Сегодня – дети, завтра – народ

ЖУРНАЛЬНЫЙ ВАРИАНТ

Сразу поясню: «ХиП» не имеет никакого отношения к «хиппи», это журнал о художниках детской книги, основатель и главный редактор Лидия Кудрявцева выбрала для названия начальные буквы слов «художник» и «писатель». Надо ли говорить о таком сугубо специальном издании в массовой газете? Конечно, надо. Детская книга, причём её оформление в не меньшей степени, чем текст, определяет мировосприятие человека растущего. В нашей стране накоплен колоссальный потенциал высокого искусства оформления детских книг. Замечательные художники разных поколений – Евгений Чарушин, Владимир Лебедев, Татьяна Маврина, Владимир Перцов, Май Митурич, Николай Попов и другие – создали библиотеку мирового значения. Иначе говоря, они создали особый мир, законы которого, естественно, отличаются от законов «взрослого» искусства. «ХиП» изучает и пропагандирует наше великое наследие и зорко следит за новинками в этой сфере, освещая многочисленные конкурсы, презентации и т.д. И не только за событиями, но и за тенденциями.

Например, нельзя не приветствовать появление духовной детской литературы, которая раньше по понятным причинам не могла появиться на прилавках наших магазинов. В последнем номере «ХиП» публикуется беседа с художником и писателем Георгием Юдиным. За свои книги («Чудотворец» и др.) он награждён орденом Преподобного Сергия Радонежского, а его «Сокровенная Каппадокия» получила приз «Лучшая православная книга 2010 года». «Рисовать такие книги не веря нельзя», – убеждён Георгий Николаевич. В православной книге он видит особо эффективное противоядие сделанным по западным рецептам изданиям, где герои зачастую или уродливые монстры, или наделённые демоническими свойствами дети. Во многих подобных книгах, продолжает он, никто никого не любит, потому что автор не любит своих героев…

Точнее не скажешь. Именно любовь к персонажам пронизывает лучшие советские и русские книги для детей, любовь и к людям, в них изображаемым, и к зверям. Когда в начале нашего знакомства профессионалы, та же Лидия Кудрявцева, её сподвижница Лола Звонарёва, Никита Иванов из журнала «Юный художник», спрашивали меня о том, кто из оформителей детских книг запомнился мне больше всего, я всегда отвечал – Чарушин, Евгений Чарушин. Разумеется, я ничего не знал о нём в свои дошкольные и первые школьные годы, но это он сформировал во мне доброжелательное отношение ко всякой живности. В частности, благодаря ему я «зверьё, как братьев наших меньших, никогда не бил по голове».

Конечно, в детстве я этого не понимал, понял позднее: Чарушин шёл по стержню русской культуры, в согласии с нашей классикой и фольклором. Его картинки полностью соответствовали сказкам, которые рассказывала мне бабушка. Этот мир был населён симпатичными зверюшками, и даже волк не выглядел страшилищем, хотя никто не скрывал, что лучше ему не попадаться – он и съесть может. Самыми распространёнными персонажами сказок были зайцы, лисы, медведи, волки, собаки, кошки, ежи, лошади, коровы, козы, куры и другие птицы, домашние и дикие, рыбы. Заметьте – разных гадов, змей, насекомых и тем паче пауков в этом мире я не встречал (буквоед может меня уличить, но я говорю о собственных ощущениях).

О пауках – особый разговор. В русской традиции паук всегда был символом всего мерзкого, безобразного, отвратительного. Примеров масса, напомним о нескольких. Известно глубокое, устойчивое отвращение Достоевского к этим тварям. Его «банька с пауками по углам» как символ ужасающей вечности одна чего стоит. Есть и другие обращения к этой теме в его беллетристике. А вот «Дневник писателя». Во Флоренции в гостиничный номер Достоевского забежал тарантул. Служащие отеля его не поймали, и Фёдор Михайлович всю ночь промучился страхом. И долго не мог забыть об этом инциденте – в последующих беглых записях мыслей неоднократно повторяется фраза «Паук во Флоренции»…

В 1907 году художник Добужинский создал графический лист «Дьявол». На нём он изобразил тюремный двор, в центре которого стоит огромный паук, а под ногами у него совершают прогулку заключённые – кружком, руки за спину. Кто бы мог подумать, что пройдёт около ста лет, и этот кошмар обратится в реальность. Американская «художница» Луиза Буржуа сотворила разборную статую трёхэтажного паука. Отвратительное сооружение очень понравилось руководству петербургского Эрмитажа, и это чудище установили во дворе Зимнего дворца. И стали привозить ребятишек из подшефного Эрмитажу детского сада, чтобы они ходили под ногами паука – совсем как заключённые у Добужинского. Детсадовским воспитательницам была спущена установка: так малышам прививаются толерантность, терпимость к иным, непривычным для нас формам, что в последующем облегчит детям жизнь в глобалистском мире.

И это не осталось единичной акцией. На нас хлынул поток всяческих гадов, пауков прежде всего, – в фильмах, видеоиграх, в украшениях одежды, в наклейках на школьные ранцы и, разумеется, в детских книгах. Вот против этого нашествия и воюет журнал «ХиП», пропагандируя лучшие образцы оформления книжной продукции, нацеленной на детскую аудиторию. Враждебны журналу, конечно, не только всяческие уродства, но и гламур (типичное воплощение – пресловутая Барби), который иначе как коварным разрушителем вкуса не назовёшь.

Но и союзников у Лидии Кудрявцевой и её соратников много, в том числе и за границей. Журнал не замыкается в национальных границах, он открыт для мастеров гуманистического направления со всех континентов. И ещё нельзя не сказать о его блестящем полиграфическом исполнении – иначе «ХиП» не имел бы смысла.

И последнее. Конечно, по определению «ХиП» издание не массовое. Но это не значит, что он не выходит на широкую аудиторию. Например, журнал сообщил, что с 1 сентября 2011 года до 1 июня 2012-го проводится Международный конкурс детского рисунка по произведениям Сергея Михалкова. Жюри, состоящее из художников семи стран, возглавляет Виктор Чижиков, иллюстрирующий книги Сергея Владимировича более полувека. А девиз конкурса «Сегодня – дети, завт­ра – народ».

Юрий БАРАНОВ