Как только я заказал себе кофе без сахара, рядом с ним появился престранный субъект.
– Я к вашим услугам, милостивый государь! – молвил он своими сахарными устами.
Они будто источали молоко и мёд.
– Прошу прощения? – изумился я.
– Вы позвали меня, и вот я тут, у ваших ног, образно выражаясь! – сладко произнёс он и улыбнулся самой сладкой улыбкой на свете.
– Простите, это какая-то ошибка, я вас не звал, – развёл руками я.
Всё-таки однажды моя интеллигентность меня погубит. Как я от неё устал!
– Ну как же, вы же сами сказали, никто вас за хвост не тянул: «Бес сахара!» – и я без промедления явился пред ваши карие очи!
– Нет-нет, вы меня неправильно поняли! Я сказал: «Без сахара!» Кофе без сахара, – я дважды сделал акцент на букве «з».
Мой визави помрачнел.
– А я-то уши развесил… Старый стал, одно ухо не слышит совсем. Семь тысяч лет скитаний, сами понимаете, даром не проходят, расстроят любой самый крепкий дух. Да и работа нервная. Всё с людьми, с людьми…
Мы помолчали. Не люблю молчать с незнакомыми.
– А вы значит… бес сахара?
– Он самый, мой среднего возраста друг! Он самый!
– А что, бывают и такие?
– Ну, в некотором смысле я один такой на белом свете! Уникальный в роде своём. Песню Сиксто Родригеса «Шугамен» слыхали? Это обо мне! – гордо заявил он. – Я Родри «сахарком» снабжал, а он про меня песню сочинил. Может быть, посмотрим вместе «Титаник», поплачем?
– Я, к сожалению, тороплюсь…
– Понятно, жаль. – Мне тоже.
Мы опять замолчали.
– Простите, ради бога, – на этих словах его слегка перекосило, – что я вас нечаянно вызвал, оторвал от ваших тёмных дел…
– Да какие там дела, – он махнул рукой. – Сегодня люди сами прекрасно справляются, без нашей помощи. Мы до многого и не додумались бы!
– Ну тогда, может быть, я могу… вас чем-то угостить?
– Пожалуй, – вздохнул Шугамен. – Мне кофе. Чёрный. Без сахара!
На этих словах к нам подсел новый престранный господин.
Сулес Евгений
