Силы небесные торжествуют

* * *

Моей жене Наташе Румарчук

Тщусь понять любой язык,

Связь корней с галдящей чащей,

Лес шумит, и я, лесник,

Здесь единственный молчащий.

Птицы празднуют зарю,

В быль возводят небылицы.

Если я заговорю,

Не поверят слуху птицы –

И ещё какой-то миг,

Стаями по интересам

Превратятся в листья книг,

Пролетающих над лесом.

* * *

Давно уж нет моих учителей,

Состарились мои ученики.

Роняет свои капли Водолей

На русло ускользающей реки.

Река несла заветы из глубин

И впитывала слёзы ледников.

Но если это вижу я один,

То был ли я? Или я был таков?

Глиняная армия деспота

Китайский деспот Цинь Шихуанди

Во втором веке до нашей эры

Повелел сжечь все умные книги

И закопать в землю живьём учёных и поэтов

А в своей гробнице

Спрятал в засаде

Армию терракотовых воинов

На случай, если народ поумнеет.

Но по прошествии времени

Всю эту премудрость книжную восстановили

Те кто помнил наизусть эти книги

И приснился мне глиняный страшный сон

Что глиняные солдаты деспота

Пошли в наш век двадцать первый

Незримым шёлковым чайным глиняным путём

По уже открытым Памирам и Уралам

На нашу русскую землю

Чтобы закрыть наши русские книги

И зарыть в нашу русскую землю

Всех кто ещё способен думать

Но шли они, как оказалось, напрасно,

Ибо всё это уже сделали

Простые русские

Современные деревянные матрёшки

И простые русские

Глиняные детские свистульки.

И некому восстановить нашу мудрость

Поскольку никто

Ничего не запомнил

* * *

Я шёл один своим путём.

Андрей Белый. Урна

Я шёл, не опуская взгляда,

Когда не доблестная рать,

Толпа, похожая на стадо,

Меня пыталась затоптать.

Я шёл, как мне казалось, в гору,

Народов распри позабыв,

Когда похожая на свору

Толпа смела меня в обрыв.

А я мечтал, что я взлетаю,

Когда меня обогнала

Толпа, похожая на стаю,

И потрепала мне крыла.

Но я ценю мою свободу

От глупых стад и диких свор,

И тем любезен я народу,

Живущему наперекор

Толпе бессмысленной

И беспощадной.

Вочеловечивание

Как сейчас вижу – как его

Бог тянет с дерева, и тот

Превращается в спазм, он

Вцепился в гнущиеся ветки, его

Не оторвать от них даже Силами

Небесными, висеть, висеть, но никак

Не стоять на земле с поднятой

Головой, в страхе взирающей на

Ускользающее дерево, где

Было так безопасно, так

Удобно висеть, свесив голову так,

Чтобы из неё вытряхивать что-то,

Похожее на мелькнувшую мысль,

Висеть, высунув язык, чтобы

С него не сорвалось слово, но

Силы небесные всё-таки торжествуют,

Вот он уже на земле, земля

Обжигает всё ещё бывшие руками

Ноги, и он пляшет, пляшет, пляшет,

Не для того, чтобы научиться танцу, а

Чтобы не упасть в ненавистную глину, из

Которой его так не вовремя вылепили.

Поздравляем нашего давнего автора Вячеслава Куприянова
с 80-летием и желаем крепкого здоровья и новых стихов!