Славное прошлое и счастливое будущее

«Литературная газета» подошла к своему 190-летию. Мало какое издание насчитывает такую большую историю, мало какое издание столь чутко реагировало на то, как менялась Россия, мало какое издание отражало отечественную и мировую культуру в такой первозданной неангажированной полноте. В 1830 году Пушкин и Дельвиг, верные традициям просвещения и великому лицейскому братству, поняли, что русская литература нуждается в газете, где литераторы могли бы свободно высказываться на общественные темы и, не дожидаясь благосклонности книжных издателей, представлять публике свои произведения. С разгрома декабристского мятежа прошло всего пять лет, страх перед заговорами всё ещё определял многое во власти, а русское общество с каждым днём всё глубже закапывало в свои душевные ямы мечты о конституции. В этих условиях «Литературная газета» могла стать целительным глотком, где свобода возвращала бы себе равновесие с красотой и гармонией. Не всё получилось так, как задумывалось. Многоокий Бенкендорф высмотрел и в ней крамолу, а его бдительность и вредное верноподданничество фактически погубили первого нашего главного редактора Антона Дельвига. Но не погубили «Литературку». Усилий Пушкина и Дельвига, а потом Краевского, невероятного сочетания авторских энергий хватило, чтобы к 1929 году о газете всё ещё помнили и считали идею её возобновления одной из важнейших.

Максим Горький стал инициатором того, чтобы издание обрело новую жизнь. Сейчас можно предположить, что «великий пролетарский писатель», который, конечно, никаким пролетарским писателем не был, как никто понимал, что власть тех лет, добытая ценой немыслимой жестокости, нуждается в смягчении. Что её нужно осветить мягким просветительским светом, предложить новой и части старой интеллигенции утвердить на станицах «ЛГ» ценности, в основе которых встал бы человек, а не то, что человеком управляет

За эту идею пришлось бороться многим редакторам и авторам «Литературной газеты». В первой половине тридцатых годов, несмотря на нарастающее идеологическое давление со стороны партийных органов, в «ЛГ» шли острые дискуссии, и в них не было ни грамма казёнщины или неискренности. Это было время столкновений разных правд, разных убеждений, разных верований, но никак не разных корыстей и расчётов. Авторами газеты в то время были будущие классики Катаев, Шолохов, Ильф и Петров, Олеша, Вс. Иванов.

В лихие времена «ЛГ» никогда не нарушала свою периодичность. Хотя трудно представить сейчас, что чувствовали редакторы, выпуская номера с разоблачениями врагов народа. Но вполне можно осознать, если героическое прошлое нашей Родины для нас не пустой звук, какой героизм проявляли военные корреспонденты «ЛГ» в годы финской и Великой Отечественной войны, какой стоицизм демонстрировал редакционный коллектив, выпуская газету под разрывы бомб и снарядов.

Когда страна сбросила с себя морок сталинщины, «ЛГ» оказалась в центре смысловых культурных сдвигов. Особенно здесь важны годы редакторства великого подвижника и собирателя подвигов, писателя-фронтовика Сергея Смирнова, без усилий которого мы никогда не узнали бы о беспримерном подвиге защитников Брестской крепости. Именно тогда, в знаменитую оттепель, газете была сделана такая инъекция свободомыслия, с которой впоследствии не смогли справиться никакие попытки сделать «ЛГ» ручным изданием. Главные редакторы и коллектив неизменно оказывались умнее и прозорливее тех, кто за ними надзирал.

Эпоха А. Чаковского ознаменовалась переходом на формат еженедельника. Фактически «Литературка» в этот период окончательно утвердила за собой статус главной газеты интеллигенции, а для интеллигенции российской всегда характерны острое чувство справедливости, желание любой ценой высказать свою, а не навязанную кем-то точку зрения и верность идеалам человеколюбия и свободы. Ни один заметный писатель, режиссёр, художник той поры не оставался вне внимания «ЛГ». Когда смотришь на сохранившиеся фотографии редакционных планёрок семидесятых и восьмидесятых годов, бросается в глаза не только сосредоточенность лиц, но и удивительное их благородство.

В непростые постсоветские времена у штурвала «ЛГ» мужественно стояли А. Удальцов, Н. Боднарук, Л. Гущин, Ю. Поляков. В бурном море рыночных отношений, энтропии, череды моральных и экономических кризисов они сделали всё, чтобы издание не затонуло и не село на мель.

В этом юбилейном номере мы предлагаем читателям материалы из нашего архива. Это живая история России. Когда прикасаешься к старым станицам, охватывает трепет. Этот трепет не только свидетельствует о великом прошлом газеты, но и убеждает, что у такого издания не может быть никакого другого будущего, кроме как счастливого.

Сейчас перед всеми культурными людьми стоят актуальные вызовы. В послании Президента РФ Владимира Путина Федеральному собранию даны новые ориентиры, где в центре, бесспорно, находится человек. Человек, завоевавший свободу в 1991 году, стоически перетерпевший все сложности строительства государства и создавший условия для обретения новой Россией силы, мощи, влияния и благоденствия. И такой человек представляется мне только с «Литературной газетой» в руках.