Пятикнижие № 27

В этом романе, прежде не переводившемся на русский язык, мастер таинственности и детективной интриги Уилки Коллинз отступил от своего правила: все загадки разрешаются уже в завязке книги, и далее акцент делается на раскрытии характеров. А характеры и впрямь интересны. Благородная, сдержанная старшая сестра – и энергичная, порывистая младшая… кому из них суждено достичь счастья, ведь они идут к нему такими разными путями? Но самое главное – обе вынуждены начать восхождение к благополучию с катастрофического для молодых девиц провала, когда утрачено не только состояние, но и доброе имя. Коллинз, как всегда, назидателен – но не чрезмерно, увлекателен – но в рамках благопристойности. Есть в книге и судьбоносные совпадения, и обманутые надежды. Сёстры не знают, как распорядится ими судьба. Но читатели Коллинза да не усомнятся: после всех испытаний всё завершится к общему удовольствию, и оно станет наградой за перенесённые испытания.

Стихи нижегородца Владимира Безденежных часто можно встретить в журналах, антологиях и коллективных сборниках. А вот с выпуском отдельной книжки он не спешил. «Безденежных как бы стыдился, стеснялся «играть в поэта». А ведь в юности это так соблазнительно», – замечает в предисловии к книге другой нижегородский стихотворец Игорь Чурдалев. И с этим утверждением нельзя не согласиться. Есть авторы, которых силком не затащишь на модные площадки, не заставишь заниматься агрессивным самопиаром. Таков и Безденежных, ему чужда литературщина, и он далёк от литпроцесса:

Одной из отличительных его черт является искренность. Эта искренность во всём – в любви к родному городу («верхней части» Нижнего Новгорода), в переживаниях о близкой женщине, в жёстком разговоре с самим собой. И потому это настоящая поэзия.

Безмерно удивительная вещь получилась с карамзинской «Историей государства Российского»: эту книгу читали все – от светил государственного масштаба до бедных семинаристов. Такого в России не было никогда – вообще книг такого плана и размаха не было – а тут вышла, и сразу в трёх тысячах экземпляров. А обычно «научное» выходило тиражом в пять раз меньшим (какая современная картина, не правда ли?). И тут же все бросились её читать, тираж разошёлся меньше чем за месяц, читательский голод, нехватка популярного исторического чтения у аудитории Карамзина была огромной. Здесь снова можно сравнить: ведь и в наши дни популярный писатель Акунин берётся за историю, и книга его продаётся хорошо. Вот только сможет ли её читатель написать то, что звучало в адрес книги Карамзина: «что-то родное, любезное. Кто может усомниться в чувстве патриотизма?» (Пушкин). Что же до книги Владимира Муравьёва, то ему удалось главное: о знаменитом историке он написал внятную, информативную и интересную историю, избрав в труде, как признаётся он сам, путь, каким хаживал и Николай Михайлович Карамзин.

В России начала XX века психоанализ был в немалом почёте. Стали появляться психоаналитические школы, лечебницы, журналы, сложилась своя оригинальная трактовка фрейдистских теорий, и неудивительно, что вскоре методология психоанализа проникла в литературоведение. Дмитрий Шукуров не только рассмат­ривает, каким образом она нашла воплощение в работах Шкловского, Шершеневича или Бахтина, но и занимается изучением (хотя и довольно общим) поэтики ошибки, оговорки, «преодолением автоматизма» (необходимость чего была провозглашена авангардистами). Фигуры матери и отца, символика рождения и смерти – всё это составляющие поэтики, в которых можно усмотреть связь с теориями Фрейда. Кроме того, книга (несколько в противоречии с темой, обозначенной в заглавии) затрагивает вопросы актуальности этих символов для современной массовой культуры и потому сопровождена соответствующим терминологическим глоссарием.

Эта изящная стилизация под староанглийскую легенду завораживает. Минимумом стилистических средств Марине Аромштам удалось создать картину Средневековья, где люди верят в колдунов и ведьм, где чтение – удел избранных, а публичные казни – развлечение горожан. Во мраке феодальной вольницы есть только один золотой град – разумно и праведно устроенный город Лондон. Так думает крестьянский мальчик Дик, у которого все родные умерли от чумы, а сестру погубил распутный барон. В Лондоне, думает он: все едят золотыми ложками и никогда не приходится мёрзнуть по ночам. Действительность оказывается совсем другой, чем мечталось Дику и его сестре… Но мало хотеть в Лондон и мало в него попасть – нужно быть энергичным, трудолюбивым и суметь показать себя. И не стоит проводить слишком прямые аллюзии с провинциалом в Москве (хотя они и напрашиваются). Всё-таки это книга о судьбе, удаче и стремлении к луч­шему будущему.