Выставка под названием «Архитектор А.В. Сивков. Реконструкция залов Эрмитажа. 1920–1950-е годы» открылась в залах этого крупнейшего музея страны. Она приурочена к 100-летию присоединения Зимнего дворца к Эрмитажу и рассказывает о том, как в советские годы Зимний был перестроен под музейные нужды. Экспозиция поможет узнать об истории формирования архитектурно-музейного комплекса Эрмитажа в 1920–1950-е годы, о реставрации зданий бывшей императорской резиденции после Октябрьской революции, о восстановлении Эрмитажа после Великой Отечественной войны, а также о дальнейшем становлении и развитии музея. На ней представлено более 300 уникальных экспонатов: фотографии, документальные свидетельства, чертежи, акварели и рисунки, архитектурные детали и технические предметы. Около 200 из них показываются впервые.
Отдельные разделы уникальной выставки посвящены жизни и творчеству главного архитектора Эрмитажа Александра Сивкова. Именно под его руководством различные по назначению помещения Зимнего дворца и комплекса зданий, прилегающих к нему, стали единым музейным пространством. Удобные маршруты и переходы, созданные в результате реконструкции, позволяют посетителям и сегодня знакомиться с грандиозной коллекцией музея. В результате работ, проведённых зодчим, музей получил 257 новых выставочных залов в Зимнем дворце. Общая площадь его помещений, входящих в комплекс Государственного Эрмитажа, с 1917 по 1957 год увеличилась почти в 5 раз.
Как известно, до революции к музею относились Малый и Большой (Старый) Эрмитажи, а также Новый Эрмитаж. Огромный Зимний дворец выполнял функцию императорской резиденции, в нём жили цари. Как писал Владимир Маяковский: «Царям дворец построил Растрелли. Цари рождались, жили, старели». Старел и сам Зимний – его постоянно перестраивали, и музею его передали только 17 января 1923-го.
Спустя два года главным архитектором назначили 35-летнего Александра Сивкова, перед которым была поставлена непростая задача: связать между собой все здания, приспособив для музея ещё и Зимний дворец. Сложность дела состояла в том, что при царях здесь жили 3–4 тысячи человек, они обслуживали императорскую семью и содержали в порядке огромное здание. Для них помещения Зимнего застроили каморками – антресоли перегородили исходные растреллиевские коридоры и даже залы.
– Если бы Сивков не сделал реконструкцию Зимнего дворца так, как он её сделал, Зимний дворец не был бы музеем: где-то должны были ходить люди, экскурсии нужно было водить, – так оценивает вклад архитектора куратор выставки Светлана Янченко, ведущий научный сотрудник Сектора научных исследований истории и реставрации памятников архитектуры Архитектурной службы Эрмитажа. – Он создал музей, разобрав всё лишнее.
Пожалуй, самое интересное на выставке – уникальные фотографии. На них можно увидеть различные подсобные помещения Зимнего дворца, в итоге канувшие в Лету, а также узнать, как шла реконструкция. Из крупных залов серьёзным преобразованиям подвергся Белый: он также был перекрыт антресолью, которую разобрали. Сивков восстановил облик вестибюля растреллиевского «Оперного дома», находившегося в этой части здания. Согласно материалам с сайта Эрмитажа, «Оперный дом» функционировал в юго-западном ризалите Зимнего дворца с 1763 года, балеты и оперы шли там до 1783 года. В остальном же работы коснулись служебных помещений – были ликвидированы фрейлинские комнаты. Сохранились только фотографии, и по ним, допустим, можно узнать, что у фрейлин были гимнастическая зала и отдельные бани. Сивков также убрал Кислородную комнату, оборудованную для страдавшего астмой Александра II, и бассейны Николая II и Александры Фёдоровны. Их тоже можно увидеть на фотографиях. Саму кислородную камеру в 1929 году разобрали и передали в институт Лесгафта. В помещении царского бассейна сейчас библиотека Русского отдела. В помещении бассейна Александры Федоровны — хранение фарфора.
