Секретные коды

Беседу вёл Максим Замшев

Писатель, медиаменеджер, генеральный директор крупнейшего радиохолдинга страны – «Европейской медиагруппы» – Роман Емельянов отмечает 3 июня пятидесятилетие. В интервью «Литературной газете», которое состоялось в преддверии юбилея, Роман рассказал, как Константин Хабенский и Никита Михалков помогли ему начать путь в драматургии, поделился своим литературным методом и признался, почему обрадовался бы всемирному отключению интернета.

– Вы выпускник ВТУ им. Щепкина, медиаменеджер, телерадиоведущий, продюсер, актёр. Что привело вас в литературу, почему стали писать прозу? Может быть, на вас произвела сильное впечатление прочитанная книга или возникла потребность высказать накопившиеся мысли? А возможно, взяться за перо воодушевило что-то ещё?

– Много лет писал стихи и песни, о крупной форме не задумывался. В какой-то момент возникла мысль выпустить биографию, ведь интересных событий, участником и свидетелем которых я являюсь, накопилось немало. Мучился я с этим трудом очень долго. Выяснилось, что воспитание и государственная тайна не позволяют мне правдиво описать большинство вещей, про имена я и вовсе молчу. В итоге я понял, что на выручку может прийти лишь художественный вымысел. В конце концов от изначальной работы не осталось почти ничего. Но открылся портал.

– Ваши стихи легли в основу песен популярных артистов, один из текстов в исполнении Валерия Кипелова стал гимном футбольного клуба «Спартак». Но к прозе вы пришли позже. Как думаете, почему? Она требует более зрелого, серьёзного подхода?

– Думаю, всему своё время. У каждого растения свой срок. И ещё можно добавить пару банальных фраз. И обязательно при этом с умным видом почесать переносицу. На самом деле кто ж знает, откуда что берётся. Появляется зародыш сюжета, идея, а потом вырастает целый мир. Это чудо, а чудо не всегда требует объяснений. И позвольте не согласиться с мыслью относительно песен и несерьёзности подхода. Можно называть это лёгким жанром, но уровень зрелости при создании даже элементарной попсы обязателен. Книгу сегодня человек читает с трудом, мало и не более одного раза. А песню он может услышать десятки, сотни раз. Её влияние недооценивать не стоит. Поэтому, когда я работал в Совете при Президенте России по культуре и искусству, я изо всех сил старался обратить внимание на современную популярную культуру.

– Весной состоялась премьера гимна «Дорожного радио» – песни «Дороги» в исполнении SHAMAN, Филиппа Киркорова, Игоря Николаева и других артистов. Автор стихов, которые легли в основу композиции, – ваша мама, актриса Нина Емельянова. Тяга к литературе передалась от неё? Какие стихи она учила с вами в детстве, какие книги читала?

– Да, получился уникальный музыкальный проект, спасибо и всем, кто принял участие в создании, и слушателям, которые очень положительно отреагировали на песню. У меня дом был завален книгами, которые, отмечу, достать в те времена было весьма непросто. Мама – актриса, папа – учитель русского языка и литературы. Смартфонов не существовало. Я был обречён. Уже в третьем классе я за папу проверял сочинения восьмиклассников и выставлял оценки.

– Из каких этапов складывается ваша работа над произведением? Вначале возникает идея, затем выстраивается сюжет, прописываются персонажи? Или сперва делаете наброски, а после соединяете их, как детали конструктора?

– Появляется идея, облачко. Точкой отсчёта может стать просто новостная заметка, как это было в случае с книгой «А был ли мальчик?». Начинаешь писать, даже кажется, что есть какой-то план, но как бы не так. Эти персонажи не слушаются и начинают вытворять такое, что я еле успеваю за ними записывать. Никакой математики.

– Переписываете ли, меняете что-то в романе в процессе его создания или пишете сразу – начисто?

– Пишу начисто, а потом неоднократно «прохожусь» по роману уже как читатель. Редактирую. Делаю это сам. Первый мой литературный редактор, замечательный профессионал старой школы, спросила: «Вам как удобнее: я могу сама всё исправить или просто накинуть идеи?» Я выбрал второй вариант, и получилось здорово, это настоящее сотрудничество. Не хочу, чтобы кто-то, кроме меня, касался строк.

– Между выходом ваших книг «Вата, или Не всё так однозначно» и «А был ли мальчик?» – несколько лет. Что происходило в жизни Емельянова-писателя в это время? Чем занят прозаик, когда он не пишет?

