешно шёпотом записывать голосовые сообщения примерно такого содержания: «Оль, привет. Они идут по следу, но живым я им не дамся…» «Витёк, салют. Я ещё жив, но не знаю, надолго ли…» Надо ли говорить, что на этом самом месте мне слегка поплохело? Совершенно не хотелось прямо из «Сапсана» отправиться в больницу или куда похуже, в случае если этот человек говорил серьёзно. А если несерьёзно, тоже хорошего мало. Раз ему такое мерещится, то выводы о его психологическом состоянии можно сделать совсем плачевные. И как обычно, мне безмерно повезло ехать рядом с таким субъектом до самого Петербурга.
Поезд отправился, и мужчина вроде бы угомонился. Он тихо сидел в кресле, замотавшись в шарф до самой макушки, а мне было как-то неспокойно. Поэтому я продолжала незаметно держать его в поле зрения. Кульминация наступила неожиданно, гораздо быстрее, чем я могла предположить. Милейшая проводница принесла нам меню и вежливо предложила выбрать рацион питания из обозначенных под номерами 1, 2, 3. Мужчина приподнял шарф, я на секунду увидела, каким стеклянным взглядом он уставился в меню. Потом он сухо и даже грубовато сказал девушке, что ничего не будет. Проводница, видимо, следуя правилам компании, повторно предложила выбрать что-нибудь из блюд или хотя бы напиток. И тут Остапа понесло. «Вы ведь хотите меня отравить?» – глядя в глаза остолбеневшей от такого неожиданного заявления девушке, замедленно, как будто бы пребывая в летаргическом сне, произнёс он. К счастью, у проводницы хватило ума, такта, подготовки или инстинкта самосохранения, чтобы не вступить с ним в ненужный спор. Она молча забрала меню и продолжила свой путь по вагону. Странный мужчина (я уже могу так сказать?) снова завернулся в шарф почти до самого затылка и затих. Я же постаралась убедить себя, что этот человек не опасен, хотя, говоря по правде, это стоило мне немалых усилий. Но когда на стоянке поезда в Твери он сорвался с места и резким движением сдёрнул свой чемодан с багажной полки, я всё-таки вздрогнула от неожиданности. А он, не разбирая дороги, задевая чемоданом проводниц и других пассажиров, буквально помчал по проходу и, вылетев из поезда, быстро побежал по платформе. К счастью, больше я его не видела. Тверь осталась позади, «Сапсан», набирая скорость, мчал в Санкт-Петербург, а я могла только гадать, был ли этот загадочный товарищ современным Штирлицем или, как водится, сбежавшим пациентом какой-нибудь местной клинической больницы. И я почему-то склоняюсь ко второй версии.