Реконструкции помешала война. Во время блокады пострадали все здания Эрмитажа. В них попали 30 артиллерийских снарядов и 2 авиабомбы. Здание Зимнего дворца, по словам сотрудников музея, спасли крепкие стены. Больший урон был нанесён дворцовым интерьерам от сырости, протечек и холода. Александр Сивков руководил процессом восстановления музея. Общий объём работ сам архитектор описывал так: «Площадь всех музейных помещений составляет 104 тысячи квадратных метров… объём – около миллиона квадратных метров… что… применительно к жилым домам составило бы два средней величины квартала, на которых расположено до пятидесяти шестиэтажных домов».
Для полного восстановления Эрмитажа после войны потребовалось около 10 лет. Любопытно, что в бытность Сивкова архитектором, Зимний несколько раз менял свой цвет. Первая послереволюционная окраска его фасадов была произведена осенью 1927 года. К 10-й годовщине Октября терракотово-охристая тональность сменилась на серо-зелёную с белыми колоннами. В 1930–1931 годах здание перекрашивают в коричнево-серую гамму, а к 1934 году – в оранжевую. С началом войны фасады дворца в целях маскировки покрыли обратимой клеевой краской серого цвета. Только в 1945–1947 годах он приобрёл современный вид: стены изумрудного цвета; колонны, карнизы и обрамление окон – белого; а лепной декор, капители и картуши – оттенка охры.
Есть историки и искусствоведы, недовольные перепланировкой Зимнего дворца. Ведь в её ходе пострадали личные покои императоров, сохранились лишь немногие помещения. От оформления других комнат остались только паркетные полы, лепные с живописными элементами потолки и «альковные» колонны в бывших спальнях. Покои, в которых жили императоры, достались Эрмитажу в 1923 году уже разграбленными. Их содержимое было распродано или передано высокопоставленным совслужащим «для улучшения бытовых условий». В том числе и вещи из мемориальных кабинетов Николая I и Александра II. В ходе реконструкции содрали тканевую обивку и деревянные панели стен, демонтировали великолепные печи и камины. Судя по всему, крушили их грубо. Но зачем это было делать? Уничтожать одно произведение искусства во имя места для экспонирования другого? – спрашивают искусствоведы. Ответа на этот вопрос выставка в Эрмитаже не даёт. Как считают, эта тема ещё ждет полноценного исследования.
Конечно же, выставка рассказывает и о самом Александре Сивкове. Родился будущий архитектор в Ростове-на-Дону в семье бухгалтера и крестьянки. Окончил полный курс Петровского реального училища с отличным аттестатом, а затем переехал в Петербург, где обучался по специальности художника-архитектора в Высшем художественном училище при Императорской Академии художеств. После его окончания работал как художник-декоратор, занимался реставрацией памятников архитектуры, в том числе Летнего дворца Петра I. В 1925 году следует назначение на должность главного архитектора Эрмитажа. В 1942–1944 гг. Сивков был командирован в ереванскую Академию наук, где исследовал архитектурные памятники Урарту и Древней Армении. В Ленинграде, помимо работы в Эрмитаже, он построил фабрику игрушек на Московском проспекте и жилой дом Главсевморпути – Дом полярников на улице Восстания.
По воспоминаниям современников, Сивков был человеком верующим, старался держаться вне политики, в партию вступил только в возрасте 57 лет. Однако, как и многие в те бурные годы, всё же пострадал от доносов. Его неожиданно обвинили в финансово-сметных нарушениях. Как предполагают, на преданного Эрмитажу архитектора «списали» сворованное ещё до него. В результате в 1950-м Сивкова уволили, исключили из партии. Но Александр Владимирович не опустил рук, устроился в реставрационные мастерские. И, работая там, даже подготовил в 1951 году проект реконструкции Малого Эрмитажа – для того, чтобы там сделать входную зону и выставочный зал, что и было осуществлено в 2014 году.
В 1952 году состоялся суд, архитектору дали 12 лет. Сивков отбывал срок в колонии под Куйбышевом. И там тоже работал: сделал ремонт в бараке, облагородил территорию – разбил цветники, построил столовую. Выпущен по амнистии спустя два года – после смерти Сталина. По возвращении из колонии он был восстановлен на посту главного архитектора Эрмитажа. Скончался Александр Сивков в мае 1968 года, похоронен в Ленинграде на Северном кладбище. Памятник на могиле, на котором изображён Атлант у входа в музей, ему поставил Эрмитаж…
