ПРОЗА
Русский полицейский рассказ / Сост. Дмитрий Кудрявцев, Роберт Очкур. – М.: АСТ, 2011. – 377 с. – 3000 экз.
«Книга издана в поддержку полицейской реформы России», – уверяют нас составители. На самом деле всё сложнее: в сборнике представлено преимущественно то время, когда городовые и приставы были лицами страдательными, когда им не только приходилось бороться с уголовниками, но и «политические», «красные товарищи» вели против них войну на истребление – и, надо сказать, общество мало сочувствовало хранителям порядка. Может быть, в этом причина, почему сюжетами из полицейской жизни почти не интересовались крупные писатели, и многие рассказы из сборника – это сентиментальные (иногда и сусальные), нехитро составленные вещи. С точки зрения художественной это почти что поделки. Но только они дают представление о целом пласте общественных взаимоотношений, где сошлись ненависть, анархия – и служение, консерватизм, традиция. Много внимания уделено взяточничеству полицейских чинов: оно тем наглее и безнаказаннее, чем сытее и выше положение взяточника.
ПОЭЗИЯ
Собрание сочинений. Стихотворения 2011 года: Антология современной поэзии Санкт-Петербурга. – СПб.: Лимбус Пресс, 2012. – 272 с. – 400 экз.
Русский поэтический язык осваивает новую реальность – виртуальную. Душа рвётся из «файла бренной оболочки», а «на сайте неба виден блог». Приживутся ли такие иносказания, причинят ли томление в сердцах? Бог весть. Познаётся ещё и другая реальность – иноземная. Гоголь жил в Италии, Тютчев – в Германии, а писали они о России. Теперь можно жить в Нью-Йорке, писать о Нью-Йорке, да ещё и с богатыми вкраплениями английских фраз, но считаться поэтом Санкт-Петербурга. Так ведь оно потому, что школу никуда не денешь. Стихи, пусть и про чикагского негра-бейсболиста, могут быть всё же неплохи, когда воспитаны не бейсболом, а русской классикой. Петербургская антология полна экспериментальной поэзии. Интересно прощупать границы, за которыми умирает творчество, начинается креатив. Лучшие стихи сборника – а такие в нём есть – написаны, как ни странно, о Петербурге-Ленинграде, и нет в них ничего особенно нового, кроме того, что это хорошие стихи.
ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИЕ
Калиф из Багдада. О. Генри и его новелла. – М.: Центр книги «Рудомино», 2012. – 256 с. – 1000 экз.
В этом году исполнится 150 лет со дня рождения Уильяма Портера, которого большинство читателей знает под именем О. Генри. В небольшой книге Ирины Левидовой удачно соединены биография писателя и исследование его творческого метода – такое совмещение тем интереснее, что отношения между О. Генри и Уильямом Портером были весьма непростыми. Респектабельный писатель, остроумный и лёгкий в общении, которого за склонность к мистификациям (а также и за безрассудную щедрость) сравнивали с багдадским калифом, он испытывал сильное душевное стеснение и горечь, задумываясь о своей человеческой натуре. Почувствовав силу своего дарования в жестокой атмосфере американской тюрьмы, он вплоть до самой смерти (а оставалось О. Генри-писателю всего двенадцать лет) о тюрьме не писал. Не было у него и героев, в прошлом осуждённых безвинно, и в этом тоже проявлялся своеобразный реализм О. Генри, прятавшийся за сентиментальной улыбкой, язвительным смехом, иронической отстранённостью.
БИОГРАФИЯ
Языковеды, востоковеды, историки. – М.: Языки славянских культур, 2012. – 376 с. – 800 экз.
О гонениях на писателей за творческие идеи сказано много и очень много. Значительно меньше уделено внимания гонениям на учёных за верифицируемые факты. Книга Владимира Алпатова – трагическая и в основной части рассказывает о том периоде в русской лингвистике, когда факт мог быть объявлен несуществующим, если имел корни или связи в «буржуазной науке». Когда блестящий исследователь-славист Дурново мог быть назван «русским фашистом», а уникальный востоковед Николай Невский (которого японцы и поныне почитают одним из основателей своей лингвистики) – «японским шпионом». Затем следовали расстрел и пропажа большой части бесценного неизданного архива. Потом – реабилитация, которая уже ничего не могла изменить, разве что снимала запрет на имя. Алпатов пишет не только об этом. Из его статей, продолжающих друг друга, пересекающихся, вырастает образ научной среды крайне трудного времени, с высоким интеллектуальным противостоянием, низкими подковёрными интригами и небывалыми прежде достижениями.
ДЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА
Маленькая торговка спичками из Кабула. – М.: КомпасГид, 2011. – 176 с. – 3000 экз.
Диана Мохаммади живёт в доме, где электричество бывает раз в неделю, а отопления нет вовсе. Каждый день она встаёт в пять утра, после школы сначала работает по дому, а потом, чтобы прокормиться, торгует на улице спичками, боясь осуждения, если её застанут за этим занятием. Когда Диана едет в такси к врачу со своим больным братиком, она снова тревожится, потому что знает: девочка, которая решилась на это, «никак не может быть порядочной». Такова жизнь современного Кабула, где прошлое мучительно, будущее неясно, а настоящее затянуто сонной тревожной паутиной. Эта девочка, умная и стойкая, почти наверняка обречена на судьбу, которой она не желает. Она нежно любит свою религию – ислам – и горько любит свою страну – Афганистан. Талибы жестоки к таким, как она, мирным афганцам, но и борющимся с талибами людям Запада афганцы не нужны. Диана не любит политику, но не может не думать о том, что творится вокруг. И книга о её жизни будет интересна детям, которые готовы думать и взрослеть.
Книги предоставлены магазинами «Библио-Глобус» и «Фаланстер»