Надежда Третьякова
Поэт. Окончила Воронежский государственный университет. Участница областного совещания молодых литераторов в Воронеже (2018), Межрегионального совещания молодых литераторов в Воронеже (2019). Произведения публиковались в журнале «Подъём», альманахах «День поэзии ВГУ», «Веретено». Автор поэтических сборников «Птицей синею», «Сначала».
________________________________________________________________________________
* * *
Вечно молодым, вечно пьяным...
У Шелли сегодня в последний раз
Заклинили тормоза.
Бар наполняется. Пробил час,
От дыма болят глаза.
Эти глаза – что горчичный мёд…
А в голове сквозняк.
И Шелли танцует, она поёт
И пьёт дорогой коньяк.
У бармена стойка натёрта, как ствол
Начищенного ружья.
И падает Шелли за пьяный стол.
И вермут берёт в мужья.
Нынче сочится густой тоской
Распахнутая душа.
И пьёт с еле трезвой «Вдовой Клико»
Шелли на брудершафт.
И там, где в раздрайвленном кураже
Пора бы замедлить шаг,
Шелли срывается на вираже
И не тормозит никак…
Бармен хорош! – молчаливый врач
Душ, отыскавших дно.
И Шелли пирует, несётся вскачь,
Наполнив бокал вином...
Под утро слетает с души труха…
Ставши совсем больной,
Не утопив своего греха,
Шелли бредёт домой,
Где без причины на то убит
На исцеленье шанс.
Зеркало морщится и рябит,
Но это в последний раз.
Шелли молчит…
Распахнув окно,
Шагает в рассвет звездой,
Числясь навечно ушедшей, но
Пьяной
и
Молодой...
* * *
1
Неоспоримы прошлого устои,
Стой и смотри, полураскрывши рот,
Как наша жизнь становится водою
И как вода незыблемо течёт.
Из наших снов сплетаются картины,
Из наших слов построены мосты.
И мы по ним так непоколебимо
Проходим от черты и до черты.
А за чертой – невиданные дали,
Не охватить ни взором, ни рукой.
Мы эту даль когда-то прострадали,
Смотря, как жизнь становится рекой.
И как река уносит наши тайны.
И как однажды, на исходе лет,
Мы по мосту придём сюда случайно.
Стой и смотри…
Воды тут больше
нет.
2
Стой и смотри, тут неба острый край,
И поднимайся, и запоминай,
О чём изнанка древнего холста,
О чём скрипят небесные врата.
О том, что жизнь – не сказка, но скрижаль,
О ком тужил, кого изображал,
Кого избрал на свой последний час,
Кого просил молиться не о нас.
И кто молился сам не о тебе,
Держа ладонь раскрытой на кресте,
Покуда проповедь не кончится, молчал.
Замки твои под стать его ключам.
Сменялись песни, реки, города,
Смеялись дети тихо сквозь года,
А ты всё шёл по глади, по воде.
Искал себя.
И не нашёл
нигде.
* * *
К полувеку полувек
Прирастёт, что проще!
Полулёд и полуснег
На реке за рощей.
Полуправду, полусны –
Всё размоют реки,
Полные ладони тьмы
В нашем странном веке.
Полуголая звезда
Под веслом усталым.
Мне вода сказала: «Да»,
И меня не стало.
* * *
Так пахнут липы! Детством безвозвратным...
Во мне листва шумит, не умолкает.
Всё кажется, как день, простым, понятным,
И папа меня к солнцу поднимает.
Взметнутся косы, пыльные сандалии
Дугу прочертят в воздухе отважно.
У папы руки сильные, из стали!
Я с высоты смотрю, и мне не страшно!
Земля и небо золотом облиты.
И что-то странно ухает под сердцем.
И голову дурманом кружат липы,
И пахнут детством.
* * *
«Рождённый ползать летать не может»,
А я на крылья твои смотрю.
Всё жду: когда же он крылья сложит...
Я за тобою всю жизнь парю.
Твоим полётом живу в смиренье,
А ты не знаешь, что за тобой
Неуловимой скольжу я тенью,
Рождённый ползать хранитель твой...