– Для меня писательство, слава богу, не основной вид деятельности. Я могу писать, когда хочу, когда есть что сказать, а не потому, что надо. И сюжет могу вынашивать сколько необходимо, а не по графику. Я работаю на радио. И люблю свою работу. Выпускаю песни, выступаю с группой. Дело всегда найдётся, времени и так не хватает.

– Вы отмечали, что «Вата, или Не всё так однозначно» имеет все признаки боевика. Какие это признаки? Что общего, на ваш взгляд, между восприятием людьми книг и фильмов, а в чём – принципиальная разница?

– Вы правы – это очень похожие вещи. Только в случае с книгой режиссёром является сам читатель. Он проводит кастинг и выбирает цветовую гамму. В случае с кинолентой ты следуешь за видением режиссёра и операторов, которое зачастую весьма далеко от замысла автора. Книга – портал общения без посредников.

– Для какого читателя, по вашему мнению, предназначена ваша книга «А был ли мальчик?». Кто ваш идеальный читатель?

– Идеальный читатель – тот, кто прочитал книгу. Она для всех. Чтиво лёгкое по форме, но внутри остросюжетного фантика – конфета с глубокой философской начинкой. Всё зависит от внутреннего состояния читателя на данный момент. Возможно, ему хватит верхнего сюжетного слоя и он получит удовольствие от приключений и посмеётся над шутками. А может, и нырнёт глубже – выбор за читателем.

– Как вы считаете, каким важным критериям должна соответствовать качественная современная проза?

– Честно? Понятия не имею. Было бы неплохо, если б она была талантливой.

– Что лично вы прежде всего цените в книге? Какой ей следует быть, чтобы вы могли назвать её хорошей?

– После встречи с любым произведением искусства человек должен измениться, задуматься, почувствовать что-то. Психофизическое состояние до и после прочтения должно отличаться. Если ты прочитал книгу и не стал лучше, то это, на мой взгляд, пустышка. Разумеется, есть жанры, нацеленные исключительно на развлечение и чистую эмоцию. Но я всё равно уверен, что талантливый художник и в водевиле или комиксе прошьёт секретные коды.

– А чего, на ваш взгляд, не хватает современной отечественной литературе или, возможно, культуре в глобальном смысле?

– Недавно в Европе вырубили свет и интернет на сутки. Я бы это делал ежегодно, примерно на месяц. Чтобы люди вылезли из смартфонов и начали читать, ходить в музеи и театры. Смогут найти время на крупные формы, а то клиповое сознание потребителя заставляет бежать за ним и творца.

– Что вас по-настоящему вдохновляет: новые места и путешествия, книги, кинематограф, общение с людьми?

– Сложно ответить на вопрос, в котором весь ответ. Хотя есть ещё кое-что. Хорошо и много пишу, когда проиграю в карты. Впрочем, и это не оригинально.

– Что из недавно прочитанного или увиденного запомнилось, поразило, возможно, стало открытием?

– Побывали с женой на премии The Art Newspaper Russia. Одну из наград получил потрясающий человек, реставратор. Он пятнадцать лет восстанавливал уникальный храм – Успенский собор в Звенигороде. Подобных сохранились единицы. Не отходя от замысла, следуя только проверенным источникам. Вышел на сцену дядька. Скромный, худощавый, с длиннющей бородой, в джинсовом костюме словно отечественного производства из восьмидесятых… Пятнадцать лет! Каждый день! По крупицам! Ему самому памятник надо ставить!

– На страницах вашей прозы немало цинизма и каламбура, но за ними всегда проступает неравнодушие к человеку… Что, по-вашему, помогает людям не потерять подлинных себя?

– Для начала человек должен разобраться, какой он, этот самый «подлинный я». На это нужно потратить немало времени и усилий. Многим жизни не хватает. Наверное, юмор и самоирония – одни из правильных ключей. Человек, который может относиться к себе не слишком серьёзно, – не потерян.

– Совсем скоро вам исполнится 50. Эта дата откроет новый творческий период? Планируете попробовать себя в иных жанрах или формах? Возможно, в детской литературе или драматургии?

– В яблочко. И книга детская написана, и пьеса! С лёгкой руки Константина Хабенского я попробовал себя в драматургии. И совершенно неожиданно результат понравился профессионалам. Как предварительный итог: уже в этом году запланирована премьера. А когда я произношу вслух имя режиссёра-постановщика, который отвечает за эту работу, у меня возникает желание ущипнуть себя – не сплю ль. Никита Сергеевич Михалков!

Поздравляем Романа Емельянова с 50-летием! Желаем здоровья, осуществления всех планов и новых интересных книг!