«Рейтинговые агентства»… Что нам о них известно? Пожалуй, только то, что сами они эти кризисы порой и провоцируют. Весьма скромный по размерам сегмент экономики приобретает колоссальное влияние, каковым, есть мнение, нередко и злоупотребляет. Сначала агентства решают: может ли энная страна – и под какие проценты – занять для себя денег на фондовых рынках? Присваивают так называемый рейтинг, проще говоря – место в классификации. А потом отдают «команду на поражение» – понижая его. Кстати, слово rating – в одном из контекстов может значить «выговор, нагоняй».
Так было в случае с Грецией, когда за каких-то полтора года её рейтинг с высочайшего (ААА) понизили почти до нижайшего – D, уровня дефолта. Ситуация повторялась с Португалией и Италией.
По-своему это даже правильно. Иначе как дать понять инвесторам, чем они рискуют, вкладывая деньги, и что «рейтингуемые» – компания, орган, правительство – не заслуживают доверия, на которое претендуют? Но тут возникает вопрос: а как защититься от произвола агентств? И главным образом от «большой тройки» – S&P, Fitch и Moody’s? Ведь всё это частные американские организации, в основе деятельности которых – извлечение максимальной прибыли. Иными словами, обыкновенная корысть.
В последние годы американская тройка здорово нервировала европейцев. С одной стороны, она вроде бы указывала на проблемные места, предавая публичности хозяйственную недобросовестность в отдельных странах нового pax romana-germanica, а с другой – подогревала страсти. Многим даже казалось, действовала против Европы с её евро в интересах Америки.
Реакцией на чрезмерную американоцентричность господ оценщиков стала идея создания в Европе собственного «крутого» рейтингового агентства.
И европейцев можно понять: когда они придумали новый проект спасения Греции (что-то с привлечением частных кредиторов), Standard & Poor’s шлёпнула их по рукам – это уж точно приведёт к присвоению рейтинга D, и ваша Греция будет признана банкротом. Тем временем Moody’s ударила по рейтингу Португалии.
Даже не будучи финансовым аналитиком, можно с приличной долей вероятности предположить, что недавнее понижение кредитного рейтинга самой Америки агентством S&P было в чём-то и превентивным ходом. Или фигурой ублажения Старого Света. Смотрите, други-европейцы, мы тоже умеем быть объективными.
Впрочем, корпоративная попытка встать в принципиальную позу вышла им в итоге боком. Первому руководящему лицу компании, как известно, под давлением политических обстоятельств пришлось покинуть свой пост.
Из всей этой истории можно вынести урок и для нашей рыночной ситуации, а она не очень радостная.
До поры до времени, ещё не ступив на зыбкую почву ссудной экономики, мы и не знали ничего о рейтинговых агентствах. И вывоз капитала мы понимали в единственном смысле – как прямое производное от царящего в стране бардака, а не как бесстрастные колебания и скачки экономической конъюнктуры.
Но теперь, раз уж некуда деваться и надо как-то жить с этим вирусом в крови, возможно, стоит создать нечто подобное и в России? Ведь по какому-то необратимому закону всякий раз, когда у них случается кризис, больше всего достаётся нам. И наши фондовые индексы проседают вдвое ниже их отметок. Собственное эффективное рейтинговое агентство, казалось бы, – верное средство самозащиты.
И вообще – сколько можно молиться на транснационалов? Почему аудит нефтяного сектора у нас курируют в KPMG? И почему Arthur Andersen, хотя бы и поскользнувшись на деле с Enron, привычно поверяет наши бухгалтерские практики?
Тут невольно и появляется соблазн устроить свою комбинацию из трёх пальцев господам заокеанским распорядителям. Ведь и у нас своя «малая тройка» имеется. Процессу развития собственной рейтинговой деятельности после воровских 90-х было придано вторичное ускорение три года назад. Национальная фондовая ассоциация даже обязала игроков принять Кодекс профессиональной этики рейтинговых агентств. Всё в лучших рекомендациях Базельского комитета по банковскому надзору и прочих умудрённых организаций.
Но даже если бы такие благопожелания и сбылись, что бы это изменило существенно? Разве наши либерал-финансисты перестанут заботиться об интересах своей идейно-духовной метрополии в первую голову? Перестанут вкладывать деньги, заработанные всенародным горбом и благоприятной конъюнктурой, в заёмные обязательства и разного рода деривативы?
Тут уже не в рейтингах дело, а в том, что называется политической волей и желанием защищать национальные интересы.
Старостенко Геннадий
