Шашка в сенях

Дивизия, в которой служил Голубов, держала оборону буквально в 12–15 км от его родной деревни, наверное, обидно и больно было, неся большие потери, отступать под напором деникинцев, но вскоре произошёл перелом и удалось освободить сначала Орёл, а потом и Фатеж. Чуть позже 9-я стрелковая дивизия была передана в состав Первой конной армии, которой командовал Будённый. Она считалась одной из лучших на Южном фронте, участвовала во многих операциях, в том числе в печально знаменитом сегодня районе Сватово – Бахмут – Дебальцево – Иловайская. После освобождения Таманского полуострова дивизия была переброшена в Закавказье, и в бессрочный отпуск красноармеец Голубов уходил уже из Кутаиси.
«Ему было всего 23 года, – пишет его сын, – но за плечами стояли две войны... Этот опыт помог ему правильно и достойно организовать свою жизнь в последующие годы». Отец не любил рассказывать о своём военном прошлом, поэтому сведения об этом периоде Алексей Михайлович собирал буквально по крупицам, 30 лет, перелопатив тысячи архивных страниц. Единственным свидетельством военного лихолетья Первой мировой, хранившимся в семье, была шашка-урганка отца, которую тринадцатилетний Алексей случайно обнаружил в повети соломенной крыши их хаты. Расспросить отца тогда не удалось, он, оставив должность председателя колхоза, уехал на заработки в Запорожье. В Шмарное отец вернулся уже, когда началась ещё одна война – Великая Отечественная. Через месяц, в августе, Михаил Ефимович снова был призван на фронт. Но попал не в боевую часть, а, поскольку ему было уже больше сорока, в военно-строительный батальон. Осенью 1942-го был тяжело ранен под Сталинградом. Что с ним случилось далее, семья так и не узнала. То ли скончался по пути в лазарет, то ли уже на операционном столе. Архивных материалов лазаретов, которые обслуживали строителей железной дороги Сталинград–Саратов, не сохранилось.

Сам Алексей Михайлович, пережив оккупацию, в 1943 году семнадцатилетним пареньком тоже был призван на фронт. В качестве сапёра-минёра прошёл путь от Смоленска до Риги. После Победы окончил Казанское военно-политическое училище, затем – исторический факультет МГУ и Военно-политическую академию. Крестьянский сын, чья персональная судьба, как и судьба его отца, как в зеркале, отражает историю поколений, для которых понятие «долг» никогда не было пустым звуком.