Таким образом страна борется с коммунистическим прошлым. Правда, действует она как карикатурный помполит – помощник командира по политической части, у которого нет сердца, а вместо мозгов – идеология. В данном случае – идеология русофобии… Как отвечать на это России?
Наша любовь к Польше – тема для отдельного исследования. Разбираться в ней гораздо интереснее, чем изучать природу ненависти поляков к России. Может быть, потому, что русская привязанность к польскому миру парадоксальна, романтична, наполнена метафизикой. Исторический исток этой любви определить трудно. Но если есть архаические страхи, то обязательно должны существовать и архаические чувства противоположного рода. Конечно, всё началось задолго до полонеза сенатора Российской империи Огинского. А в советские времена польскофилия приобрела тотальный характер. Эва Шикульска, Барбара Брыльска, Беата Тышкевич вдохновляли наших кинорежиссёров. Пола Ракса фигурировала в сновидениях юных зрителей сериала «Четыре танкиста и собака». Московский магазин «Ванда», «Пепел и алмаз» Анжея Вайды, телевизионный «Кабачок 13 стульев», улыбка Даниэля Ольбрыхского, чёлка Марыли Родович. Как резонируют, какие прекрасные воспоминания рождают эти звуки! Тогда у нас и мысли не возникало напомнить, что Польша – юридически, этнически, культурно – существует исключительно благодаря нашим предкам-красноармейцам, участникам Висло-Одерской операции. Да и сейчас как-то неловко звенеть дедовскими медалями, приводить статистику – 600 тыс. безвозвратных потерь при освобождении Польши. Неловко ещё и потому, что далеко не все поляки поражены вирусом беспамятства. Многим стыдно и горько. Именно им «ЛГ» даёт возможность высказаться на своих страницах.