Надежда Болтянская – поэт с богатой метрической палитрой. И хотя её можно с полным правом назвать традиционалистом, предпочитающим силлабо-тоническую систему стихосложения с определёнными метрами – ямбом, хореем, анапестом, дактилем и амфибрахием, нередко можно встретить в книгах Болтянской и примеры тонического стихосложения – дольник и тактовик, а также несколько текстов нетрадиционной формы – верлибров.
С метрическим богатством напрямую связано и ритмическое разнообразие. Собственно говоря, ритм складывается из метрических особенностей в сочетании с интонационными вариациями.
Начиная с первой книги «Пьяная ртуть» можно смело говорить о версификационном мастерстве автора и свободном владении различными формами стихосложения.
Уже первое стихотворение в сборнике – «Десять тысяч ступеней ведут в небеса», написанное анапестом, граничит, по сути, с дольником. Даже поначалу оно и кажется дольником, поскольку ритмически чётко держится на ударениях (по четыре в каждой строке), и только присмотревшись повнимательнее, всё же различается анапест.
Второе стихотворение «На остановке лужи, лужи» написано классическим четырёхстопным ямбом, но и здесь в первой строке акцент всё же на трёх ударениях, а не на четырёх, и оттого она кажется началом дольника.
А вот уже третье стихотворение книги «В мире ярком, светлом, красочном» определённо является тактовиком, формой, более свободной, чем дольник. Далее, на соседних страницах, четырёхстопный ямб «К полудню солнце полыхает» встретится с неравностопным анапестом «Ты уже не придёшь», написанным с затейливым ритмическим рисунком, многочисленными рефренами и композиционной закольцовкой главной мысли.
Ты уже не придёшь.
Прогорело и кончилось лето,
Продают на бульваре газеты,
Мелкий сыплется дождь.
Ты уже не придёшь.
Уходи и прощай.
Лёгкой рябью подёрнулась лужа,
Все куда-то бредут неуклюже
В длиннополых плащах.
Уходи и прощай.
Ни о чём не жалеть.
Ветви колются иглами снега,
Снег пятнистый и кажется пегой
Телефонная клеть.
Ни о чём не жалеть.
Ты уже не придёшь.
Уходи и прощай.
Ни о чём не жалеть.
Сложный ритмический рисунок этого стихотворения создаётся ещё и с помощью особенностей строфики и рифмовки. Здесь три строфы по пять строк, где рифмуются первая с четвёртой, вторая с третьей, а пятая строка дублирует первую. Последняя же строфа рефренно завершает стихотворение и по форме напоминает верлибр.
Кстати, о верлибрах. Вообще эту форму Надежда Болтянская использует достаточно редко, но, скажем, в книге «В осколках погибающих зеркал» есть несколько изящных примеров.
Например, такой:
Вынесли новый стол.
Поставили старый, обшарпанный.
Как будто вернулась домой.
В этих трёх строчках сказано очень многое. Через образ старого стола (точнее, замены нового старым) передаётся и ностальгия по прошлому, и тоска по покинутому дому, и печаль от того, что ничего нельзя вернуть.
Важно отметить, что в целом поэтика Надежды Болтянской лаконична, длинных стихотворений во всех пяти книгах – по пальцам пересчитать, чаще же всего – две-три строфы, которых вполне хватает для того, чтобы и донести смысл, и передать состояние.
В книге «В осколках погибающих зеркал» появляется и первый хорей «Прячась в самопогруженье». Отметим, что этот метр особенно дорог Надежде Болтянской; часто используется он в книге «Пьяная ртуть», также присутствует и в других сборниках.
Отдельно хочется поговорить о стихотворении «Голос», состоящем из трёх частей.
I
Возьми моё сердце,
Прими его в руки,
Оно встрепенётся,
Не сразу умрёт.
Как трудно согреться
В бездумности скуки,
Черно усмехнётся
Задушенный рот.
II
Вялые клочья
Годичной травы,
Мёрзлые почки,
Деревья мертвы.
К влаге приникнуть –
Река далека,
Хочется крикнуть –
Да нет языка.
III
Орать орлицею нагорной,
С размаху биться в зеркала.
Из перерезанного горла –
Мой голос с кровью пополам.
В живой воде омою перья –
Теченьем пурпур унесёт.
Шрам затянулся, и теперь я
Пою – Господь меня спасёт!
С точки зрения формы интересно это стихотворение вот чем. Первая его часть написана амфибрахием, вторая вообще уникальна: метр чередуется построчно: «Вялые клочья» – дактиль, «Годичной травы» – амфибрахий, «Мёрзлые почки» – дактиль, «Деревья мертвы» – амфибрахий. И так, с чередованием метров, написана вся вторая часть: одна строка – дактиль, вторая – амфибрахий. Третья часть представлена четырёхстопным ямбом. Для чего это сделано? Думается, для того, чтобы придать каждой из трёх частей стихотворения, объединённых общей темой, ритмическое своеобразие, чтобы каждая часть воспринималась по-новому.
Уже одно только процитированное стихотворение «Голос» демонстрирует бесспорное мастерство автора, свободное владение различными техниками стихосложения. Причём происходит всё это у Н. Болтянской совершенно естественно: смена метров обусловлена интонационными особенностями, а не желанием поразить воображение читателя. Надо заметить, что Надежда Болтянская вообще никогда не работает на публику, поэзия её вдумчива и сокровенна, и сильна внутренним горением, подкреплённым необычной образностью, а не внешней пустопорожней цветистостью фразы.
Юлия Рощина
