. Я жил в те дни…: Биографические этюды о Борисе Пастернаке. – М.: Звезда и Крест, 2012. – 162 с. – 400 экз.
О Пастернаке написано весьма немало, но о Пастернаке тридцатых-сороковых-пятидесятых годов известно всё же значительно больше, чем о юности поэта, которая пришлась на тяжкое время перемен: волнения 1905 года, Первая мировая война, две
революции. Предлагаемые «этюды» дополняют представление о взрослении будущего знаменитого писателя: его школьных годах и учителях, причастности к общественным выступлениям, первом знакомстве с Петербургом и Европой. Особо рассказывается о 1917–1918 гг., – том времени, впечатления которого окажут огромное влияние и на пастернаковскую лирику, и на «Доктора Живаго». В небольшой по объёму книге собраны интересные свидетельства людей, знавших семью Пастернаков; довольно подробно рассказано об их тогдашних занятиях и связях. Книгу можно рекомендовать не только широкой публике, но и, конкретнее, учителям, которые желают познакомить учеников с юношескими годами Бориса Пастернака.
. Педагогическая непоэма. – М.: Время, 2012. – 320 с. –1500 экз.
Лев Айзерман начал преподавать литературу в школе ещё при жизни Сталина, а теперь он, заслуженный учитель, работает с детьми, которые родились уже после развала СССР. Столь продолжительный труд сам по себе вызывает уважение, а читая книгу, испытываешь потрясение от того, что это совершенно не закосневший человек, который по-прежнему искренне живёт русской литературой; проводник тонких духовных материй, пробуждающий добрые чувства, когда казёнщина, захлестнувшая российскую школу, требует переформатировать творение духа в пластмассовый набор знаний. Конечно, мы понимали, что литература в школе переживает кризис. Но мало кто представлял глубину причин и бездну явлений, из которых он складывается. Когда человек, положивший целую большую жизнь на важное большое дело, всерьёз сомневается в том, что у этого дела есть будущее, – не прислушаться к нему было бы кощунством. Мы должны прислушаться: ведь это не только про власть, которая непрофессиональна, не только про нынешних детей, которые «другие», – это и непоэма про нас самих.
. Стихи и проза. – М.: ОГИ, 2012. – 328 с. – 1000 экз.
Это самое полное собрание сочинений нобелевского лауреата, шведского поэта Тумаса Транстрёмера. Рекомендовать его читателям, которые не любят верлибр, практически невозможно. Если же ритм и рифма – не то, что читатель непременно ищет в поэзии, то Транстрёмер окунёт его в водоворот образов, который иногда не имеет даже сколько-нибудь внятного смысла, но всегда имеет настроение, всегда ярок и кинематографичен. Поэт черпает образы отовсюду – из новостей, из живой и неживой природы, из мифологии и средневековой истории, из Гоголя, из Гёте, из Гайдна… Кажется, что река впечатлений течёт даже помимо Транстрёмера, но едва вы об этом подумаете, как он сам напишет: «Замечательно чувствовать, как моё стихотворение растёт, / в то время как я уменьшаюсь. / Оно растёт, занимая моё место. / Вытесняет меня. / Выталкивает из гнезда. / Стихотворение готово». Так непроизвольность, возведённая в творческий метод, становится характерной и узнаваемой чертой поэтики.
.Жизнь Иринина. – М.: Голос-Пресс, 2011. – 189 с. – 500 экз.
Передать жизнь такой, какой видят и воспринимают её люди, – основная задача Дмитрия Никитина. Жизнь не «картонную» и односложную, но подлинную и подчас противоречивую. «Я бы хотел понять, что произошло. Я теряю остатки себя», – говорит один из героев прозы Никитина. В этих словах – не просто поиск внешних ориентиров происходящего, но и желание понять истину, которая всё время незримо присутствует где-то рядом. И Иринин, и Мясничий (персонажи романов «Жизнь Иринина» и «Кукольный театр») живут в своём собственном мире, покидать который им совершенно не хочется – ведь там, «по ту сторону», ждёт соприкосновение с реальной жизнью, которого они могут не вынести… Множество тонких линий, из которых состоит жизнь любого человека, у Дмитрия Никитина обретают форму зримых и существенных, становятся словно действующими лицами. В них нетрудно запутаться, что и происходит с героями, которые, потеряв себя, не могут до конца оторваться от жизни – слишком уж крепко они с ней связаны.
Родная старина. Очерки истории Южного Урала. – Челябинск: Издательство Игоря Розина, 2011. – 216 с. – 1000 экз.
История России совершается не только в Москве и Петербурге, и прекрасно, когда находится вдохновенный знаток родного края, умеющий о нём рассказать. Перед нами Южный Урал: недра, изобилующие самородками, многоцветными яшмами, полезными рудами; их освоение, без которого не было бы России как мощного государства. Истории русских устроителей Урала и Оренбуржья, татарских «золотых королей», башкирских воинов и французских офицеров, осевших здесь после Отечественной войны 1812 года.
Уникальные ремёсла, прославившие Россию. Наши дети могут ими гордиться, но часто ничего о них не слышали. Книга краеведа и журналиста Михаила Фонотова предназначена для среднего и старшего школьного возраста, но будет интересна и взрослым. Написана она неровно: яркие исторические сюжеты перемежаются непростыми для усвоения географическими подробностями. Великолепные, почти сюрреалистически эффектные фотографии довершают образ края, о котором мы знаем куда меньше, чем он заслуживает.
Книги предоставлены магазинами «Фаланстер» и «Библио-Глобус»
